Веда
Шрифт:
На том и порешили. И поведала мне та женщина, что есть – таки девушка та заветная, что может разбудить богатыря. Но живет она в лесу, со своею бабкой – ведьмой. Ну, не совсем та бабка добрая. И не хочет она отдавать внучку свою людям. И, говорят, что в сговоре она с силами темными. Да и сама девушка не знает о беде нашей. И, не известно, захочет ли она помочь нам.
– Вот теперь и решай. Коли ты ту девушку добудешь. И разбудит она богатыря нашего – много жизней ты спасешь. Век тебя помнить да благодарить будем. Ну, а коли…
– Не хорони меня, матушка, раньше времени – вскричал я.
– Да, горяч! Только здесь холодная голова нужна. Тут надо хитростью да смелостью брать. И еще одно условие – не влюбись в деву ту. Она должна стать женой богатыря.
– Ну, здесь ты можешь быть спокойной. Не полюблю я девы красной. Занято мое сердце на веки другой!
Дед замолчал. Настя подняла голову и посмотрела на небо.
– Ой, уже звезды появились! Как быстро время пролетело. А дальше что было?
– Поздно уже, идем домой. Вечерняя прохлада подбирается к нам, как бы говоря – пора спать!
Завтра дорасскажу.
– Нет! Я хочу дальше сейчас! – закапризничала Настя.
Иван молча встал и пошел к избе. Настя послушно поплелась за ним. В небе зажигались огромные звезды.
– ***
Как только первые лучи солнца осветили верхушки деревьев, Настя была уже на ногах. Быстро убравшись в доме и приготовив нехитрый завтрак, она лисой подошла к Ивану.
– А дальше что было? Нашел ты деву ту?
Иван усмехнулся в усы.
– Нашел. Только трудное это было дело.
– Ой, расскажи подробно. Мне очень интересно.
– Ладно, слушай. Дала мне наставление та мудрая женщина, да дорогу в тот лес, где живет девушка, указала. Как зашел я в него, на меня со всех сторон зверье да птицы набросились. И что чудно, слова заветные их не берут. Так и били меня, старались глаза выклевать, на части разорвать. Я сперва отбивался от них, да просил не трогать меня. А они, вижу, не на шутку разошлись. Ну, и я тогда разошелся. Стал их мечом рубить. Хоть и жалел я тварей лесных, но эти меня разозлили. И, что чудно, падая разрубленными на землю, превращались они в груду тел человеческих. Понял я тогда, что это темные силы со мной играть вздумали. И не было им от меня пощады. Огляделся я по сторонам, а вокруг будто поле битвы. Сколько мной порубленных было, сосчитать трудно. Устал я. Присел на пень, пот со лба отираю, да раны перевязываю. Вдруг слышу, будто кто крадется сзади. Схватил я меч, вскочил на ноги, обернулся. А передо мной дева стоит, красоты невиданной. И смотрит на меня с интересом.
– Ну, как тебе бабушкины подарочки? – и рукой на груду тел показывает.
– А ты –то мне и нужна! – обрадовался я.
Девушка улыбнулась и смотрит на меня ласково.
– Ты за мной пришел? – спрашивает.
– Да! – только я сказал это, как бросилась она ко мне, обняла, и в глаза заглядывает.
Я попытался высвободиться из её объятий. А она на меня удивленно посмотрела, на лице тучи начали собираться.
– Прости, дева красная. За тобой я пришел, но не для себя тебя увести хочу.
– Что, не мила тебе? – в голосе ледяные нотки.
– Нет, что ты! Красота твоя выше всех слов. Но ты должна разбудить богатыря, что спит заколдованным сном.
– А зачем мне будить богатыря? Ты мне мил. Коли сладим, пойду с тобой.
– Да понимаешь, надо разбудить Силыча. Только он может спасти народ деревни. А то темные силы уже почти всех перебили.
– А что мне за дело до них? Так люба я тебе или нет?
– Ты прекрасна, но есть у меня девушка. Только она одна в сердце моем. А людям помочь надо…
Не успел я договорить, как на меня свалилось огромное темное облако. И не мог я ни рукой, ни ногой двинуть. И дышать становилось все труднее. Понял я, что наступает мой последний час.
– Стой, бабуля, стой! – закричала девушка. – Не тронь его! Я возьму его себе в мужья. Ты же хотела, чтобы я родила девочку!
Послышался старческий смех, и облако превратилось в старуху.
– Ладно, внученька, бери. Молодец хоть куда. Славное продолжение рода у нас будет. Только смотри, чтобы не убег. Больно шустрый. Вон сколько моих помощников перебил!
– Не, бабулечка! От меня он не уйдет! – и стала делать руками какие-то движения.
Как я не держался, как не сопротивлялся, сон поборол меня. Да и не сон то был вовсе. Все вижу, все слышу, а воли нет. И поплелся я за ней, как тот телок. Ноги сами идут. Оказались мы в пещере какой-то. Усадила меня дева на сундук кованый, а сама стала костер разводить, да травы какие-то в котел сыпать. Понимал я, что надо срочно что-то делать, но даже пошевелиться не мог самостоятельно. Вдруг голубка белая влетает в пещеру, садиться мне на плечо и говорит человеческим голосом:
– Просыпайся. Иван. Не время тебе сидмя сидеть. Напоит тебя дева дурманом, совсем голову потеряешь.
А дева обернулась, голубку увидела и давай из рук стрелы пускать, того и гляди, убьет. Вскочил я, откуда только силы взялись, подбежал к ней, схватил, и связал шалью, что лежала на сундуке. А голубка и говорит мне:
– Ты ей глаза завяжи, да неси ее до деревни. А я постараюсь бабку задержать.
Схватил я деву, взвалил на плечи и побежал. Она вырывается, пинается, ругается. Я не слушаю, знай себе бегу. За спиной грохот и скрежет. Я не оглядываюсь. Вдруг стена леса сплошная передо мной. Остановился я. А тут голубка та. Взмахнула крылом, и появилась просека.
– Беги! Не оглядывайся! – сказала она мне. Я побежал.
А за спиной опять топот да рев. И откуда только силы взялись. Бежал так, что ветер в ушах свистел. Вот уже и лес кончился. Хотел я остановиться, передохнуть. А голубка торопит:
– Не время еще. Беги!
Не помню, как до деревни добежал. Ввалился в дом к ведуньи и рухнул вместе с ношей своей на пол. Поднимаю голову, а в окно голубица влетает, ударилась оземь, и стала той женщиной.
– Так это ты, добрая женщина, мне помогла! – обрадовался я.