Чтение онлайн

– А вокруг всегда полно мух на случай, если он вдруг ночью проснется и захочет перекусить, – победоносно закончила нянюшка.

– Так я и думала! – воскликнула Маграт, вырываясь из цепкой хватки своих змеетюремщиц. – У него и руки влажные!

– У многих мужчин влажные руки, – возразила нянюшка. – Но у этого руки влажные потому, что он – лягушка.

– Я – принц королевской крови! – воскликнул принц.

– И лягушка при этом, – парировала нянюшка.

– А вот здесь я не согласен, – подал голос Казанунда откуда-то снизу. – Лично я сторонник свободных отношений. Нравится водиться с лягушкой, ну и водись себе на здоровье…

Лили оглянулась на толпу и щелкнула пальцами.

Матушка Ветровоск вдруг ощутила, что вокруг воцарилась мертвая тишина.

Нянюшка Ягг взглянула на стоящих рядом с ней людей. Потом помахала рукой перед лицом стражника.

– Ку-ку! – позвала она.

– Ну и сколько ты продержишься? – хмыкнула матушка. – Тысячу людей надолго не обездвижишь.

Лили пожала плечами:

– И что с того? Думаешь, потом будут вспоминать, кто был на балу, а кто не был? Запомнится главное: бегство, туфелька и счастливый конец.

– Я ведь уже сказала тебе. Ты не сможешь запустить сказку заново. Кроме того, он – лягушка. Даже ты не в состоянии поддерживать его в человеческом виде целыми днями напролет. По ночам к нему возвращается прежний облик. В его спальне устроен пруд. Он – лягушка, – спокойно повторила матушка.

– Но только внутри, – поправила Лили.

– Это самое главное, – сказала матушка.

– Вообще-то, внешность тоже имеет значение, – вставила нянюшка.

– Многие люди в душе настоящие животные. А многие животные внутри – люди, – ответила Лили. – Так что же тут плохого?

– Он – лягушка.

– Особенно ночью, – кивнула нянюшка.

Ей вдруг пришло в голову, что самым приемлемым вариантом был бы супруг, который по ночам – мужчина, а днем – лягушка. Конечно, денег такой приносить не будет, зато и мебели меньше износ. Кроме того, она никак не могла выкинуть из головы соображения интимного характера, касающиеся длины его языка.

– А еще ты убила барона, – заявила Маграт.

– Думаешь, он был таким уж замечательным? – фыркнула Лили. – Кроме того, он не выказывал мне никакого уважения. А нет уважения – нет всего остального.

Нянюшка и Маграт вдруг осознали, что дружно уставились на матушку.

– Он – лягушка.

– Я нашла его на болоте, – признала Лили. – Поверь, он был очень умным. А мне как раз требовался кто-нибудь… поддающийся внушению. Почему бы не предоставить шанс обычной лягушке? А что? Лягушонок – муж не хуже прочих. Один поцелуй прекрасной принцессы, и заклинание навеки запечатано.

– В большинстве своем мужчины – настоящие животные, – заявила Маграт, подхватившая эту мысль в одной из своих книжек.

– Да. Но он – лягушка, – указала матушка.

– Давайте посмотрим на все моими глазами, – предложила Лили. – Видели, что вокруг творится? Сплошные болота да туманы. У этой страны нет направления. Я же могу сделать этот город великим. Не каким-то там Анк-Морпорком, где живут сплошные бездельники, а городом, который работает, трудится.

– Девочка не хочет выходить замуж за лягушку.

– Но через сотню лет это не будет иметь значения!

– Это имеет значение сейчас.

Лили подняла руки:

– Хорошо, хорошо. Чего вы тогда хотите? Сами выбирайте. Или я… или та женщина с болота. Свет или тьма. Туман или солнце. Темный хаос или счастливый конец.

– Он – лягушка, и ты убила старого барона, – ответила матушка.

– Ты бы поступила точно так же! – зарычала Лили.

– Нет, – ответила матушка. – Мне бы захотелось сделать то же самое, но я бы удержалась.

– По большому счету никакой разницы нет.

– То есть ты хочешь сказать, что не видишь ее? – уточнила нянюшка Ягг.

Лили расхохоталась.

– Да вы на себя посмотрите-то! – воскликнула она. – Вы разве что не лопаетесь от своих ни на что не годных благих намерений. Девчонка, мамаша и старуха!

– Это кто тут девчонка? – спросила нянюшка Ягг.

– Это кто тут мамаша? – спросила Маграт.

На мгновение матушка Ветровоск слегка помрачнела – как человек, который видит, что все соломинки уже вытянули и осталась всего одна.

– Ну, и что мне с вами делать? – спросила Лили. – Я и вправду терпеть не могу убивать людей без особой необходимости, но в данном случае просто нельзя позволить вам и дальше совершать всякие глупости…

Несколько мгновений она задумчиво разглядывала свои ногти.

– Поэтому я, наверное, упрячу вас куда-нибудь до тех пор, пока все не закончится как надо. А потом… Догадываетесь, что будет потом? Потом, надеюсь, вы сбежите. Ведь как-никак я добрая фея-крестная…

Элла осторожно пробиралась по залитому лунным светом болоту, следуя за важно вышагивающим впереди Легбой. Один раз она заметила какое-то движение в воде, но никто так и не появился – плохие новости вроде появления Легбы распространяются на удивление быстро, даже среди аллигаторов.

Вдали показался оранжевый свет. Это могло быть все, что угодно: хижина госпожи Гоголь, лодка или еще что-нибудь. На болоте разница между водой и сушей – это всего-навсего вопрос выбора.

Свет приближался.

– Здравствуйте! Есть кто-нибудь дома?

– Входи, дитя мое. Присаживайся. Отдохни немного.

Элла опасливо ступила на шаткую веранду. Госпожа Гоголь сидела в кресле, держа на коленях белую тряпичную куклу.

– Маграт сказала…

– Я все знаю. Добро пожаловать к Эрзули.