Чтение онлайн

Я остановился, когда мы достигли основания лестницы. В лучах их фонарей я увидел два гроба, помещенные на козлы, а также нечто на стене над большим из них.

– Отец, что это? – спросил я.

Кто-то услужливо навел луч света на это.

– Это похоже на веточку омелы, завязанную на фигуре маленького каменного оленя, – сказал он.

– Вероятно, имеет отношение к черной магии, – предположил я.

Он перекрестился, повернулся и снял ее.

– Вероятно, так, – сказал он, разрывая омелу и разбрасывая куски по комнате, разбивая фигуру и отбрасывая куски прочь. Я улыбнулся, теперь я вышел вперед.

– Давайте откроем это и посмотрим, – сказал доктор.

Я помог им. Когда гробы были открыты, я не слушал комментарии о бледности, сохранности, и окровавленных ртах. Бродски выглядел так же, как и всегда – темные волосы, тяжелые темные брови, изогнутые челюсти, небольшое брюшко. Девушка была прелестна.

Выше, чем я думал, с очень милой пульсацией у горла и почти синеватым оттенком кожи.

Отец О'Брайен открыл свою Библию и начал читать, держа фонарик над ней дрожащей рукой. Док поставил свою сумку на пол и что-то нащупывал внутри нее.

Бен отвернулся со слезами на глазах. Я дотянулся до него и бесшумно сдавил его шею, пока другие занимались своими делами.

Уложил его на пол и подошел к доктору.

– Что? – начал он и это было его последним словом.

Отец О'Брайен прекратил чтение. Он уставился на меня.

– Ты работаешь на НИХ? – вскричал он, бросив взгляд на гробы.

– Вряд ли, – ответил я, – но они мне нужны. Они кровь моей жизни.

– Я не понимаю…

– Каждый является добычей кого-нибудь, и мы делаем то, что мы должны делать. Такова экология. Простите, отец.

Я воспользовался лопатой Бена, чтобы похоронить всех троих под полом по направлению к задней части здания, – чеснок, колья и остальное. Затем я закрыл гробы и вытащил их вверх по лестнице.

Я проверил все вокруг, пока шел через поле и на обратной дороге, когда вел грузовик. Было еще сравнительно рано и вокруг никого не было.

Я погрузил их обоих в кузов и прикрыл тряпкой. В тридцати милях езды была еще одна разрушенная церковь, о которой я знал.

Позднее, когда я установил их невредимыми на их новом месте, я написал карандашом записку и вложил ее в руку Бродски:

"Дорогой Б., Пусть это будет Вам уроком. Вы должны прекратить действовать как Бела Лугоси. Вы теряете свой класс. Вы счастливчик, что проснетесь после всего, что было этой ночью. В будущем будьте более осмотрительны в своих действиях, или я могу уволить Вас. В конце концов, я здесь не для того, чтобы Вас обслуживать.

Преданный Вам В.

P.S. Омела и статуя больше не действуют. Почему Вы вдруг стали так суеверны?"

Я взглянул на свои часы, когда я покидал это место. Было одиннадцать пятьдесят. Немного позже я остановился на 7:11 и воспользовался телефоном.

– Привет, Кела, – сказал я, когда услышал ее голос. – Это я.

– Вердет, – сказала она. – Тебя долго не было.

– Я знаю. Я был занят.

– Чем?

– Ты знаешь, где находится старая церковь Апостолов рядом с шоссе?

– Конечно. Она есть в моем списке.

– Встречай меня там в двенадцать тридцать и я расскажу тебе о ней за ленчем.

Эта ночь началась как и другие, но она имела все-таки что-то особенное. Полная и роскошная луна поднялась над горизонтом и ее свет, как снятое молоко, разливался по каньонам города.

Остатки дневной бури образовали клочья легкого тумана, которые как привидения двигались вдоль тротуара. Но дело было не только в луне и тумане. Что-происходило в течении нескольких последних недель. Мой сон был тревожным. И дела шли слишком хорошо.

Я безуспешно пытался смотреть позднее кино и выпить чашку кофе до то, как он остынет. Но посетители все шли, беспорядочные запросы продолжались и телефон звонил постоянно. Я предоставил моему ассистенту Вику управляться со всем, с чем он может справиться, но люди продолжали толпиться у стойки – как никогда в другие дни.

– Да, сэр? Чем могу помочь? – спросил я мужчину средних лет, у которого подергивался левый угол рта.

– У вас есть заостренные колья? – осведомился он.

– Да. Вы предпочитаете обычные или обожженные?

– Я думаю, обожженные.

– Сколько?

– Один. Нет, лучше два.

– Доллар скидки, если вы берете три.

– Хорошо, пусть будет три.

– На дюжину очень большая скидка.

– Нет, трех достаточно.

– Хорошо.

Я наклонился и раскрыл коробку. Черт побери. Осталось только два. Нужно вскрывать другой ящик. Наконец, Вик заметил ситуацию и принес другую коробку из подсобки. Парень обучался.

– Что-нибудь еще? – спросил я, когда завернул покупку.

– Да, – сказал мужчина. – Мне нужна хорошая колотушка.

– У нас есть три разных вида, по разной цене. Самая лучшая из них…

– Я возьму лучшую.

– Прекрасно.

Я подал ему одну из-под соседнего прилавка.

– Вы оплатите наличными, чеком или кредитной карточкой?

– Вы принимаете MasterCard?

– Да.

Он вытащил свой бумажник, открыл его.

– О, мне нужен также фунт чеснока, – сказал он, вынув карточку и передав ее мне.

Я позвал Вика, который в данный момент был свободен, чтобы он принес чеснок, пока я выбиваю чек.

– Спасибо, – сказал мужчина несколькими минутами позже, повернулся и пошел к выходу, держа покупку в руке.

– Спокойной ночи, удачи вам, – сказал я. Звуки далекого уличного движения донеслись до меня, когда дверь открылась и затихли, когда она закрылась.

Я вздохнул и взял свою чашку кофе. Вернулся к креслу перед телевизором. Только что пошла реклама зубной пасты. Я переждал ее, зато потом была Бетти Девис… Через секунду я услышал покашливание за моей спиной. Обернувшись, я увидел высокого, темноволосого, темноусого мужчину в бежевом пальто. Он выглядел хмурым.