Чтение онлайн

Подавая дежурному офицеру депешу, которой он был вызван в Энгельбрук, Манфред загадал на то, что всё будет в порядке, если ему сейчас дадут отдохнуть с дороги. Ни с того, ни с сего возникшая мысль удивила его самого, но где-то в глубине души тихо прозвучало: "а вдруг?". Офицер сверился со своими записями и сказал:

– Как только будете готовы, дайте мне знать. Вас сразу же проводят к месту назначенной встречи.

– Я не ослышался?
– Удивился Манфред.
– Вы хотите сказать, что у меня есть время на отдых?

– В пределах разумного, господин егермайстер, - уточнил офицер.
– На вашем месте, я не стал бы заставлять долго ждать графа Фридхелма.

Манфред достал платок и промокнул им моментально вспотевший лоб. Офицер решил, что визитёр испугался предстоящего разговора с всесильным вельможей и сочувственно улыбнулся. На самом деле, это была замечательная новость. Из всех кураторов проекта, только граф Фридхелм вызывал у егермайстера неподдельное чувство уважения. Его сиятельство отличался здравомыслием, рассудительностью и всегда вникал в суть вопросов, по которым ему доводилось принимать решение.

"А, ведь, сбылось, - подумал Манфред, - теперь, действительно всё будет в порядке. Лгать мне точно не придётся".

– Дорога не была утомительной, - сказал он дежурному офицеру.
– Я готов немедленно встретиться с его сиятельством.

Офицер дворцовой стражи понимающе кивнул и сделал знак одному из своих подчинённых:

– Проводите господина егермайстера.

Встреча была назначена в одной из не6ольших комнат, одинаково пригодных, как для любовных свиданий, так и для деловых переговоров людей, высоко ценивших конфиденциальность. Основным достоинством таких комнат было наличие ещё одной двери, выводившей в потайной проход и несколько слоёв тканевых драпировок на стенах, что значительно осложняло подслушивание.

Стражник подвёл Манфреда к неприметной двери в тупиковом ответвлении коридора, открыл дверь своим ключом, но сам внутрь заходить не стал.

– Вам сюда, господин егермайстер.

Манфред убедился, что все пуговицы на его мундире застёгнуты, после чего шагнул в дверной проём, на ходу поправляя манжеты на рукавах. Пока он сообразил, что в комнате кроме него никого нет, за спиной раздался звук поворачивающегося в замке ключа.

"Видимо, поэтому мне и давали время на отдых, - догадался егермайстер, - а то со слов дежурного офицера выходило так, будто его сиятельство уже меня ожидает".

Он обошёл комнату, приотворил дверцу встроенного в стену шкафа и улыбнулся, увидев там многочисленные подушки, простыни и ещё какие-то постельные принадлежности. Драпировки были пропитаны сложным ароматическим составом и благоухали, словно цветочная клумба безветренным вечером. В глазах зарябило от белых кружев, свободно свисавших широкими волнами розовых занавесей и тёмно-красного цвета ковра на полу. Манфред опустился в одно из кресел, вытянул вперёд ноги и только сейчас ощутил, что дорога действительно его утомила.

Егермайстер открыл глаза и не сразу понял, где он находится. Над головой был низкий каменный свод из грубовато обтёсанных блоков. Вытянув руку вверх, Манфред коснулся пальцами камня, провёл ими по стыкам. Поверхность была холодной, но сухой, без всяких признаков плесени, или склизкого налёта. Повернув голову, он убедился, что находится в небольшом, ограниченном с трёх сторон решётками, закутке, являвшемся частью просторного тоннеля. Скудное освещение не позволяло проследить его протяжённость ни в одну, ни в другую сторону.

"Была бы обычная тюрьма, знал бы чего ожидать.
– Подумал Манфред, принимая сидячее положение на простой солдатской кровати.
– А так, остаётся только делать предположения, кому и зачем понадобилось держать меня в этой клетке".

Егермайстер взял в руки лежавшую возле кровати сумку с финансовыми документами, бегло просмотрел бумаги. Вроде бы ничего не исчезло, но ручаться за это было нельзя. Отсутствие одной единственной бумажки могло сильно повлиять на итоговую сумму расходов. Стараясь не задеть головой каменный свод, он поднялся на ноги, привычным движением одёрнул мундир и почувствовал, что в его одежде больше беспорядка, чем могло остаться после переноски бесчувственного тела.

"Интересно, что они хотели найти при обыске? Скрытое оружие? Потайной карман с компрометирующими меня записями? Как же я так ухитрился впасть в немилость, да ещё и не заметил этого? Гадать бесполезно... Придётся ждать допроса".

В голову сразу же полезли не самые радостные мысли о том, что от него решили втихую избавиться, и единственный вопрос, который ему зададут, будет о последнем желании перед казнью. В это не хотелось верить, и не только потому, что Манфред дорожил собственной жизнью. Он был уверен, что в глазах вышестоящих особ также представляет собой немалую ценность. Не должно было такого случиться, чтобы с ним расправились без предъявления обвинений и тщательного расследования. Если только...

"Если только речь не идёт о дворцовом перевороте. В случае его успешного завершения, несдобровать всем приближённым герцога Кэссиана, включая меня. Если переворот не удался, то власти будут выявлять тех, кто поддерживал заговорщиков, или же им сочувствовал. Значит, предстоят массовые аресты, и сидеть мне здесь ещё долго. Возможен любой вариант развития событий, включая допросы с пристрастием или очные ставки с другими подозреваемыми".

Услышав шум приближающихся шагов, Манфред приготовился к самому худшему. В сопровождении личной охраны, к месту заточения егермайстера приближался граф Фридхелм. Он сам открыл замок, распахнул дверь и вошёл в клетку. Жестом он отпустил телохранителей, после чего обратился к узнику:

– Добрый вечер, господин егермайстер.

– Уже вечер?
– Невольно вырвалось у Манфреда, который никак не мог отвести взгляд от незапертой двери.

– Да. Вы спали сном младенца, и мы не стали вас будить. Присаживайтесь на кровать, - предложил граф, - а то здесь только один табурет.

– Протоколировать допрос никто не будет?
– Насторожился Манфред.

– Это не допрос, господин егермайстер. Примите извинения за те неприятные моменты, которые пришлось вам пережить. Представляю, что вы подумали, когда открыли глаза. Последнее время в Энгельбруке активизировалась шпионская сеть, работающая в пользу Остгренца. Завербованные ими люди наводнили город и проникли даже в дворцовые покои. Не осталось места, где бы можно было вести приватную беседу, не опасаясь быть услышанным врагами. Мы с вами сейчас в дворцовых катакомбах, здесь пока ещё безопасно.