Чтение онлайн

На груди, что укусил Гуру, красовался замысловатый синий узор. Наколка, самая настоящая. Не то лошадка, не то дракон или волк. Так и пришло на ум кольцо Владимира Мономаха «Лютый зверь». Славянской мифологией дыхнуло.

Я не настолько была пьяна, чтобы не заметить, как мне выкалывали рисунок.

Это Ирка Ерёменко однажды пошла на день рождения своей прабабушки, а проснулась бухая с пирсингом в носу. Была она тогда помощником гендиректора, и с опухшим шнобелем потащилась на презентацию нового проекта. Заливала всем в уши, что выходит замуж за индуса, поэтому решила поддержать чужие традиции женской красоты.

Но я же не Ерёменко! Я не могла пропустить такое, хоть и поезд мой ушёл.

Открытое декольте мне теперь будет только сниться. Выколоть тату на сиське! Всё, Нинель, это аут.

Я быстро высушила загустевшие волосы, даже не хотелось их убирать в причёску, так они завлекательно и красиво спускались ниже плеч. Но надо! Взяв косметичку с полочки, подкрасила немного глаза. И оставила так, как есть свою природную красоту.

Я просто красотка! Заклюют на работе.

Выбежала из ванной в одном полотенце, как девчонка, подпрыгивая, поскакала до своей спальни, там трусы с меня спадали, и лифчик пришлось по объёму подтягивать. Юбки на бёдрах не сидели, падали. В полном восторге от трансформации своего тела, я полезла в старый чемодан, где хранила свои давнишние вещи. Вытащила на свет школьный костюм. Он был брючный, серого цвета. К нему прилагалась голубая блузка. Всё село идеально.

Во все глаза за мной наблюдал Юра.

На его лице читалась такая нежность и любовь, что я не смогла себе в этот момент твёрдо сказать, что ухожу от него. Подошла ближе, присела рядом с ним, глядя снизу вверх в его печальное лицо.

–Ты в салон какой-то ходила? – тихо спросил он, погладив меня по щеке своими пальцами.

–Ходила, – соврала я. – Тебе нравится?

–Ты очень красивая, – тихо ответил он. – Я заработал стольник, если что-то надо, потрать мои деньги, мне будет приятно.

Стольник это мало, нам два миллиона не накопить за неделю. Но он молодец. В его-то состоянии ещё и зарабатывать, выше всяких похвал. Обучился работе на компьютере, теперь кидал свои проекты в разные компании, и они ему исправно платили.

– Я беспокоюсь за тебя.

– Всё будет хорошо, – я положила голову ему на колени, и Юра погладил меня по волосам. – Мне только поддержка нужна. Доброта и спокойствие.

– Не буду больше злиться, - усмехнулся он. – Эль, давай, квартиру продадим.

– Продадим, в крайнем случае. Не беспокойся, я опытная воришка, мне не привыкать.

– Будь осторожна, очень тебя прошу.

– Я всегда осторожна.

Только вот когда Гуру успел мне наколку на груди сделать, это я не поняла. А в остальном я осторожна… Противозачаточные забыла принять, поезд проворонила…

Теряю былую хватку.

– Нинель, голубушка, вы похудели? – спросила главный бухгалтер Галина Викторовна, проходя мимо, пила свой кофе.

– Да, – тихо ответила я, стараясь не нарываться на дальнейшие комплементы, шла в приёмную.

Корпоративный организм отвергал быстрое похудение и блистательный внешний вид. Даже трещотка Мирочка перестала со мной разговаривать о жизни, когда сквозь свои очки рассмотрела меня. Но ненадолго. Всё-таки явилась на моё рабочее место и рассказывала мне все новости своих знакомых. Я не отрывалась от работы, иногда поднимала на неё глаза и спрашивала: «А он?». Разговор продолжался, и приходилось его поддерживать коронной фразой: «А она?».

Мира в жутком клетчатом костюме синих, красных и чёрных цветов, как опасное насекомое в нашей приёмной, где царили скромные пастельные тона, журчал искусственный водопадик и дул приятный кондиционер.

Я профессиональный секретарь. Я не готовлю кофе, для этого у меня есть помощница Мира, я не ношу документы на подпись и не договариваюсь о встречах. Я правая рука Игоря Степановича. Долговязого противного мужичка, который изменяет жене.

Мой срок испытательный, но я зарекомендовала себя, как надёжный работник. И только месяц назад мне поступило предложение от конкурентов фирмы. Я за два миллиона вознаграждения сплавляла информацию, и получала новые требования моего нанимателя. Работа должна закончиться в ближайшие дни. Моя цель - договор поставки. Наша фирма занималась спекуляцией, скупала станки в одном месте, продавала в другом. Имела своё производство, которое стало конкурировать в этой области с фирмами, что давно на рынке. И конкуренция оказалась здоровая в пользу моей фирмы. Но полгода назад, наш гендиректор скупил несколько отсталых предприятий, а на рынок не вышел, у конкурентов паника. Что происходит? Когда ждать удара?

А происходило простое расширение. Деньги получены, для этого я ездила в столицу, чтобы выбить на пару с нашими экономистами хороший кредит. А дальше осталось узнать, куда эти деньги будут направлены.

Из столицы экономисты вылетели на самолёте, я как самое низкое существо в их компании поехала на поезде, чему была вполне рада.

– Мирочка, сходите в транспортный отдел и принесите два пакета на моё имя, – попросил вышедший из кабинета Игорь Степанович.

– Я потом тебе всё дорасскажу, – пообещала мне Мира и ушла по поручению босса.

Я погружённая в таблицы на своём ноутбуке, старалась не замечать скользкого взгляда начальства, делала вид, что усиленно думаю над своей работой.

А думала я о том, что появились в экономическом отделе некие документы, которые принесут мне два миллиона сегодня же. И вот гендиректор сновал тут рядышком с нашей приёмной. И я даже знаю номер кабинета, где всё лежит. Но мне нужен повод, чтобы добраться до туда, где кругом камеры.

Я не такой шпион, чтобы отключать камеры и забираться в помещения через вентиляцию. Мне хватит только увидеть документы.

– Что? – уставилась я на противного, обгрызшего босса.

– Расстегни пуговки верхние, у нас очень жарко.

– А, спасибо, – кивнула я и расстегнула три пуговки на блузки, чтобы была видна моя грудь, но спрятана наколка.

Давай, козлина похотливая, сделай для меня дело.

Босс обошёл меня и сзади накренился, якобы заглядывая в монитор. Я терпела его четыре месяца, я сражалась за свою независимость всеми путями. Сегодня последний день. Я резко развернулась, скользнула в карман его пиджака рукой, а сама облизывала губы невинно глядя в его лицо.