Чтение онлайн

Конечно, если ты не хочешь, не надо. Я ведь не настаиваю, я человек добрый. Двадцать штук баксов выкладывай и ты свободна, как ветер в горах, - Шамиль снова похлопал Ирину, теперь уже по коленке.

Она дернулась и так же тихо сказала:

Я же не отказываюсь. Просто, вдруг у них уже кто-то есть на примете.

Никого там нет. А даже если есть, все равно возьмут тебя…

Зазвонил мобильник. Это был Ахмед. Шамиль хотел поговорить с ним без свидетелей, поэтому он жестом отпустил Ирину, чем она немедленно воспользовалась, а сам вернулся к телефонному разговору. Поговорив, он удовлетворенно откинулся на спинку дивана. Пока все шло по плану. По его плану.

Времена первой

чеченской войны

Начиналось все это несколько лет назад. В то время, ныне почти великий Шамиль, был на побегушках у федерального начальника.

Тогда-то ему, можно сказать, совершенно случайно удалось выяснить, что недалеко от Грозного, в небольшом поселке в заброшенном доме компания его земляков печатает фальшивые доллары.

Конечно, то, что он узнал, нельзя было назвать совсем уж случайностью. Он был вхож к федералам, как доверенный человек.

И это ему сильно помогало. Шамиль был тенью, а потому неслышен и невидим для всех вокруг. Зато он все слышал, все видел и запоминал.

Как-то раз, когда он топтался в одном из бункеров, возвратились разведчики, из их разговоров он и узнал про этот дом.

Доклад разведки был послан по инстанциям. В итоге туда послали отряд спецназа под командованием того самого майора, и для фальшивомонетчиков все закончилось печально.

Но… Здесь существовало одно большое «но». Клише для производства фальшивок по приказу того самого федерального начальника, у которого Шамиль состоял на побегушках, не только не было уничтожено, но вскоре попало к нему в стол, а оттуда перекочевало в сейф, где и пролежало некоторое время, необходимое, чтобы о нем все забыли.

А забыли довольно скоро. Уже другие события волновали людские умы. Дело шло к перемирию и, чтобы доказать лояльность федеральных властей местному населению, решено было выбрать козла отпущения.

Вот тогда Шамиль узнал, что федеральный начальник выбрал для этой цели того самого бедолагу майора. Высокий чин убивал этим сразу двух зайцев.

Он избавлялся от человека, знающего у кого находится клише для печатания фальшивых зеленых, на случай, если майору пришла бы в голову мысль поинтересоваться, уничтожено оно или нет. Кроме того, начальник выполнял высокий политический заказ. Все складывалось для него крайне удачно. Майору припомнили какую-то давнишнюю зачистку и, безотказная в таких случаях машина правосудия, закрутилась.

Шамилю предложили выступить на суде свидетелем обвинения. Чтобы его слова звучали более весомо и не вызывали сомнения, между делом, его назначили главой администрации какого-то села. Шамиль не стал спорить. От таких предложений никто не отказывается.

И не пожалел. Хорошо продуманными ложными показаниями, он вызвал благодарность своего федерального покровителя, которая была подкреплена еще одним предложением, от которого Шамиль так же, как и от первого, не стал отказываться.

После этого он перестал быть «шестеркой» в классическом смысле этого слова. Конечно, он продолжал целиком и полностью зависеть от своей федеральной крыши, но теперь они стали повязаны с ним общим делом. Так покровитель оказался зависимым от Шамиля в не меньшей степени, чем Шамиль от него.

Деньги потекли сначала ручейком, а потом и рекой. В Хасавюрте заключили мир. Вскоре после этого покровитель Шамиля получил повышение и перебрался в Москву.

Сам Шамиль какое-то время покантовался в поселке, где продолжал числиться главой местной администрации. Именно числиться, потому что своими прямыми обязанностями он не занимался совсем. На кой черт ему было упираться за какие-то копейки, когда через его руки проходили такие деньги!

Шамиль на свое место подобрал подходящего человека – своего родственника. Сообщил в Москву, что теперь есть кому заниматься производством фантиков, а ему хотелось бы пожить в более спокойном месте.

Нет-нет, заверил Шамиль своего покровителя, он не завязывает с производством фальшивых зеленых. Он по-прежнему будет отвечать за то, чтобы все проходило тихо и гладко. Просто захотелось пожить, наконец, без войны, в каком-нибудь отдаленном тихом месте, организовать свое дело…

Покровитель позволил. И Шамиль, оставив на деле своего родственника, перебрался в областной центр, недалеко от Москвы.

С помощью зеленых фантиков и московского покровителя он сумел быстро подмять под себя большую часть города, перетащив в него многих родственников из своего тейпа.

Правда, последнее время по стране прокатилась волна уголовных дел, связанных с производством фальшивых долларов, и Шамиль имел все основания беспокоиться, что эти проблемы могут коснуться и его.

В этот непростой момент ему и понадобился Грищенко со своим стабильным и солидным банком. Ведь пройдя через пару таких приличных банков, фальшивки фактически растворялись, а они становились владельцами огромных оборотных и легальных денег. И уже никто не смог бы их ни в чем упрекнуть, а тем более возбудить уголовное дело.

Шамиль, как человека, просил Ису, который был довольно близким знакомым банкира, посоветовать принять его, Шамиля, предложение, с целью наладить взаимовыгодное партнерство.

К полной неожиданности Шамиля, Иса не только не захотел помогать землякам, а попросту сдал их тому же Грищенко, который после разговора с Исой не захотел вести с Шамилем никакие дела, и даже на порог банка не пускал.

Теперь Шамиль так никогда и не узнает, что же двигало Исой в большей степени: чувство зависти к нему, более удачливому земляку, и желание от него избавиться или непонятная верность дружбе с русским.

Но, слава Аллаху, все стало на место. Иса уже в могиле, а он, Шамиль, все-таки нашел подход к упрямому банкиру. Так что теперь Грищенко будет плясать под его дудку, никуда не денется, а не будет, так женушка в момент отправит его догонять Ису, а сама станет банкиршей. Вот надолго ли? Этого пока не знал и Шамиль. Все в руках аллаха. Он один всем располагает. Шамиль с удовольствием ощутил свою значимость и всемогущество. Никому другому не приносит столько удовольствия неожиданно свалившаяся на голову власть, как бывшим шестеркам.