Чтение онлайн

— Знаю. Дедушка такой. Здесь недалеко в хрустальном гробу выставлен, — Катя махнула в сторону закрытого жалюзи окна. — Вы, товарищ майор, ничего не путаете? Нам точно в 1919 нужно? Может, в 1819-й? Там тоже интересно. Бонапарта можно с острова Святой Елены вытащить, к янкесам в тыл забросить. Пусть репу почешут.

— Ты, товарищ сержант, можешь иронизировать сколько угодно. Я не историк. В чем с прискорбием и сознаюсь. И в школе я давненько учился. Сегодня успел статью в энциклопедии на ходу проглядеть. С Наполеоном пусть сами лягушатники возятся. Кстати, тов. Ленина мы своими телами закрывать тоже не собираемся. Это пусть коммунисты на коммерческой основе подобную акцию заказывают. Тов. Бронштейн, он же предреввоенсовета Троцкий, опять же без наших советов по модернизации республики обойдется. Политики мы не касаемся. Хрен знает, кто там был прав, а кто виноват. Мы не судьи. Задача наша проста и понятна, — отыскать одного человечка и уберечь его от ненужных знакомств.

— Что за человечек? Уж не великая ли княжна Анастасия? — в некотором изумлении поинтересовался начальник отдела "К".

— Да ты, майор, романтик, — гость усмехнулся. — Нет, не княжна, и вообще отнюдь не прелестная невинная девица. Человечка этого вы не знаете. Он персона вне историческая. Его в нашей линии вообще не существует.

— Так не бывает, — печально сказал Сан Саныч. — Персоналии в "кальках" полностью тождественны. Это аксиома.

— Не спорю. Но наши специалисты никакого документального подтверждения существования этого человечка в архивах не обнаружили. Не было его здесь, — гость посмотрел на Сан Саныча. — Умению специалистов нашего ведомства проводить следственно-розыскные мероприятия я привык доверять. А вы?

— Ваш человечек мог в здешней "кальке" в малолетнем возрасте богу душу отдать, — сказала Катя. — Или чуть позже откинуться. Бардачок у нас в стране известный. От целых полков и воспоминания не остается.

— Справедливейшие слова, — Виктор Иванович многозначительно поднял толстый палец. — К счастью в стране еще остались мудрые головы и пытливые умы. Они и шепнули, где пересечься с искомым нам человечком. Так что волноваться нам незачем.

— Мы этому человеку должны шею свернуть? — мрачно поинтересовалась Катя.

— Да зачем же так? Только побеседуем. Я побеседую. Ты, товарищ сержант, будешь окрестностями любоваться. Потом человечек пойдет своей дорогой, а мы, — оп! — домой. В этом вопросе крепко надеюсь на твою помощь, Катерина Георгиевна. Мне ваши хроноэксперименты — темный лес с волками.

— Мы подобные операции месяцами планируем. Агенты обстановку изучают, документы штудируют, легенду готовят, — пробормотал начальник отдела. — Ты, майор, думаешь, это как в Тверь на выходные прошвырнуться?

— Ни в коем случае! — запротестовал гость. — Я ваши сомнения всем сердцем понимаю и принимаю. Явился толстый, невежественный мужик, и в элитные агенты носорогом прет. Ну, не знаю я истории, и вашей физики-математики не знаю. Винюсь, по возвращению займусь самообразованием. А пока уж, примите каков есть.

— А собственно почему… — интеллигентный Сан Саныч замялся.

— Почему я? А я там пройду. Мне что буденовцы, что марковцы или махновцы, — все едино. Я политикой не интересуюсь. Я специалист по бардаку. Там ведь бардачок, сами сказали. Может быть, самый примечательный беспредел в истории нашей многострадальной страны. Правильно? Правильно. Вопросы еще имеются?

— Точное время и место?

— Катерина Георгиевна, оно вам так надо? Ну, хорошо. Лето 1919 года. Северо-восточная Украина. Точнее скажу перед самым отбытием. Не из вредности, — имею прямой приказ.

— Ориентировочный срок выполнения задания?

— От трех до семи дней. Каждый день, — удвоенные "боевые". Слово даю, получите все до копейки.

— Легенда? Без легенды и без прикрытия мы при первом контакте засыплемся.

— Кто сказал, что идем без легенды и без прикрытия? Все будет: оружие, деньги, документы, свежайшие данные по оперативной обстановке. Придем и возьмем как на блюдечке. И легенда имеется. В общих чертах, — ты, Катерина Георгиевна, моя боевая подруга, она же маруха, киска, фрея. Любящая. Преданная аки кошка. Понимаю, что выглядит мезальянсом, но где такой красавице истинно достойного партнера подыскать? Ван Даммы и прочие Бреды Питы у нас не служат. Зато будешь одета, сыта. Никаких портянок, чирьев, вшей и прочих ужасов военного коммунизма. По легенде мы не из безлошадных селян и голодающих пролетариев. Подробности позже.

— Цель. Он кто?

— Без комментариев.

— Маршрут? Город или село?

— Начнем с города. Подробности позже.

— Ориентиры? Без них угодим прямо в ж…

— Ориентиры будут. Фото и видеоматериалы. Мои личные впечатления. Я в точке прибытия побывал вчера. Перед Прыжком изложу любые подробности. Поправку на последние девяносто лет сама сделаешь. Устроит?

— Цель — тот человечек — он под охраной?

— Без комментариев.

— Почему такая спешка?

Виктор Иванович поцокал языком:

— Уж не знаю, как и сказать. Лишними подробностями грузить вас не хочется. Давайте скажем так, — нас могут опередить.

Катя и Сан Саныч переглянулись:

— Конкуренты?

— Без комментариев.

Катя и Александр Александрович сидели в комнате отдыха, пили чай с лимонными вафлями.

— Нет, — вздохнул начальник, — уйду я. С моим желудком нужно занятие поспокойнее. Какая-нибудь рутинная научная работа. Буду раз в год статью в "Вестнике академии" публиковать и фиг с ним. Что мне эта "калька"? С ней совсем с ума сойдешь.

— Ты, товарищ начальник, для начала с цитрусовыми вафлями завязывай. В них лимонной кислоты полно, — не слишком-то для гастрита полезно. А из "кальки" ты не уйдешь. Тебе здесь интересно. Да и любишь ты былое вспомнить, из "нагана" на стрельбище побабахать. Этого тебе на гражданке точно не позволят.

— Ты, Катерина, вечно правду-матку в глаза режешь. Никакого воспитания. Смотри, прижмет тебя майор.

— Это точно, — согласилась девушка. — Полезет. Он по поводу баб слабоват. Собственно, ко мне всё равно все лезут.

— Я к тебе ни разу не приставал, — обиделся начальник и взял еще вафлю.

— Ты правильный. У меня муж такой же был, — с грустью согласилась Катя. — Чего ж вас, нормальных людей, так мало? Просто свинство какое-то. Саныч, я тебе сувенирчик переправлю. Все равно, в последний раз иду.

— Не вздумай рисковать, Катька! Собьете наводку, бог знает куда угодите. Не глупи. Вернешься, я тебя еще за ножичек в штанах взгрею. Как пацанка игрушки таскаешь. Будто на тебя кто-то покуситься рискнет. Тебя уже и лица кавказкой национальности на улице по дуге обходят. Кстати, ты смотри с майором, поаккуратнее. Он, похоже, крутой.