Валентинов день
Шрифт:
Карл Андрович оказался усатым гигантом, который вполне мог бы служить моделью для рекламы сигарет "Мальборо". Он сидел за кухонным столом в хлопчатобумажной рубашке с короткими рукавами. На руках играли бронзовые бугры мышц. На левом бицепсе на фоне сердца виднелась надпись "Мэг". Волосы у Андровича были рыжевато-коричневые, а усы представляли какую-то смесь рыжего, коричневого и белого цветов. Во время разговора Карл Андрович постоянно дотрагивался до аккуратно подстриженных усиков, которые, очевидно, являлись гордостью их владельца. У Андровича были громадные ручищи. Каждый раз, когда он поднимал руку, чтобы погладить усы, Стив Карелла вздрагивал, словно в ожидании удара. Мэг Андрович сновала по кухне, готовя обед и жадно ловя каждое слово.
– Мы хотели кое-что выяснить, мистер Андрович, – начал детектив Стив Карелла.
– Да? Что?
– Для начала, где вы пропадали между четырнадцатым февраля и понедельником, когда вернулись домой?
– Это мое дело, – ответил Андрович. – Следующий вопрос.
– Если вы не намерены отвечать на наши вопросы здесь, мистер Андрович, то мы готовы забрать вас в участок, где вы, может, станете более разговорчивым, – после короткого молчания предложил Карелла.
– Собираетесь использовать резиновый шланг? Меня не напугаете, я уже имел с ним дело.
– Вы ответите, где вы были?
– Я уже ответил, что это мое дело.
– О'кей. Одевайтесь.
– Какого черта? Вы не имеете права арестовывать меня без предъявления обвинения.
– У меня полно обвинений. Вы утаиваете от полиции важную информацию и таким образом становитесь сообщником в убийстве. Вы…
– Что? Убийство? Вы что, спятили? – взорвался Андрович.
– Одевайтесь, Андрович. Я не намерен переругиваться с вами, – приказал Карелла.
– О'кей, – сердито сдался Карл Андрович. – Я находился в городе.
– Где в городе?
– Везде, в барах. Я пил.
– Почему?
– Потому что это мне нравится.
– Вы знали, что ваша жена заявила в полицию о вашем исчезновении?
– Нет. Как, черт возьми, я мог это узнать?
– Почему вы не позвонили ей?
– Вы что, специалист по вопросам семьи и брака? Не позвонил, значит, не захотел, – с вызовом ответил моряк.
– Он не обязан звонить мне, если не хочет, – отозвалась от плиты Мэг. – Он же вернулся. Почему вы не оставите его в покое?
– Не суйся, Мэг, – предупредил ее муж.
– В каких барах вы пили? – спросил Карелла.
– По всему городу. Я не помню названий.
– Вы ходили в "Короля и королеву"?
– Нет.
– Вы ведь только что сказали, что не помните названий?
– Не помню.
– Тогда почему вы уверены, что не были в "Короле и королеве"?
– Название звучит незнакомо, – левый глаз Андровича начал слегка дергаться.
– А имя "Бабблз Цезарь" тоже звучит незнакомо?
– Да.
– Или Барбара Цезарь?
– Да, незнакомо. – Тик не прекращался.
– А Мэрла Филлипс?
– Впервые слышу.
– А что скажете о телефонном номере "Сперлинг 7 – 0200 ? Он вам знаком?
– Нет. – Тик усилился.
– Миссис Андрович, – обратился Карелла к Маргарет. – По-моему, вам лучше уйти.
– Почему?
– Мы собираемся выяснить кое-какие тайны. Выйдите, пожалуйста, в другую комнату.
– Моя жена может слушать все, что вы собираетесь сказать, – заявил Карл Андрович.
– О'кей. Номер "Сперлинг 7 – 0200" – номер телефона трех женщин, которые живут вместе. Одну из них зовут…
– Выйди, М-М-Мэг, – приказал Андрович.
– Я хочу остаться.
– Делай, что я тебе с-с-сказал!
– Почему он спрашивает тебя об этом номере? Какие у тебя дела с тремя?..
– Убирайся, ч-ч-черт побери, отсюда, пока я тебе не врезал! Мэг Андрович угрюмо посмотрела на мужа и вышла из кухни.
– Вот д-д-дрянь, – прошептал моряк, заикаясь еще сильнее. Угол левого глаза дергался еще заметнее.
– Готовы отвечать, Андрович?
– О'кей. Я знал ее.
– Бабблз?
– Бабблз.
– Как хорошо вы ее знали?
– Очень хорошо.
– Что значит очень хорошо, Андрович?
– Хотите п-п-подробности?
– Если можно.
– Мы спали с ней. О'кей?
– О'кей. Когда вы видели ее в последний раз?
– Двенадцатого февраля.
– Вы что-то легко вспомнили число.
– Еще бы!
– Что это значит? – спросил Карелла.
– Я.., послушайте, какая разница, ч-ч-черт возьми? В последний раз я видел ее д-д-двенадцатого прошлого месяца. Больше я ее не видел.
– Уверены?
– Уверен.
– Вы уверены, что не провели все это время с ней?
– Уверен на все сто процентов. Жаль, что я был не с ней. Я ведь собирался… – неожиданно Андрович умолк.
– Собирались что? – поинтересовался Карелла.
– Н-н-ничего.
– Вы позвонили ей двенадцатого после того, как ваш корабль пришвартовался, правильно?
– Правильно.
– А потом вы с ней виделись? – Да, но только недолго. С полчаса.
– В то же утро?
– Кет, днем.
– Где вы встретились?
– У н-н-нее.
– Кто-нибудь еще был в квартире? Например, ее подруги?
– Нет. Я ни разу не видел их.
– Но вы разговаривали с ними по телефону?
– Да, с одной.
– С Мэрлой Филлипс?
– Не знаю.
– Тем утром, двенадцатого, тоже разговаривали не с Барбарой?
– Да. Ее подруга сняла трубку и потом позвала Барбару.
– И после разговора вы приехали к ней, правильно?
– Да, я пробыл у нее с полчаса.
– И что дальше?