Чтение онлайн

— Ты видел меня в ущелье? — изумленно переспрашиваю я.

Он кивает.

— Значит, ты был там?

— Нет, я наблюдал издали. — Он потирает подбородок. — Долго объяснять…

— Постой, дай разобраться. Ты наблюдал за мной издали, но все-таки мог видеть все, что происходит, и не попытался вмешаться?

Произнеся это вслух, я прихожу в такое бешенство, что становится трудно дышать.

Деймен качает головой.

— Я не вмешивался, пока ты не захотела спастись. Тогда я показал тебе занавесь и подтолкнул тебя к ней.

— Значит, ты дал бы мне умереть? — Я отползаю в сторону, подальше от него.

Он смотрит на меня и говорит очень серьезно:

— Если бы ты этого хотела — то да. Эвер, во время прошлого нашего разговора, на автостоянке, ты сказала, что ненавидишь меня за то, что я сделал: за то, что я эгоист, за то, что разлучил тебя с твоей семьей, за то, что вернул тебя. И хотя твои слова меня больно ранили, я знал, что ты права. Я не имел права вмешиваться. Но там, в ущелье, ты сама наполнила себя любовью, и эта любовь спасла тебя, исцелила и вернула к жизни. Тогда я и понял.

«А как же в больнице — почему я не могла исцелить себя тогда? Почему я должна была выстрадать все эти порезы, переломы и ушибы? Почему я не могла… регенерировать, как в ущелье?» — думаю я, скрестив руки на груди и отказываясь принять его слова.

— Только любовь исцеляет. Гнев, страх и вина только разрушают и не дают тебе обрести свои истинные способности.

Он кивает, не сводя с меня глаз.

— Да, еще одно! — вспыхиваю я. — Почему ты способен читать мои мысли, а я твои — нет? Это нечестно!

Деймен смеется.

— Тебе так хочется читать мои мысли? Я думал, тебе нравится моя загадочность!

Я рассматриваю свои колени, щеки у меня горят, когда я вспоминаю, что он мог прочесть в моих мыслях.

— Знаешь, есть способы закрываться от чтения мыслей. Возможно, тебе стоило бы посоветоваться с Авой.

— Ты знаешь Аву? — ахаю я.

Кажется, это заговор!

Деймен качает головой.

— Я знаю ее только через тебя, через твои мысли о ней.

Я отвожу глаза, смотрю на семейство кроликов, резвящихся неподалеку, и снова поворачиваюсь к Деймену.

— Получается, тогда, на скачках?..

— Предчувствие, как и у тебя.

— А как же ты проиграл?

Он смеется.

— Иногда приходится и проигрывать, иначе люди начнут задумываться. Но потом я отыгрался, правда?

— А тюльпаны?

Деймен улыбается.

— Материализация. Точно так же, как ты материализовала слона и этот пляж. Обычная квантовая физика. Сознание создает материю там, где прежде была чистая энергия. Это не так трудно, как принято думать.

Не понимаю я все-таки… Хоть он и говорит, что все просто.

— Мы сами творим свою реальность. И в обычном мире тоже, — говорит Деймен, отвечая на вопрос, который только что сформировался у меня в голове. — Смертные — творцы, только они этого не замечают, потому что в их мире это происходит гораздо дольше.

— У тебя — не дольше.

Он смеется.

— Я давно живу на свете — выучился кое-каким фокусам.

— А как давно? — спрашиваю я, вспомнив запертую комнату у него дома.

Он вздыхает и отводит глаза.

— Очень давно.

— И теперь я тоже буду жить вечно?

Деймен пожимает плечами.

— Это — как захочешь. Можешь выбросить все из головы, вернуться домой и жить обычной жизнью, а когда настанет время — просто позволишь себе уйти. Я дал тебе возможность, выбор за тобой.

Я смотрю на океан. Он так прекрасен, так ярко сверкает — я не могу поверить, что все это существует благодаря мне. Весело, конечно, играть с такими могущественными магическими силами, но мои мысли вскоре обращаются к более мрачным вещам.

— Я должна знать, что случилось с Хейвен. В тот день, когда я тебя застала… — Я морщусь от одного воспоминания. — И еще — Трина тоже бессмертная, да? Это ты ее такой сделал? Как все это началось? Ты сам как стал бессмертным? Ты знаешь, что Трина убила Эванджелину и чуть не убила Хейвен? И что это у тебя за жуткая комната?

Деймен хохочет.

— Повтори, пожалуйста, вопрос!

— О, и еще одно: что имела в виду Трина, когда сказала, что убивала меня снова и снова?

— Трина так сказала? — Его глаза расширяются, а лицо становится совершенно белым.

— Угу. — Я помню, какое у нее было самодовольное лицо. — Она говорила: «Ну вот опять, глупая смертная, и ты каждый раз соглашаешься на эту игру», и так далее и том же духе. Ты же, вроде, сам все видел?

Он качает головой.

— Я не все видел… Я подключился позже. Господи, Эвер, я виноват во всем. Я должен был знать, я не смел тебя втягивать, нужно было оставить тебя в покое…

— Она еще сказала, что видела тебя в Нью-Йорке. То есть это она Хейвен так сказала.

— Она солгала, — чуть слышно отвечает Деймен. — Я не был в Нью-Йорке.

В глазах у него такая боль, что я невольно беру его за руку. Он выглядит несчастным и беспомощным — больше всего на свете я хочу стереть это выражение с его лица. Я целую его теплые губы. Надеюсь, он поймет — в чем бы ни была его вина, скорее всего, я его прощу.

— Поцелуй становится слаще с каждым перерождением… — Деймен вздыхает, отстраняется и убирает волосы у меня со лба. — Вот только дальше у нас с тобой никак не заходит. И теперь я знаю, почему.