Чтение онлайн

— Она мертва, Дэниел. Брандацея. Еще одна из моих сестер. Мертва.

Серай долго рыдала в его объятиях, пока не смогла снова говорить и дышать:

— Ее больше нет, — вновь и вновь повторяла атлантийка. — Я опять не справилась. Занималась любовью, когда моя сестра умирала.

— Нет, ми амара. Ты исцелила меня и себя. Вся ответственность за сестер не может лежать на твоих хрупких плечах. Виноват дурацкий портал, что не позволяет тебе позвать на помощь.

Дэниел подскочил и потянулся за одеждой, но Серай подняла руку, чтобы его остановить.

— Сейчас день, так что мы никуда пойти не можем. Нам нужно поесть и принять душ. Вымоемся, а потом решим, что делать дальше. Скоро стемнеет, и сегодня мы постараемся найти «Императора» или умрем, пытаясь выполнить задание. Не позволю кому-то или чему-то остановить меня.

С гневом и решимостью на лице Дэниел кивнул и помог принцессе подняться. Серай воззвала к стихиям, особенно к окружающей их воде, дарующей жизнь. Влага всегда мгновенно отзывалась на мольбу детей Посейдона.

Поток танцевал над ними, как сияющий плащ, и на этот раз Дэниел не удивился, а просто стоял, раскинув руки в стороны, словно под душем. Серай мгновение смотрела на любимого, в очередной раз изумляясь, как этот красивый, опасный мужчина мог принадлежать ей, но затем Дэниел открыл глаза и улыбнулся. Атлантийка отбросила нерешительность и шагнула в его объятия.

— В рюкзаке есть мыло, — сказал Дэниел, проводя ладонями по ее рукам. Он поцеловал Серай, затем взял упомянутый брусок. Они вымыли друг друга, радуясь чувственным прикосновениям, даже перед лицом того, с чем им предстояло встретиться. А может, именно поэтому.

— Праздновать жизнь, — торжественно сказала Серай. — В этом есть смысл. Мы не можем вернуть Брандацею, если будем сидеть сложа руки и рыдать. Нужно действовать. Мы отпразднуем жизнь, когда найдем «Император».

— Кстати, об этом, — проговорил Дэниел, отбрасывая волны черных волос со своего точеного лица. — У меня есть план. Готова сделать кое-что опасное?

— Опаснее побега из анабиоза, связывания чарами брата Верховного принца и любви к вампиру?

Губы Дэниела дернулись в улыбке.

— Ну, если смотреть на это таким образом…

Серай направила водную спираль, чтобы почистить их одежду, а затем обратила магию вспять, чтобы высушить всю влагу из вещей, с тел и волос.

— Чудесная магия, — с воодушевлением заметил Дэниел. — Может, и глупо говорить о подобном в свете недавних трагедий, но такое удовольствие отмыться от пота и пыли.

— Когда чего-то лишаешься, начинаешь это ценить. Например, я очень хочу поесть что-то кроме яблок и… как ты назвал эти отвратительные сухие палочки?

— Батончики гранолы. Согласен. Еда хуже не придумаешь, но в такое время очень полезная.

Одевшись, поев гранолу, яблоки и выпив воды, Серай снова спросила:

— Так что ты предлагал попробовать?

— Думаю, нам следует объединить нашу магию. Как прежде, хотя я этого не сознавал во время нападения Джастиса. На этот раз мы сделаем это нарочно, и, надеюсь, оба окрепнем.

Серай склонила голову на бок, размышляя над его словами, а заодно наблюдая, как Дэниел натягивает ботинки на свои длинные, мускулистые ноги.

— Нам придется снова обменяться кровью?

Вампир уронил ботинок и уставился на нее:

— Нет, даже не думай об этом, никогда. Если мы в третий раз обменяемся кровью, ты умрешь. Или превратишься в чудовище. Мы не знаем, что происходит, если атлантиец становится вампиром. Ни при каких обстоятельствах я не обменяюсь с тобой кровью в третий раз.

— Тогда нам надо вызвать магию воронки. — Серай направилась к выходу из пещеры и встала под лучи послеполуденного солнца. — Тебе придется довериться мне, потому что кажется, это сработает только при свете дня.

Полковник Бриг Сент-Ивс получил свое звание со знаком отличия в виде орла еще до того, как вампиры, оборотни и другие твари из сказок на ночь и страшилок у костра решили превратить его жизнь в ад. Теперь ему приходилось работать с кучкой военных из морской пехоты, моряками, береговой охраной и федералами в совместном подразделении параномальных оперативников, и, честно говоря, он бы предпочел что-нибудь повеселее, поинтересней… Например, полежать на пляже и выпить пива — черт, да даже перспектива вытаскивать ломом из задницы иглы дикобраза выглядела привлекательнее.

В любом случае веселее, чем его теперешнее занятие. Он уже трое суток не видел дневного света. Скучал по жене. И если только не выберется к черту из этой дыры, то пропустит рождение первого внука или внучки, которое произойдет со дня на день. Так что, когда поступил вызов, полковник почувствовал невероятное облегчение.

— Пора выступать, сэр. Прошло уже семь минут после назначенного времени, а Смитсон так и не связался с нами по радио. — Молоденький лейтенант, стоявший навытяжку перед побитым столом Брига, наводил на полковника тоску.

Неужели он сам когда-то был таким юным?

Конечно, нет.

— Сэр?

— Семь минут, лейтенант? Он же банкир, а не солдат морской пехоты. Это лишь значит, что он либо пролил латте на дорогой костюмчик, либо засел в туалете и забыл о времени. Мы не выступаем, если гражданский опаздывает на семь минут.

— Так точно, сэр, но вы сказали…

— Отставить, лейтенант. Я знаю, что сказал, как знаю и то, что мы подождем до 16.30, а потом, если ничего не услышим, позвоним ему. И только тогда приступим к операции «Могила».

— Так точно, сэр.

Бывший моряк, ставший помощником пар-оперов, резко отдал честь, аккуратно повернулся и направился к выходу.

Бриг просто вздохнул. Операция «Могила». Он понятия не имел, что взбрело в голову этим шутам в Вашингтоне. И если какой-то банкир проворачивал грязные делишки на территории главного вампира этого региона и в том же штате, где случилась легендарная перестрелка, это еще не значит, что все связано с делом полковника. А тот, кто придумал, будто нужно обязательно отдавать честь в помещении — еще один идиот-бумагомаратель.