Ва-банк!
Шрифт:
Гомес решил, что ему сделали комплимент, и улыбнулся:
– Я в маму, она у меня ирландка. Отец был кубинцем – приехал сюда в пятидесятых. А вы, простите, кто? Итальянец?
Итальянец ли он? Вот ведь дурацкий вопрос: даже на самых ранних детских фотографиях Валентайн выглядел типичным итальянцем.
– Нет, – ответил он. – Я монгол.
– Кто-кто?
– Ну, это вроде китайцев, что торгуют печеньями с предсказаниями.
Улыбка сползла с конопатой физиономии Гомеса, уступив место крайней степени недоумения. Шутка пролетела мимо цели – проскочила над тупой кубино-ирландской башкой и усвистела прямо в стратосферу.
– А кто был китайцем? Ваша матушка или отец?
В пакете лежала пленка из камеры наблюдения казино в Рино и отчаянное послание от еще одного питбосса. Каждый день в Америке обдирали очередное казино, и общие потери составляли миллионы долларов. Работы много, времени мало.
В кухне Валентайн принялся готовить кофе – третью чашку за день. Обычно он ограничивал себя двумя, но спал он слишком крепко и никак не мог толком проснуться. Так что без кофеина организму точно не обойтись. Налил в кофеварку воды из-под крана, поставил под краник чашку.
– Мы женаты уже тридцать пять лет, а ты все никак не избавишься от холостяцких привычек, – говорила Лоис, наблюдая за ежеутренним ритуалом: вот он поджаривает себе яйцо – обязательно одно, вот подрумянивает оладьи.
– Просто так удобнее, – отвечал он.
– И экономия большая выходит, – говорила она.
– Вот именно.
– Ну конечно, то, что ты пьешь такой кофе, экономит нам центов пятьдесят в месяц. А то и больше.
– А мне другого не надо, – говорил он. – Так зачем платить дороже?
– В твоих устах расточительство равно преступлению, – говорила она, улыбаясь и накладывая ему в чашку сахар.
– Вполне возможно, так оно и есть, – отвечал он.
Валентайн сидел за кухонным столом и потягивал обжигающий напиток: для него кофе, от которого не облезал язык, был не кофе. Пока он спал, звонил телефон, и он смотрел на мигающую на автоответчике лампочку. Вот еще одно из великих преимуществ отставки: можно не перезванивать, если на то нет желания. А в данную минуту никакого желания он не испытывал.
Он взглянул на часы. Ну и ну, скоро и ужинать пора. Однако со сна ему требовался не ужин, а хороший завтрак. Кафе на 19-м шоссе работало круглосуточно, и завтраки там готовили славные, но ему не хотелось в одиночку сидеть за стойкой: жалкое зрелище.
На заднем крыльце материализовалась Мейбл. Он отпер дверь. На этот раз брючки на ней были канареечно-желтые, а блузка вся в ярких цветах – явно из старого каталога «Сирса». [8] Из-за жары она переодевалась по нескольку раз в день, и каждый наряд был ярче предыдущего.
8
Каталог «Сирса» – один из крупнейших и самых популярных каталогов торговли по почте, издаваемый компанией «Сирс, Роубак энд К°» с 1893 г.
– Я собираюсь за продуктами. Наверное, и тебе надо что-нибудь прихватить.
Она открыла холодильник и придирчиво оглядела пустые полки.
– Как насчет итальянского хлеба к лазанье? В «Пабликсе» отличная пекарня.
Местный супермаркет, пытаясь вытеснить с рынка мелкие булочные, начал торговать свежевыпеченным хлебом и рогаликами. На вкус они были почти как настоящие, и он согласился:
– Хорошая идея. Хочешь выпить чего-нибудь горяченького?
– Чаю, если у тебя есть чай.
Он поставил чайник, потом достал из бумажника десятку и сунул Мейбл в нагрудный карман.
– Это за что?
– На бензин. Как прошел день?
– Смотрела игру «Девил Рейз». Это так волнующе!
Тот факт, что новая бейсбольная команда из Тампа-Бэй была способна еще и побеждать, служил для местных жителей источником постоянного и приятного изумления. После каждой победы подвигам бейсболистов посвящались первые полосы обеих газет, и имена героев не сходили с уст. Валентайн находил такое отношение весьма странным: сам-то он рос под знаменами «Янки», а от тех ничего, кроме побед, и не ждали.
– А еще я работала над новым объявлением, – добавила она. – Хочешь взглянуть?
– С превеликим удовольствием, – ответил он.
Она достала листочек, на котором, помимо текста, были отпечатаны рамка, обозначающая поля, и веселенькая виньетка – гордый плод усилий персонального компьютера.
Старый? Усталый? Всеми забытый? Грустно на пенсии? Хочешь поквитаться с детьми? А также со всеми этими мерзкими кредитными компаниями? Тогда спеши записаться в школу банкротства Бабули Мейбл! Ты тоже можешь жить как миллионер! Запомни: лучшая месть – умереть банкротом!
– Это объявление, оно какое-то не такое… – сказал он, возвращая листок.
– Тебе не понравилось?
– Я что-то не уловил юмора. Оно…
– Говори, я не рассыплюсь.
– Ну, не знаю. Какое-то оно уж слишком…
– А шутки они все «слишком». – Но она уже приняла решение: это объявление придется пока отложить. – Ну что ж, с гонораром пролечу, но мне теперь по страховке положено на двести долларов в месяц больше, так что как-нибудь сведу концы с концами.
– Раз так, отправь объявление, – предложил Валентайн.
– Ладно, а ты чем после обеда занимался?
– Поверишь ли, все пересматривал ту пленку.
– Что, никак не разберешься?
Чайник засвистел. Валентайн налил соседке чаю, положил в чашку пол чайной ложки меда.
– На данный момент у меня две теории, – ответил он, снова усаживаясь за стол. – Согласно первой, этот парень способен читать язык тела дилера и потому угадывает значение ее второй, невскрытой карты. В таких случаях у игрока действительно бывает высокий процент выигрышей.