Вампир-самозванец
Шрифт:
– Всё ещё не доверяешь? – усмехнулся тот.
– Тебе же сказали: подозрительность прежде меня родилась, – затем черноволосый вампир поманил к себе человека.
Тот, робея, приблизился. Едва уловимыми касаниями Клод что-то прочертил по его лбу.
– А почему ему три ромба? – удивился Нэррис, – Вы же нас обоих сегодня в первый раз видите.
– Потому, что кончается на «у», – проворчал шатен.
И Владик растерянно моргнул. Слышать от вампира обыкновенную человеческую детскую дразнилку было непривычно. Впрочем, они что-то упомянули про вампирскую скатерть-самобранку… и парня опять передёрнуло. Арсений вздохнул. Они с Клодом переглянулись и как-то многозначительно улыбнулись друг другу.
«Жизнь, прощай!» – подумал Владик. И ещё подумал почему-то, что теперь мерзкому захватчику территории, то есть, приёмному сыну его родителей, достанутся все возможные деньги на карманные расходы.
Клод достал из кармана штанов маленькую каменную коробочку, открыл – та на миг вспыхнула ярким светом – вытащил оттуда тонкий платок с обшитыми вышивкой прорезями у краёв. Расстелил тот на относительно чистом и самом сухом месте внутри ромба. Коробку сложил, спрятал в карман. Через несколько секунд платок вдруг разросся почти что с простыню, разве что поуже обычных, человеческих. И с вышитым узором. Красно-золотыми лебедями на фоне чёрных причудливых зарослей колючек с редкими листьями. На ярко-синем фоне.
– Кусок чёрного ржаного хлеба, поверх кусочки чеснока, поверх них – ломтики помидоров и пожирнее. Три штуки, – спокойно приказал Клод.
На скатерти с минуту после того появился кусок хлеба, не магазинного, а какого-то другого, ароматного, несимметричной формы. На нём горделиво лежал толстый кусок помидора и ещё пара колечек – валялись на скатерти. И из-под всего этого проглядывали кусочки чеснока. Владик потрясённо вытаращился на них. Неужели, предводитель отряда их съест? Неужели, ему уже жить надоело?
– Молодой вампир, на скатерть не свинячьте, – раздался откуда-то из ткани скрипучий старческий голос.
– Я сказал: три бутерброда! С чесноком и помидорами!
– Вы не так сказали, молодой вампир. Вы сказали три ломтика помидоров. И не хамите старшим! – проворчал всё тот же голос и чуть погодя на скатерти возникли три причудливых бутерброда из ржаного хлеба, с чесноком и помидорами.
– Благодарю вас, – сдержано сказал Клод, подхватил самый большой кусок хлеба, и, придерживая помидоры другой рукой, впился в него зубами, с наслаждением прожевал, проглотил. И… не сдох.
Аркадий заказал две тарелки горохового супа, с грибами и луком, бутерброд с маслом и сахаром, кувшин компота.
– Последний кувшин сегодня разбили, новых пока не поступало, – проскрипела скатерть.
– Давайте ведро, – не смутился блондин.
И едва не получил ведром по зубам, с трудом успев его подхватить. Судя по каплям, попавшим на лицо Владику и стёкшим в рот – компот. А на щеке земля…
Владик сплюнул с досадой, едва не попав на скатерть.
– На скатерть не плевать! Запрещено! – заверещала скатерть-самобранка так, что парень подпрыгнул и шарахнулся от неё.
А Нэррис невозмутимо продолжил:
– Картофельного пюре, с зелёным консервированным горошком и зеленью: большой веточкой укропа, петрушкой, зелёным и репчатым луком…
– Консервированного зелёного горошка нет, – ехидно отозвалась скатерть.
– Давайте обычный…
– Опять радикулит вас мучает? – сочувственно спросил Арсений.
– Опять… – тоскливо раздалось из скатерти-самобранки.
Брюнет продиктовал какой-то рецепт мази, преимущественно, травяной.
Последовало долгая пауза, после чего скатерть сдержано поблагодарила.
А Арсений, подмигнув Владику, заказал огромную пиццу с помидорами, сыром, грибами и зеленью.
Клод заказал хлеба с подсолнечным маслом и солью…
– От чрезмерного поедания сухомятки вы заработаете язву желудка, – доложил скрипучий голос.
Вампир нахмурился, но ответил предельно вежливо, что за такую заботу благодарит, но сегодня от сухомятки отказаться не может.
Они ещё чего-то заказали. Потом все многозначительно покосились на Владика.
– Ну… мне… дайте пару пачек сушёного солёного кальмара…
– Нету кальмара! – возмутилась скатерть-самобранка.
– Совсем? – растерялся парень.
– Ни сушёного, ни варёного. Никакого нет!
– Да врёшь! Не может же быть, чтоб не было обычного сушёно-солёного кальмара! – проворчал Владик.
– А вот нету – и всё, – сказал, как отрезал, мерзкий старческий голос.
– Ну… а пива?
– Читайте устав.
– И чё?
– Пиво на посту пить запрещено.
– Да плевал я на ваши уставы! Ни кальмара, ни пива! Скатерть для бомжей! – разозлился парень.
– Попроси что-нибудь другое, – прошептал Нэррис, – Или будешь спать голодным.
– Поздно, – проскрипела скатерть-самобранка ехидным голосом, – Отдел доставки продовольствия временно отключает вас от линии.
– Да… – начал было Владик.
– Плевали мы на тех, кто плюёт на устав! – грозно пророкотало из скатерти, – И вообще, молодёжь, приличные молодые вампиры по ночам не жрут! А спят!!!
Скатерть быстро начала уменьшаться. И минуты не прошло – как на земле лежал обыкновенный платок.
– Чё за?.. И какое, на фиг, это волшебство?! – офонарел от такого приёма человеческий парень.
– Из волшебства там только перенос еды и посуды с одного места на другое, завязанный на малых магических путях, – задумчиво отозвался Нэррис, – Ну, может, ещё на кухне используют местами магию, для ускорения процесса готовки.
– Но… но… – Владик клокотал от возмущения, – Эта скатерть мне хамила! Ни в одной сказке не читал, что эти хреновины умеют хамить и читать нотации о вреде жранья по ночам!