Чтение онлайн

— Ну как же это делается?!

И отчаянии мотаю головой, сравнивая поразительно хорошую работу Деймена с моей поразительно плохой. Самооценка у меня стремительно падает почти до нуля.

Деймен улыбается, поймав мой взгляд.

— Как ты думаешь, у кого учился Пикассо?

Я роняю кисточку на пол. Зеленые брызги шлепаются мне на туфли, на халат и лицо. Деймен наклоняется за кисточкой, и я не дышу все то время, что он поднимает ее и вкладывает мне в руку.

— Всем приходится с чего-то начинать, — говорит он.

В его глазах пылает темный огонь, а пальцы находят шрам у меня на лбу.

Тот, что спрятан под челкой. Тот, о котором ему знать просто неоткуда.

— И у Пикассо тоже был учитель.

Деймен улыбается, убирает руку — и вместе с ней исчезает тепло. Он возвращается к своему мольберту, а я вспоминаю о том, что нужно дышать.

На следующее утро, собираясь в школу, я совершаю большую ошибку — прошу у Райли совета, какой выбрать свитер.

— Как ты думаешь, этот или этот? — Я показываю сначала синий свитер, потом зеленый.

— Покажи-ка еще раз тот, розовый.

Райли сидит на туалетном столике, задумчиво склонив голову к плечу.

— Нет у меня розового! — хмурюсь я.

Хоть раз могла бы она побыть серьезной? Нет, из всего нужно устроить цирк.

— Ну, давай, помоги мне, часы тикают!..

Райли, щурясь, трет подбородок.

— Как по-твоему, этот цвет ближе к небесно-голубому или к васильковому?

— Ладно, не надо ничего!

Я швыряю в сторону синий свитер и рывком натягиваю на голову зеленый.

— Иди в синем.

Я замираю — нос, рот и подбородок укрыты пушистым вязаным воротом, видны только глаза.

— Серьезно — синий подчеркивает цвет твоих глаз.

Смотрю на нее в упор, потом бросаю зеленый и беру тот, который она посоветовала. Шарю в поисках блеска для губ и уже собираюсь его накладывать, когда Райли вдруг спрашивает:

— Ну, так в чем дело-то? Муки выбора, потные ладошки, косметика… Что происходит?

— Я не пользуюсь косметикой, — возражаю я и внутренне сжимаюсь, потому что мой голос чуть не срывается на визг.

— Прости меня за формализм, Эвер, но блеск для губ — это косметика. Совершенно точно! А ты, дорогая мои сестричка, явно нацелилась им воспользоваться.

Блеск для губ летит в ящик. Я хватаю обычную гигиеническую помаду, намазываю ее на губы тусклым восковым слоем.

— Ау? Не слышу ответа!

Крепко сжав губы, выхожу из комнаты и спускаюсь по лестнице.

Сестра тащится за мной.

— Отлично, будь по-твоему. Но угадывать ты мне не помешаешь!

— Делай, что хочешь, — бурчу я, входя в гараж.

— Так, понятно, что это не Майлз — ты, безусловно, не в его вкусе. И не Хейвен, потому что она не в твоем вкусе. Остается… — Райли проскальзывает через запертую дверцу машины прямо на переднее сиденье, и я стараюсь не вздрогнуть. — Да, вообще-то, этим твой круг друзей и ограничивается, так что я сдаюсь. Ну, скажи мне!

Я открываю дверь гаража и забираюсь в машину более традиционным способом. Завожу мотор, заглушая голос младшей сестры.

Она перекрикивает рев двигателя:

— Тут дело нечисто, я точно знаю. Уж извини, но ты ведешь себя точно так же, как тогда, когда у вас что-то наклевывалось с Брендоном. Помнишь, какая ты была нервная и мучилась паранойей? Все сомневалась, любит — не любит, и так далее. Ну давай, скажи: кто этот несчастный? Кто твоя следующая жертва?

При ее словах передо мной вдруг вспыхивает образ Деймена: такой великолепный, такой неотразимый, полный сдержанной страсти, такой осязаемый — хочется вцепиться в него и не отпускать. Но я только прокашливаюсь и говорю, выезжая задним ходом из гаража:

— Никто. Мне никто не нравится. И даю тебе честное слово: больше никогда не попрошу тебя о помощи.

Когда я наконец вхожу в класс английского, голова у меня кружится, нервы ни к черту, ладони потеют — в общем, налицо все признаки, которые перечислила Райли. А увидев, как Деймен разговаривает со Стейшей, я добавляю к этому длинному списку еще и паранойю.

— Э-э… прошу прощения, — говорю я.

Сегодня вместо рюкзака Стейши дорогу загораживают потрясающие длинные ноги Деймена.

А сам он как будто не слышит — сидит на краю ее парты и вдруг, протянув руку, достает у нее из-за уха цветок.

Нераспустившуюся белую розу.

Свежий, чистый, сверкающий от росы бутон.

Стейша, получив цветок, визжит от восторга, словно ей подарили бриллиант.

— Бо-оже! Какая красота! Откуда?..

Она пищит и размахивает розой, чтобы все-все увидали.

Я смотрю в пол, сжав губы, и на ощупь все прибавляю громкость в плейере, пока не удается заглушить ее вопли.

— Дайте пройти, — говорю я вполголоса.

На мгновение встречаюсь взглядом с Дейменом и успеваю уловить теплую искорку в его глазах. Тут же взгляд его становится ледяным. Деймен отодвигается, давая мне дорогу.

Я иду к своему месту, переставляя ноги механически, как зомби, как робот, — сначала одну, потом другую. Тупой автомат, неспособный мыслить самостоятельно, который движется по заранее заданной программе. Сажусь за парту, проделываю обычные рутинные действия: вынимаю из рюкзака тетрадь, учебники, ручку, и делаю вид, будто не замечаю, как нехотя, нога за ногу, Деймен идет к своему месту после того как мистер Робинс сделал ему замечание.