Чтение онлайн

– Отвали! – услышала я, как Айви предупредила Дженкса, и я встала на колени, чтобы собрать в стопку разбросанные детские книжки. – У Трента? – сказала она, ее раздражение явно не было направлено на меня. – Хорошо. Пока не возвращайся в Цинци или Низины. Здесь твориться какое-то сумасшествие, и ты ничего не сможешь сделать. Теперь, когда я знаю, что ты в порядке, я собираюсь вернуться домой к родным с Ниной.

Я заколебалась.

– Возможно, мне стоит приехать.

– Маленькая сахарная задница Тинки, Айви, я сказал тебе не говорить ей этого!

– А я сказала – отвали! Я не могу услышать ее, когда твоя пыльца сыплется на динамик! – сказала Айви в телефон, а затем мне, – Мы в порядке. Нина потерпела крах, но думаю, что теперь с ней все будет хорошо. Нет никаких причин возвращаться, пока это не безопасно.

Это когда-либо было безопасно? Я села на край дивана, вина прижала мои плечи к ушам.

– Мне так жаль, но ты не можешь позволить своей маме найти ее душу. Каждый вампир, который сделает это, совершит утром самоубийство.

– Она... – Айви заколебалась, и я напряглась.

– Айви? – Дерьмо на тосте, как мама Айви так быстро нашла свою душу? Сразу после заката!

– Она в порядке, – выпалила Айви, но я могла услышать страдание в ее голосе. – Она никогда не хотела свою душу прежде, но после того, как увидела, как другие находят их... – Айви затихла, и я прижала телефон к уху, сердце болело. – Рейчел, она так сильно хочет свою душу. Она знает, что это убьет ее, но она хочет ее. Она страдает. Я никогда не видела ее такой.

– Мне жаль, – прошептала я. Кукла Люси наполовину торчала из-под дивана, и я вытащила ее, аккуратно положив на диван. – Может быть... – Но это было не возможно. Если она получит свою душу, то будет страдать, пока ее душа, тело и ум не найдут баланс… то есть, пока она не совершит самоубийство и не умрет навсегда.

Айви молчала, думая.

– Все должно успокоиться утром, верно?

Или обернуться очень и очень плохо. Я включила настольную лампу, желая приглушить серые тени.

– У меня, э, больше нет моего телефона, – сказал я, отказываясь вешать трубку, но больше нечего было говорить. – Просто позвони Тренту, чтобы связаться со мной. – Незамеченный до сих пор, слабый жар отскочил от потолка, чтобы осветить все успокаивающим туманом.

– Номер Трента. Есть. Позвони мне до того, как поедешь. Я сообщу, где безопасно встретиться.

Это было плохо.

– Айви…

– Оставайся там, – сказала она, ее голос был жестким. – Я имею это в виду. Мы в порядке.

Она составила предложение из трех слов. Отлично.

– Да, мы в порядке, Рейч, – сказал Дженкс, почти крича в телефон. – Отдохни одну ночь от спасения мира на этот раз, ха? Мы заслужили это!

Пальцы свело судорогой, так сильно они были сжаты на телефоне.

– Попрощайся за меня с мамой. Я проснусь перед восходом солнца, если буду нужна вам.

– Хорошо, – мягко сказала Айви. – Пока.

– Тогда созвонимся. – Я не повесила трубку, и навалилось выразительное колебание, когда мы обе сидели там, ничего не говоря, просто... молча.

– Ну, вешай уже трубку! – сказал Дженкс, и я вздохнула, когда телефон щелкнул и отключился. Вина сжимала меня, когда я отложила телефон. Виновата, но что я могла сделать? Я на много чего была способна, но пока у меня не было направления, места, на что было можно нацелить мое расстройство, все было напрасно. Я не умела ждать, и теперь мне было нечем заняться до восхода солнца.

Кукла выглядела одинокой, и я посадила ее к себе на колени, прижимая так, будто она была настоящей. Немертвые с их душами совершат самоубийство. Каждый из них уйдет. Я не могла остановить это. Как только достаточно мастеров вампиров умрут, начнется реальное сражение между эльфами и демонами.

Джон мягко пел Рэй, это отфильтровывало успокоительный серый, а случайный грохот снизу свидетельствовал о делах Квена. Душ выключился некоторое время назад, и я задумалась, сколько слышал Трент. Обнимая куклу, я просмотрела на знакомые формы и тени жизни Трента и задумалась, могла бы я вписаться сюда… если бы посмела попытаться принадлежать чему-то не мной созданному. Или я просто разнесла бы все это к чертовой матери.

Силуэт Трента появился в дверном проеме, подсвеченный мягким жаром прикроватной лампы. Вид того, что он сушил волосы почти заставил меня плакать. Я так сильно хотела принадлежать этому месту, но боялась, что принесу только еще больше страданий. Посмотрите, что я сделала для Айви. Дженкса.

– Я подслушал твой разговор с Айви. Она в порядке?

Я кивнула.

– Она была с Дэвидом все это время. У Кормеля был только ее телефон. – Он лгал, вертел мной, притягивал меня ближе к себе, играл на моих эмоциях, потому что у него никого не было.

Тогда Трент замолчал:

– Ты хочешь пойти домой?

Я опустила голову на пальцы, сжатые вокруг куклы. Его голос был низким, показывающим эмоции для меня, обо мне, из-за меня.

– Нет, – прошептала я, когда усадила куклу на место.

Он не двигался, выглядя потерянным, когда стоял там в своем халате.

– Я не могу думать ни о чем, кроме как о подготовке к завтрашнему дню, – сказал он, его голос перемещался вверх-вниз подобно мелодии. – Я могу отвести тебя домой. У тебя есть другие люди, которым ты нужна. Дженкс, Айви, Бис.

Я сгорбилась, когда почувствовала себя так, будто получила удар в живот. Я хотела быть здесь. Я хотела быть там. Страх угрожал затопить меня просто от мыслей о том, что я сделала бы, если бы что-то произошло с Трентом. Он всегда казался таким контролирующим, таким способным. К сожалению, его уверенное прошлое привело его к беде в шатком настоящем. Всего лишь шесть месяцев назад, Кормель никогда не осмелился бы задерживать Трента.