Чтение онлайн

Любому стоящему в стороне могло показаться, что удар Красавчика пришелся как раз по моему лицу. А я, простой деревенский парень, безжизненно валюсь на спину. Но это только могло показаться. На самом деле все оказалось гораздо хитрее.

В полном соответствии с правилами ведения боя японских самураев я вытянул Джармона-Красавчика в инерционную западню. Его ладонь просвистела в двух миллиметрах от моего лба и, не встретив никакого сопротивления, отправилась дальше. Если говорить проще, то Красавчик последовал за своей рукой и инерционная кривая привела его в положение (лежащего вверх ногами крокодила).

Думаю, Джармон и сам не понял, что произошло. А я принимал поздравительные возгласы. Но дело есть дело. Красавчик еще не попросил прекратить поединок. Значит, у него есть, что сказать. Выслушаем его со всей возможной внимательностью.

Со стороны ранее поверженного противника последовала серия умопомрачительных комбинаций. И слова, и справа, и откуда только можно. Но вся соль в том, что я тоже комбинатор. Единственное, что меня немного беспокоило, так это голова Джармона. Впрочем, я старался обращать на нее меньше внимания. Удары этой части тела не столь болезненные и редко достигают болевых точек, если, конечно, не подставлять под нее свою голову.

Время шло, и пора было приступать к заключительному акту. Я позволил Красавчику еще минуту продержать видимую инициативу. То есть я немного побегал от него по кругу и поуклонялся от молниеносных ударов. Джармон оказался отличным бойцом. Не его беда, что ему достался противник, который кое-что понимал в драках.

Немного выждав и решив, что Красавчик созрел, я пошел в наступление. И сделал это весьма необычным для Варркана способом.

Наблюдая за поединками, я заметил одну интересную вещь. Удары ногами наносились почему-то только по лежачему противнику, а по стоящему Варркан предпочитал бить руками или головой. На этом я и решил сыграть.

В тот момент, когда Джармон, выпятив гигантскую челюсть, собирался покончить со мной одним ударом, я носком правой ноги встретил его наглую рожу. Это был отличный удар. Мой старый сержант остался бы доволен.

Я отхлестал Красавчика по щекам, как мальчишку, и в завершение перебросил его через голову. После чего улегся на поверженном противнике, провел болевой прием на шею и принялся преспокойно ждать, когда Красавчик попросит пощады.

Я ошибся. Джармон лишь упрямо сжал покрасневшие губы и терпеливо сносил боль.

Я уважал достойных противников, поэтому дал Джармону встать.

Боже, что делает с человеком поражение! Его было не узнать. Прежняя самоуверенность слетела, и теперь передо мной стоял ошарашенный и подавленный человек, который открыл для себя неизвестную ранее истину.

Но игра есть игра. Требовалось завершить весь этот бардак. Джармои пытался что-то предпринять, но мне, да и всем, давно стало ясно, что с ним покончено. Я подумал, что, избивая Варркана, немного заработаю на популярности. Требовалась красивая и быстрая комбинация с полной и безоговорочной капитуляцией.

Итак, пока Джармон не справился со своим гневом, на который лично мне наплевать, планы следующие: обхватить Джармона и броском об маты вышибить у него всю дурь. А заодно и желание продолжать сопротивление.

Блистательно выполнив первую часть плана, я уже готовился ко второй, как неожиданно произошел сбой. Я почувствовал, как неведомая сила швырнула меня на землю и сдавила горло. Да так, что воздух перестал просачиваться сквозь широко открытый лоб. Что-то тут не так! Это не лезло ни в какие рамки! Так глупо проиграть, когда победа уже шептала ласковые слова!

Неожиданно до слуха донесся возмущенный ропот и крики учителя. Неужели Салбор не выдержал и остановил поединок? Я хотел было не согласиться с таким решением вопроса, но вовремя вспомнил, что не только говорить, но и дышать мне практически нечем.

Но внезапно груз, сдавливающий шею, исчез. Джармона оторвали от меня и оттащили куда-то в сторону.

Прочищая свежим воздухом горло, я боялся поднять глаза. Мне казалось, что прерванная не мною встреча ляжет тяжелым грузом на дальнейшие взаимоотношения с Варрканами.

Но, как ни странно, до меня никому не было никакого дела, а вот со стороны доносились протестующие возгласы Джармона – кажется его в чем-то обвиняли. Подойдя к задним рядам столпившихся вокруг Красавчика и Салбора учеников, я привстал на цыпочки и навострил уши.

Случилось неслыханное. Кодекс чести предписывал каждому Варркану не обращать волшебство против брата своего. К тому же любое колдовство, совершенное в замке – дело недопустимое.

Джармон нарушил сразу оба правила. Если бы Салбор вовремя не распознал и не снял заклятия, я бы, скорей всего, задохнулся. И не помогли бы никакие фокусы. Таким образом, применение волшебства Джармоном означало его полное поражение. К чему мы и стремились. Вся слава забияки Красавчика перешла ко мне. Этим же вечером я поинтересовался у Хейгора: – И что теперь ожидает Джармона?

– Это будет решать Великий Магистр. Ты же знаешь, что верховная власть в Корче принадлежит ему.

– А что может сделать Магистр с Красавчиком?

– Что сделать? – в разговор вмешался Дальян. – Могут лишить памяти и отправить куда-нибудь к дьяволу на кулички.

– Я бы не хотел, чтобы из-за меня Джармона лишали памяти.

– Тогда сходи к Великому Магистру и попроси смягчить кару.

– А совсем без наказания нельзя?

– Совсем – нет.

– Ну хорошо. А если я схожу к Магистру, что тогда?

– Джармона могут изгнать из королевства без принятия сана Варркана и вручения цехового знака, – пояснил Хейгор. – Что в этом плохого?

– Ну, во-первых, стыдно не знать таких вещей взрослому Варркану, – я закрыл рот, понимая, что слова Дальяна звучат логично. – А во-вторых, сан не только обеспечивает помощь жителей, но и придает дополнительную защиту от нечистой силы. – Амулет?

Дальян и Хейгор разом переглянулись, что могло означать только одно – я снова сказал заведомую чушь. – Файон, в вашей северной глубинке совсем не учат элементарным вещам. Разве ты не знаешь, что цеховой знак – это серебряный перстень с изображением специальных каббалистических знаков?