Ванька 2
Шрифт:
Пояснительная записка к аттестационным спискам в этом году была вообще из рук вон…
Ну, куда такое годится – «…2,5% канцеляристов и 2,7% исполнительных чиновников подозреваются в совершении должностных преступлений… …отличаясь старательностью и трудолюбием, не имеют способностей к полицейской службе среди канцелярских служащих 7,5%, а на исполнительных должностях – 8,2%… …наличие способностей при равнодушном отношении к служебным обязанностям – характерна соответственно для 5% и 12,3% полицейских чиновников…»
– Да уберёт кто-то этот топор из моего кабинета!
Негодование, клокотавшее в полицмейстере, вырвалось наружу…
Глава 6 Не ждали…
– Теперь давай ты.
Федор указал мне на печь.
С возницей просто чудесная трансформация произошла. Влезал внутрь печи чуть ли не заяц в стадии умирания – согнуло всего, кашлял, носом хлюпал… Сейчас – пирожок румяный. Глазки посверкивают, стоит подбоченясь. Чуть на месте не подпрыгивает. Волосы на голове во все стороны смешно торчат.
– Федор Терентьевич, Вы мудями трясти перед честным народом долго собираетесь?
Евдокия со смешком своему благоверному рубаху и портки протянула.
– Срам-то прикройте… Или мне показываете, что Вам девки на Больше-Хлыновской бубенцы-то не оторвали…
Федор щербатым ртом улыбнулся, протянутое взял. Со скоростью старослужащего военного всё на себя натянул.
Место, которое Евдокия назвала, в Вятке всем известное. Там публичные дома размещаются. Некоторые мужички туда и побегивают.
– Ну, будешь париться? – опять вопрос в мою сторону прозвучал.
– Не.
Что-то не хотелось мне в печь лезть. Испекусь ещё не умеючи. Ну, может не испекусь, но обожгусь до пузырей – это точно.
– Ну, наше дело предложить…
Хорошее настроение как к Федору прилипло, так и не отставало.
– Евдокиюшка, нам бы чего с дорожки…
Хитреньким голоском проворковал Федор.
Лиса… Патрикеевна…
– После баньки – рубаху продай, а стопочку выпей…
Изрёк возница народную мудрость и на супругу игриво глянул.
Та в ответ ни слова не проронила, к печи подошла, ухват в руки взяла…
– Да, я, чо… Я – так… Шутейно… Гость всё же у нас…
Миг, и Федор опять стал другим. Глазки его испуганно замигали, руки подол рубахи затеребили. Просто мастер перевоплощения.
– Сейчас пошучу я, Федор Терентьевич, пошучу… Поперёк спины некоторым…
– Душа, ты перед людьми-то меня не позорь…
Федор укоризненно на жену посмотрел, вздохнул тяжело.
– За стол садитесь… – буркнула Евдокия. – Шутит он…
Федор из-за широкой спины женушки мне замаячил – скорей за стол садись, рожу при этом ещё скорчил. Супругу передразнил. Указательным пальцем после этого по шее щёлкнул. Знаком мне такой жест.
Евдокия ухват на место возвратила, на меня, на супруга своего внимательно так посмотрела. Прикинула что-то. К двери направилась. Куда-то из избы вышла.
Федор рука об руку потер, мне подмигнул…
Хлопнула дверь. Евдокия с недовольным видом к столу прошагала.
– Только немного. Кум Никола ещё вчера тебя спрашивал. С обозом в Нижний идти надо, всё уже готово, а тебя нет…
Стол четверть украсила. Полная. Почти. Рядом чугунок с картошкой своё место занял. Ну, и две граненых стопочки.
– А, ты?
Федор на Евдокию вопросительно посмотрел. Та только глазами сверкнула.
Да, хитер Федор…
Тут мне замысел и интерес его стал понятен. Зачем он меня дорогой в сани к себе подсадил, а потом ещё и в гости пригласил. Прикрылся он мною от недовольства женушки…
На Федю тем временем разговорчивость напала. Мастерски и с большим опытом разливая, он на печь мне глазами указал.
– В ней, я, Ваня, заново родился. Не доносила меня мамка, слабенький я появился – не жилец… Все думали – помру. Бабушка Егоровна тогда и сказала, что перепечь меня надо. Ну, давай…
Не дожидаясь никого Федор свою граненую посудинку опустошил.
– Обмазали меня тестом, в печь засунули…
Попытку повторно наполнить стопочку Евдокия пресекла. Четверть со стола убрала и на супруга внимательно так посмотрела.
– Ешь давай…
Продолжил Федор уже гораздо менее весело, без огонька.
– Ну, перепекли меня значит и жив я остался… Вот почти тридцать лет и небо теперь копчу…
На многозначительные взгляды Федора Евдокия не реагировала. Тот лениво чистил картофелины, макал их в соль и без желания ел. У меня же после стопочки аппетит зверский проснулся.
Хороша у Федора картошечка… Рассыпчатая…
Тут за дверью кто-то заскребся. Евдокия мужу кивнула – посмотри, кто там.
– Не заперто…
Недовольный Федор поленился встать.
За дверью продолжали скрестить, а не входили.
– Какой там некошной!
Уже со злостью крикнул Федор. Он такие планы строил, а тут всё обломилось… С Евдокией не больно-то и поспоришь…
Шуршание за дверью продолжилось.
– Да, кого там принесло.
Федор босыми ногами к двери прошлёпал, распахнул её. Тут я чуть куском картошки и не подавился.
За открытой дверью стоял Агапит.
Глава 7 Кум
Появление гостя хозяев избы не удивило.
– Заходи, Никола. – Федор указал пришедшему на лавку у стола. – Садись, гостем будешь.