Чтение онлайн

Принц удивлённо вытаращился.

— С каких пор клятва рода допускает ложь?

Раф мрачно промолчал, а Далеон цинично усмехнулся. Распрямил плечи и сделал к сводному брату неуловимый, пружинистый, как у хищника, шаг. Их лица оказались на одном уровне, несмотря на то, что старший был в обуви, а младший — босой.

Гневные взгляды похожих как день и ночь братьев вперились друг в друга.

— Ты заботишься лишь о себе, — высказал Далеон. — И ненавидишь всё, что не можешь контролировать.

— Неправда, — шепнул Раф и встрепенул дыханием полуночно-чёрные пряди чёлки Далеона.

— Была бы неправда, я бы не сумел это сказать, — криво оскалился шестой.

Рафаэль отшатнулся, как от сильной пощёчины. Стиснул кулаки и дернул углом рта.

— Не думал, что ты обо мне столь «высокого» мнения.

Далеон замер, глядя на него. Не дышал и не моргал, как умеют только террины. Они могут стоять так часами, а затем нападать устрашающе быстро: пикнуть не успеешь — тебя уже настигли.

И именно эта их способность, эта нечеловечность, леденит у смертных кровь. И заставляет бессмертных понервничать.

Шестой принц разомкнул губы:

— Не думай, что я забуду, что ты сделал.

[1] Земля неизведанная

— …таким образом наш Император Магнус Ванитас, благослови Духи его славные дни, завоевал все королевства Терры и стал единым правителем всего мира. Кто-нибудь хочет рассказать о последствиях его завоеваний для других держав?

Мэтр-историк обернулся к «классу». Скользнул равнодушным взглядом по ряду пустых дубовых парт и стульев у окна, запылённым стеллажам с толстыми старинными фолиантами и остановился на единственной адептке в библиотеке.

Тёмные кудрявые волосы, вольно скользящие по плечам до копчика, незамутнённый взгляд чуть раскосых синих глаз, любезная улыбка на нежных губах, скромное платье деревенской жительницы. И с готовностью поднятая рука.

На её отдельном столике, не больше двух локтей в ширину, лежала раскрытая старенькая тетрадка в потресканной кожаной обложке, и пальцами свободной руки девушка невольно теребила краешек желтоватого листка.

— Прошу вас, несса Грейван, — кисло выдавил мэтр Факрайт.

Ему не нравилась Люция, как и многим другим учителям в замке. Она «всего лишь смертная девчонка без роду и племени», а они благородные террины. Магические твари и верхушка пищевой цепочки. И не важно, что чины их самые низшие, не важно, что магии в теле — грош, а эта самая «человеческая девчонка» в бою на мечах заткнёт их за пояс.

Важно, что она человек. Никто. Прислуга.

И учится здесь, наравне с детьми джентри, только по дозволению самого Императора.

Но её прилежание и острый ум не могут оставить равнодушными даже высокомерных мэтров. Люц вызывает у них досадную злость. Ибо детишки-террины к знаниям не стремятся, затраченных усилий не окупают, филонят и большую часть уроков прогуливают. В общем, позорят свой род как могут.

В отличие от Люции.

Тихо скрипнув стулом, Люц поднялась с места и, не гладя в конспект, отчеканила:

— Короли принесли Магнусу Ванитасу нерушимые магические клятвы верности и подписали позорные пакты о вхождении королевств в состав империи Ригель и об ограничении магии всех их подданных. Чем навсегда лишили себя возможности поднять восстание, по крайней мере, под предводительством королевских семей…

Люция подавила тонкую улыбку.

Она, как и все в замке, прекрасно знала, что за жизнью ненавистного императора по сей день идёт охота, ведь клятвы, данные правителями, распространяются лишь на них и их семьи, то есть на терринов одной крови, а все прочие… гм, подданные, могут сколько угодно покушаться на жизнь императора и устраивать бунты.

Наёмные убийцы регулярно проникают в его покои, пытаясь застать врасплох и прикончить. Но Магнус не зря прозван сильнейшим из терринов, и не красивыми глазами он мир завоевал. Ещё никто не сумел убить его. К сожалению… а может к счастью, ведь Люции нужно отомстить. Лично. А не приклеиться к чужому успеху.

— …Император пытался и пытается сделать магию привилегией доверенных лиц, — завершила она.

— Отлично, — прикрыв глаза, закивал остроухий мэтр. — Можете ещё что-то добавить, юная несса?

Люция замялась на секунду и осторожно вымолвила:

— В своей политике он жёстко разделял существ на врагов и друзей. Руководствовался правилом: «Либо вы со мной, либо против меня» — и предлагал всем встреченным в походе племенам присоединиться к его армии. Всех, кто отказывался, — безжалостно истреблял. Даже нейтральные кланы, даже редкие, малочисленные и вымирающие. Из-за… — «Магнуса Ванитаса» — с ненавистью подумала Люция. — …этой войны, с Терры навсегда исчезли некоторые расы терринов, а императору всё равно.

«Ему плевать, — шипела про себя Люц. — Этому жестокому ублюдку-Ванитасу плевать».

Гнев и презрение, видимо, отразились в сомкнутых губах, напряжённых челюстях или взгляде, потому что мэтр занервничал.

— Г-хм, г-хм! — прокашлялся в кулак Факрайт, намекая, что человечке стоит прикусить язык и вспомнить в чьём замке и по чьей милости она живет, ест, спит и даже учится. — Прошу вас, несса, воздержитесь от оценок и предположений. Мы не знаем, как к данной ситуации относится Его Величество и почему именно выбрал столь радикальные меры. Так было надо. И… это война, а не пикник на природе. На войне всегда есть жертвы, главное, чтобы они окупали результат. Вы поняли меня, несса?

Он предостерегающе посмотрел на неё, и Люция всё поняла. Как тут не понять, когда почти в лоб твердят: «Помалкивай коли жизнь дорога»? Да-а… с бунтовщиками Магнус расправляется также жестоко и без капли сожалений, как с несогласными племенами.

— Конечно, мэтр Факрайт, — мило улыбнулась Люц.

Седовласый, немолодой но подтянутый террин с низким магическим потенциалом смерил её пристальным взглядом, тяжело вздохнул и плюхнул на её одноместную «парту» стопку бумаги.

— Здесь домашнее задание для вас и ваших… гм, друзей. Прошу, возьмите себе и передайте остальным. А ещё…