Чтение онлайн

Выглядела она необычно. Волосы у неё были собраны в высокую причёску, наподобие конского хвоста, спускающегося на плечи завитыми локонами. Платье было похоже на те наряды, что она показывала, разве что было скромным, без украшений и рукава были в три четверти руки.

Матильда стала показывать мужу мужские наряды и хаять то, что было на нём надето. Взгляд мужа холодел с каждым её словом, в итоге, карандаш, который он вынул из альбома, выполняющий задачу замка, сломался пополам.

– Пойдёмте за ширму, вы снимите с меня мерки, - увела я портниху с глаз мужа.

"Спокойствие. Наживать врагов нам ни к чему. Я разберусь. Ты лучше займись тем, зачем пришёл. "

"Уже. Просканировал, наложил заклятье и подтёр воспоминания за последние десять минут. Так что если говорили о чём-то важном, возможно, следует повторить."

"Благодарю."

– Я, пожалуй, пойду, - Мир встал и отправился к двери.

– А как же мерки? И вы ведь не выбрали что именно хотите.

– Жена выберет за меня и мерки вам скажет. У неё глаз-алмаз и со вкусом порядок.

На слова мужа о моём вкусе Матильда скривилась, но князь этого не увидел.

Я потратила два часа, обсуждая тот или иной наряд, в итоге я пошла на уступку, но перерисовала все наброски. Никаких открытых плеч и воздушных рукавов. Хотите пышности, добавьте складки. Прозрачные ткани не допустимы. Закрытая грудь, пусть и украшенная самоцветами. Расписанные золотистыми нитками полы платья, широкая полоса по подолу, вышитая жемчугом. От самоцветов я отказалась, а для симметрии предложила надеть на правую руку такой же браслет, ну и серьги в тон. А вот венец предстояло заказать у ювелира. Вопросив, кто это такой, узнала, что речь зашла о златокузнеце.

– Матильда, вы ведь француженка, хотя и очень хорошо говорите по-русски. Как вы здесь оказались?

Взгляд женщины потеплел. Она, словно по-другому взглянула на меня.

– Замуж вышла за новгородца.

– И чем же вас прельстила Русь?

– О, тут необычно, и люди добрые, никогда в беде не откажут. И ваши обряды, они такие, такие... Наивные, что ли, пусть немного распутные, но в то же время целомудренные. Как вы проводите эту грань?

– Грань?

– Ну да, ваши женщины скромны, но могут и за себя постоять и за свою семью, а мужик сильный, но никогда не обидит жену. Хотя, раньше так было...
– она погрустнела.

– Раньше?

– Да. Сейчас мужик и обидеть бабу* может.

Я стала расспрашивать женщину. Оказалось, что всему виной спиртное. Мужики перестали быть мужиками. Пузо себе отрастили, уже руки распускают на женщин, да только те за себя постоять всё равно могут. И если не все мозги мужик пропил, то и жить сносно вместе можно.

Да вот не сложилось у неё с мужем. Запил, а потом и стал обижать. В итоге жена не выдержала и выгнала мужа. Так и живёт одна, детей тоже сама воспитывает. Двое у неё. Мальчику семь, а девочке пять.

Я стала расспрашивать дальше, об образовании. Но портниха не могла его дать. Читать она не умела по-русски, да и запрещено это было. У ниё же на Родине получить образование можно было имея аристократические корни и большие деньги.

Ну и я предложила ей свои услуги. Пока только читать, а там, как пойдёт. Ещё зависит от моего свободного времени. Учителей я пока тут не встретила, да и других образованных людей, имеющих свободное время для этого. Женщина расплакалась и попросила прощения за то, что обижала наши наряды.

– Простите, Ваше Сиятельство, я ляпнула не подумав, и лишь когда ваш муж сломал карандаш, что-то во мне щёлкнуло, но даже тогда я не сразу сообразила.

– Что поняли?

– Он вас очень любит, это ведь Вы вышивали. Вышивка особенная, а сколько труда и души в неё вложено. И пусто она не особо красива, но ведь это обереги, не так ли?
– я кивнула.
– Вы меня простите?

– Я подумаю, - я улыбнулась. Обида на женщину прошла.

А дальше мы совместно нарисовали наряды для моего мужа, которые надевались поверх любой сорочки. Вопрос был лишь в том, успеет ли женщина к балу? На что она заверила, что успеет. У неё имелись вышивальщицы в работницах, так что останется лишь раскроить ткань, а потом сшить.

На этом мы и расстались.

Голова у меня гудела, в глазах рябило от выбора всевозможных образцов тканей, украшений, тесьмы.

"Мирчик, забери меня..."

Сознание поплыло. Меня кто-то подхватил на руки прежде, чем я отключилась.

– Яся, Ясенька, - голос любимого настойчиво звал меня.

– Мирчик...

Попыталась открыть глаза, а заботливые руки чуть приподняли голову, давая попить.

– Осторожно, горячо. Маленькими глоточками пей, - и я отхлебнула. Приятное тепло разлилось по пищеводу и желудку. Какое блаженство. Мясной чуть солоноватый отвар приятно ощущался во рту. Допив, я смогла открыть глаза.

Мы была в нашей спальне, подле меня сидел на постели встревоженный муж, подстелив покрывало.

– Как ты? Ясь, ты зачем себя голодом моришь? Ну ладно я, у меня дела срочные. Но у тебя-то нет.

– Меня смотрел кто?

– Да.

Я покраснела. Ещё не хватало, чтоб меня какой-то мужчина видел голой.

– Не волнуйся, тебя никто не видел в таком виде, - муж бросил недвусмысленный взгляд на моё обнажённое и спрятанное под одеялом тело.
– И ты не беременна. Просто истощение. Тебе кушать надо чаще, каждые три часа. Раз ты не можешь сама следить за своим питанием, это буду делать я.

Я молча слушала мужа, а потом, кивнув, встала.

Мир помог мне одеться, и мы пошли на первый этаж кушать. Почему не в кровати? Да потому что Мир живёт по правилам, одно из которых "никакой еды в спальню". Видно, это не касалось жидкости, потому что у нас стоял кувшин с водой и стаканами на комоде. Но кушать муж позвал в столовую, я и не возражала. Всё же больной я себя не ощущала, да и дел много. Полениться можно, но ведь со скуки помрёшь. А любимый ухаживать всё равно не будет, дела ведь не ждут. Поэтому лучше быть здоровой.