Чтение онлайн

Это довольно хороший вопрос. Так уж исторически сложилось, что очень многие после апокалипсиса переставали использовать свои настоящие фамилии. По крайней мере, среди сталкеров и проводников это было вполне нормальное явление. Люди хотели забыть своё прошлое, отстраниться от него. К тому же, часто прозвище очень хорошо характеризовало то, чем занимался человек, или как он выглядел. Так и появлялись всякие Олеги-Медведи, Стервятники, Искатели… Но Павел больше не хотел никаких прозвищ. Он устал от этого. Устал быть другим человеком. Теперь он свободен и снова может быть собой.

– Смолов. Это моя фамилия. Так и буду представляться. Павел Смолов.

– Интересное перестроение. Вроде как раньше ты избегал своего прошлого?

Павел снова задумался:

– Это был не я… Ты это прекрасно понимаешь. Но теперь я свободен, и ты тоже. Так что я могу снова стать тем, кого потерял на том чертовом задании с этой чертовой ракетой.

– Глубоко. Апокрифично!

Катер миновал заросли на самом повороте, и за ними оказался прямой путь, ведущий точно к нужному месту. Нужно было только немного попетлять под мостами, потому что реку пересекало несколько плотин.

Павел сначала хотел доплыть до Кремля на всех парах, как вдруг Тёмный неожиданно скомандовал:

– Сбавь ход!

– Что… – начал было Павел, но всё-таки выполнил команду. – Зачем? Ты думаешь, я не пройду тут?

– Ты молодец, спору нет, но прислушайся.

Сначала Павел не услышал ничего особенного: шум ветра, плеск воды о борта, какие-то отдалённые рычания мутантов… Хотя нет, это не биологическое рычание. Это звук двигателей! Едва заметный, до источника было достаточно далеко, намного дальше, чем до Кремля, но всё-таки это точно какой-то транспорт.

– Получается, что тут всё-таки есть жизнь… – задумчиво произнёс Тёмный.

– Получается так. Но ты прав, раньше времени привлекать внимание не следует.

Рычание мотора стало слышно отчётливее. Теперь Павел смог распознать, что транспортов несколько. И, судя по всему, это мотоциклы. Уж больно характерный звук они издавали, хотя в теории это могли бы быть и какие-то вездеходы. Так или иначе, Павел понимал, что дерзко ездить по поверхности могут позволить себе только отнюдь не простые ребята. И далеко не факт, что они окажутся дружелюбными. Поэтому оставалось только надеяться, что они катаются где-то в глубине города и не заметят идущий по реке катер.

Но не успел Павел об этом подумать, как звук резко затих.

– Вот и хорошо, значит, они приехали, куда хотели, – проговорил он свои мысли вслух. – Ты посмотри, какая красота!

Вид города с воды действительно завораживал. Чем ближе они подплывали к Кремлю, тем красивее этот вид становился: что левый, что правый берег имели плотную застройку довольно необычными сооружениями.

На левом берегу над водой возвышалось невероятных размеров строение – по всей видимости какой-то стадион. Рядом с ним стояло странное сооружение, похожее не то на летающую тарелку, не то на огромный пельмень. Его назначение оставалось загадкой, однако выглядело оно очень интересно.

На правом берегу возвышались три скелета сгоревшего дотла элитного жилья. Павел хорошо представлял, как они могли выглядеть раньше: полностью залитые стеклом и сияющие на солнце. Возможно, ночами даже присутствовала какая-то причудливая подсветка. А сейчас… они неуютно сгорбились над водой ударной волной ядерного взрыва, словно разлагающийся труп, почему-то до сих пор стоящий на ногах.

– Я надеюсь, что «Слобода» находилась не на правом берегу, – обеспокоенно произнёс Смолов.

– А звук мотора доносился разве не с этой стороны?

Павел задумался. На самом деле, он плохо распознал расположение источника. Поэтому ответил:

– Я не понял, если честно.

Когда стадион справа скрылся из виду, за ним сразу показались стены Кремля и возвышающаяся на его территории сказочная мечеть. Четыре минарета невероятных форм и голубая крыша с золотыми элементами придавали строению такой вид, будто она оказалась тут прямиком из восточных сказок про Аладдина. Удивительно, что минареты выдержали ударную волну ядерного взрыва.

– Аж дух захватывает, да? – спросил Темный.

– Есть такое.

– Как она называется?

– Что-то на восточном, не помню. Но помню, что эта мечеть была на настенных часах, которые я родителям привез. Они, наверное, до сих пор висят в нашей бывшей квартире…

– Ты помнишь их?

– Кого, родителей?

– Ну не часы же.

– Помню, все помнят. Отец работал инженером-технологом на Красном Октябре… В общем-то именно поэтому я там и оказался потом. Правда довольно быстро погиб от облучения, а судьбу матери я не знаю вовсе, мы с отцом в центре были вдвоем в тот день.

– А кем она была?

– Нотариусом. Недалеко от дома работала на Спартановке… В общем, прямо у Воронки… Хотя зачем ты спрашиваешь, ты должен знать обо мне все.

– Честно, почему-то никогда не интересовался твоим прошлым. Я тоже, своего рода, был другим пока не стал свободен. Мне простительно.

Проведя катер до плотины и пройдя под мостами, Павел тут же увидел длинную стену Кремля и современную набережную под ней. Метрах в трехстах впереди даже нашелся удобный лодочный причал. Это оказалось очень кстати. Павел заглушил мотор и аккуратно подвел катер к помосту. Затем тут же открыл справа полотно тента, защищавшего пассажирскую часть, и закинул канат на торчащий из воды столб.

– Мы на месте! – с выдохом произнес он.

– Наконец-то! Меня знатно утомила эта поездка! Какой план дальше?

– Ты оставайся на катере. Я попробую дойти до станции. Если там никого нет, вернусь,

– Да куда я денусь… Но если кто-то нападет? Я не думаю, что из меня выйдет хороший боец.

– Из тебя-то? Ха-ха, не придуряйся. Ты голову любому взорвешь.

– Это да, только ты кодовый футлярчик открой тогда, там кое-что лежит для этого необходимое.

– Обойдешься. Но ладно, есть мысль одна.