Чтение онлайн

– Папа! У меня не получается! – завопил Максим, едва сдерживая панику. Он уже несколько минут возился с шнурками, которые точно маленькие червяки извивались в пальцах и не поддавались никаким ухищрениям.

Отец появился мгновенно, как будто все время был рядом и ловко распутал шнурки, медленно показал, как надо их завязывать и осмотрел сына критическим взглядом. Он остался доволен: штаны плотные джинсовые, не замерзнет, так что можно утепленные не надевать, перчатки пусть и мокрые со вчерашней прогулки в саду, зато в наличии. Куртка-шапка-ботинки по погоде, хоть и слегка кривовато нацеплены. Игорь поправил до аккуратной симметрии шапку и одернул куртку. В молчании они вышли к лифту. Максим думал свои детские и чудесные мысли. Игорь думал, что важно не забыть положить перчатки сына на воздуховоды в машине – пусть если не высохнут, так хоть согреются.

Навигатор в телефоне предложил кратчайший путь – пятнадцать минут. Мозг предложил самый очевидный для Игоря вариант – церковь. Сам он набожным не был, в загробный мир не верил. Но ничего лучше, чем рассказать сыну о том, что мать на небесах он не придумал. На улице выпал первый пушистый снег в этом году. Он припорошил все: и не опавшие листочки на деревьях, и еще зеленую траву на газонах, и тонкую линию ограждений на тротуарах. Небо висело темным и хмурым. «Жалко, – отметил про себя Игорь, – в ясное утро, можно сказать, что маме на небесах хорошо. А кому может быть хорошо в этом грозовом убожестве?»

Острые слова всплывали мыслями самостоятельно, без спроса. Все его чувства, мысли и подбираемые им слова стали сильнее, острее, тяжелее. Вчера он не чувствовал ничего, а сегодня – как кожу сняли.

Прозвучал тонкий писк сигнализации, щелкнул электрический замок, и мужчина с сыном отошли от припаркованной машины. Когда Игорь взял сына за руку понял – забыл перчатки на воздуховодах. «Ладно. Недалеко идти» – отмахнулся он и зашагал быстрее.

В церкви стоял терпкий характерный запах, который ни с чем не перепутать. Это была церковь, с небольшой залой, где проходили службы. Алтарь – сплошное золото, иконы на постаментах – все в золотых рамах. Игорь не любил церковь за это пристрастие к золоту и много за что еще. Но сейчас не мог быть в другом месте. Стены были расписаны так, как он и ожидал: красивые тонконосые ангелы в белых одеждах и с нимбами вокруг головы.

Сын вжался в руку отца и съежился. После крещения он первый раз был в церкви. Особенно было страшно от того, что он не оказался готов к такому месту. Мама всегда заранее рассказывала куда они едут и что будут делать. Отец не удосужился предупредить, что едут не маму забирать, а в очень необычное место. Максим окончательно растерялся, когда папа потянул его к окошку, и стал о чем-то говорить с женщиной в платке. Папа заплатил ей денег и взял из худосочных рук две свечки, сказал еще что-то и потянул в глубь странного места. И в этот момент взгляд женщины метнулся к Максиму и был настолько колючим и неприятным, что мальчик перестал отвлекаться на красивых людей в белых странных халатах и спрятался за спину отца.

Они прошли в самый угол большой залы, и отец наконец заговорил с Максимом. В первый раз со вчерашнего вечера отец не просто говорил, что делать, не механически говорил «ага» на все вопросы, а говорил с сыном, смотрел и – главное – видел сына.

– Посмотри на картины на стенах. Тебе нравятся?

– Это странные врачи, я их не боюсь, – Максим чуть выпятил грудь вперед, но Игорь тут же понял, что вообще-то сын боится. И даже очень.

– Это не врачи. Это ангелы. Посмотри, какие у них крылья за спиной. Их никто не может видеть, но они у всех есть. У каждого человека свой ангел и он его охраняет.

– И у меня?

– И у тебя. Но не все ангелы должны охранять какого-то человека. Есть такие, которые никого не охраняют, они живут в другом месте и занимаются другими делами. Это место – небеса. Посмотри внимательно, видишь на картинках облака и вокруг все голубое? Это небо.

Максим протяжно выдохнул «Дааааа….»

– Это очень хорошее место. И там живут не только ангелы. Иногда к ним отправляются и люди.

– Да? Мы можем к ним попасть на небо? На самолете, как тогда, когда мы в Турцию летали?

В голове мальчика представилось, как по городу среди облаков, где ходят крылатые люди пролетает экскурсионный самолет. Но он не успел выдать свою теорию отцу.

– Не совсем так. Все, кто может быть здесь, на земле, на небеса попасть не могут. Что бы попасть на небеса… Красиво там, правда? – Игорь запнулся и не понимал, как в свое неловкое объяснение ввернуть слово «умереть», а сын, как назло, терял терпение, начинал дрыгаться, его рука то и дело норовила вырваться из руки отца и потрогать раму какой-нибудь иконы. – Когда ангел решает забрать с собой человека на небеса, он уже не может вернутся на землю. Но небесах очень хорошо, красиво и… весело. Если кто-то оказывается на небесах – это хорошо. Максим… посмотри мне в глаза и слушай очень внимательно. Наша мама – там, с ангелами, на небесах.

Сын смотрел на отца ясными глазами и кивнул абсолютно серьезно:

– Хорошо.

В его голове все сходилось в очень стройную картину с врачами, которые хоть и были по мнению взрослых хорошими, но на самом деле делали уколы, а когда однажды Максим сломал ногу, то врач искал самое больное место и давил на него. Небеса – это очень большая больница, целый город, он это тоже прекрасно понял. А ангел – врач, который маму забрал в эту больницу. В этой красивой и складной истории были пробелы и Максим чувствовал подвох, но детская психика предпочла проигнорировать его.

– Пойдем домой? – выпалил мальчик и потащил отца к выходу.

«Это все? Вот так просто? Неужели он понял? Или не понял совсем ничего?» – поддаваясь сыну и его желанию покинуть страшное здание думал мужчина. В руке остались длинные мягкие свечи, они так и не зажгли их. Что теперь с ними делать?

Перекрестившись, вышли из церкви.

На улице Игорь снова вернулся к разговору о маме. Но Максим проявлял удивительную смышленость и отвечал на вопросы папы очень складно, как будто заученный стих повторял он то, что говорил отец немного раньше, и что мама не небе, и что там хорошо, что забрал ее ангел и что ангел есть у всех. Не было в словах мальчика ни заботы, ни переживаний, ни паники.

– Максим, ты понимаешь ведь, что с небес назад маму не отпустят? – Игорь уточнил это, скрепляя ремни безопасности в детском кресле.

За все время, что они провели в дороге и церкви, снег не останавливался и на высокой ели скопился толстый слой снежинок, разом рухнувших на Игоря под порывом ветра в момент осознания: сын уверен, что мама вернется. И его растерянный взгляд это подтвердил.

В этот момент начался ад. Сын не верил. Не верил, что мама его бросила. Зачем ей больница и ангелы, если есть он и папа? Он плакал и повторял как заведенный «я хочу к маме».