Чтение онлайн

– Хорошо. Кстати, об орудии убийства, его нашли?

– Медики говорят, это острый нож. С не слишком широким, коротким лезвием. И нет, его не обнаружили.

– Плохо для расследования. Но хорошо для твоего, Ян, клиента. А отпечатки пальцев? В машине обнаружены следы посторонних людей?

– Нет. Отпечатки только самой Ядвиги и ее мужа. Что неудивительно, ведь он мог ездить в машине вместе с женой.

– Понятно. Что еще есть у полицейских? Не могут же они предъявлять обвинение с такими скудными доказательствами?

– Есть свидетельские показания Людвига Збигнева. Он уверяет, что Марек ненавидел их с женой и угрожал им расправой.

– В свете уголовных исков, которые грозили обоим супругам, Людвиг не может считаться надежным свидетелем.

– Возможно. Но не он один слышал угрозы Марека.

– Что?! Как это возможно?! Ян, боюсь, что я не совсем хорошо поняла тебя. Каких именно свидетелей нашел Людвиг?

– Дело в том, что до гибели Ядвиги между Мареком и его родственниками произошел еще один инцидент.

– Господи, когда же он все успел?! – расстроенно всплеснула руками я.

– Так просто сложилось, не совсем удачные стечения обстоятельств.

– Полагаешь?! – Я немного помолчала. Пан Ковальский тоже не рискнул нарушить тишину, что повисла за нашим столом. – Ладно. А можно узнать подробности?

– Лично я там не был. Так что перескажу со слов Марека.

– Внимательно слушаю.

– После приезда молодому человеку понадобились некоторые мелочи из бытовых вещей. И он отправился в магазин. Вернее, поехал в большой торговый центр в городе. И, видимо, по привычке туда, где бывал с родственниками. По странному стечению обстоятельств в то же время в торговый центр отправились и родственники Марека. Дядя с тетей, я имею в виду.

– Да, уж поняла.

– И они столкнулись в этом торговом центре, прямо у дверей кафетерия.

– Допустим, столкнулись, – согласно кивнула я, – город небольшой, бывает. Но совпадение это или нет, Марек должен был сдержаться! Молчать, не вестись на провокации, если они были. И так далее.

– Понимаю, – пожал плечами молодой человек. Потом немного помолчал и добавил: – Но знаешь, Женя, иногда это проще сказать, чем сделать.

– Наверное, ты прав, – снова согласилась я. – И что же там произошло? Очередной скандал?

– К сожалению, не только, – глубоко вздохнул адвокат, – разумеется, все снова началось с несдержанной, злой на язык Ядвиги. Женщина не смогла молча пройти мимо. И начала оскорблять племянника и обвинять его в бедах, свалившихся на них, а также в черной неблагодарности. Уверяя, что они вырастили мальчика, относились к нему всегда как к родному сыну. Растили и заботились, дали блестящее образование, которое и помогло молодому человеку развить свой талант, довести умения до совершенства. А теперь, когда Марек всеми признанная знаменитость, он решил, что может позволить себе все, что угодно. Издеваться над родственниками, сбегать без предупреждения! Лишить их родного дома и всего имущества. Так ему и этого мало! Марек вознамерился довести родню не только до нищеты на склоне лет, но и до тюрьмы! А они так старались и не заслужили подобных лишений и позора!

– Похоже, что пани Ядвига просто работала на публику, – высказала я предположение.

– Согласен, я тоже думаю, что так и было, Женя, – не стал со мной спорить Ян, – и это только лишь цензурные слова. Как ты понимаешь, лексикон Ядвиги более обширен.

– О, да!

– Потом к оскорблениям Ядвиги присоединился ее муж. Только, по словам Марека, Людвиг не причитал и даже на оскорбления особо не напирал. Он скорее сетовал на неблагодарность парня.

– То есть декорация была примерно такая: «Неблагодарный, знаменитый племянник не просто забыл своих стареющих родственников. Он решил их оскорбить, унизить. Лишить средств к мирному и достойному существованию и всего ценного имущества».

– Да, Женя, ты практически слово в слово повторила слова Людвига, – восхищенно присвистнул молодой адвокат.

– Всего лишь обоснованное предположение, – сдержанно кивнула я, – пожалуйста, продолжай, и что было дальше?

– Марек вполне ожидаемо вспылил. Он стал кричать, что родственники уничтожили его семью и убили его детство. Лишили воспоминаний на долгие годы! А кроме всего прочего, беззастенчиво лгали ему и воровали! Распродавали за монеты память, что осталась ему от родителей! И что он за это уничтожит их! Растопчет, ославит на весь мир и обязательно отомстит! На что Людвиг ответил нечто резкое и обидное. Мол, давно ли он стал таким смелым, молоко на губах еще не обсохло, и все такое прочее.

– И все?

– Нет. Боюсь, Людвиг добавил еще парочку обидных эпитетов. А Марек не сдержался и ударил дядю по лицу.

– Правда?! – несказанно удивилась я. – Не думала, что Марек на это способен!

– Он сказал, что сам от себя не ожидал. Но в тот момент ярость просто кипела в его жилах, и он не сдержался.

– И плюс ко всему парень наговорил родственникам угроз?

– Как минимум. То есть его слова можно истолковать по-разному. А уж Людвиг постарался, чтобы полицейские услышали тот самый смысл, что сойдет за угрозу смерти.

– Вы намекаете, что свидетели были подкуплены?

– К сожалению, я не смог выяснить это точно. Но полагаю, что некоторые люди оказались там не случайно.

– Нужно срочно выяснить имена и адреса свидетелей. Как адвокат пана Збигнева, вы имеете право знать эту информацию, а также допросить их всех.

– Понимаю.

– Но перед допросом, и я вам помогу в этом, нужно будет навести об этих людях подробные справки. Но об этом позднее. Дискредитация свидетелей может нам понадобиться позже. Сейчас, прямо сегодня, нам нужно добиться освобождения Марека из-под стражи. Ему не должны предъявить обвинения. Ты ведь помнишь, что нужно сказать в полиции?

– Конечно, я запомнил все аргументы, буквально слово в слово.

– Хорошо. Кроме этого, ты должен срочно запросить у сотового оператора распечатку разговоров Марека Збигнева в вечер, предшествующий смерти Ядвиги.

– Но зачем это нужно делать? – растерялся мужчина.

– Теория, что Ядвига ехала, но не доехала до поместья Збигневых, а потом позвонила племяннику и вызвала его на встречу, буквально притянута полицейскими за уши. И нам очень легко доказать ее несостоятельность. Она рассыплется в пыль, как только выяснится, что Марек не разговаривал в тот вечер с Ядвигой.