Ведун
Шрифт:
Здесь было значительно светлее, чем в коридоре, хозяин светильного газа не экономил. За два прошедших с момента его последнего визита года здесь ничего не поменялось. Все тот же массивный рабочий стол, диван с кожаной обивкой у дальней от окон стенки, по стенам многочисленные полки с книгами. За стеклянными дверцами шкафов папки с какими-то документами. На стене за рабочим креслом большая карта мира с понятными лишь хозяину пометками на ней. Неподалеку от распахнутого настежь окна столик и пара мягких кресел. На столе пузатая бутылка с золотистым содержимым и два бокала. Все готово для душевной беседы двух сослуживцев и давних хороших приятелей.
— Добрый вечер, Дэни, рад вновь видеть тебя в своем доме, — Хозяин кабинета оказался полной противоположностью гостю. Росточком невысок, слегка полноват, лицом приятен, взгляд серых глаз сосредоточен и внимателен. Одет без официоза по-домашнему — светлые брюки, рубаха в тон, на ногах легкие сандалеты из перфорированной кожи.
— Взаимно, рад встрече со своим старинным другом Чарли, еще не растерзанным зубастыми Вестминстерскими крысами[2].
Перед тем, как обменяться рукопожатиями мужчины чопорно раскланялись, затем крепко обнялись, как старинные закадычные приятели и боевые товарищи. Для столь фамильярного обращения имелась вполне веская причина — пятнадцать лет совместной службы в одном из британских экспедиционных корпусов, дислоцированных на территории Индии.
— Практически, мой друг, практически сожрали, одни косточки остались от старины Чарли, мозги высосали, теперь даже думать нечем, — с показушной грустью в голосе вернул шутку товарищу сэр Чарльз. — Скажу тебе, положа руку на сердце, для меня было намного проще сражаться с бандами озверевших афганских фанатиков, чем общаться с этими не нюхавшими пороха выскочками, возомнившими о себе невесть что. Ты представить себе не можешь, с каким трудом удается выбить хотя бы дополнительный пенни на нужды нашего отдела… — хозяин поместья неожиданно осекся, поймав себя на нытье, непозволительном для британского лорда. Он жестом пригласил гостя к столу. — Присаживайся, Дэн. Недавно один из бывших сослуживцев прислал по старой дружбе пару дюжин превосходного домашнего виски двадцатилетней выдержки. Предлагаю провести совместную дегустацию.
— Хе! Когда бы Дэниел Грейнджер отказался от дармовой выпивки, особенно в компании со стариной Чарльзом Стэнтоном?!
Сэр Чарльз на правах хозяина раскупорил бутылку и плеснул в специальные толстостенные стеклянные бокалы примерно на два пальца выпивки, после чего провозгласил краткий тост:
— За встречу!
— За встречу! — повторил сэр Дениэл.
Мужчины аккуратно чокнулись и дружно залпом выпили.
— Ну как? — поинтересовался хозяин поместья.
— Отлично, не хуже скотча из подвалов Дьюара… Постой, Чарли, а это не от лейтенанта ли Тёрнера? Помнится, когда мы давали дуба от холода в предгорьях Гиндукуша и проклинали всё на свете, именно Уил трепался, какой в поместье его отца гонят знатный напиток, как здорово он согревает в суровые зимние ночи и обещался залить всех выживших в том походе офицеров по самые брови этим своим «божественным нектаром».
— Совершенно верно, Дени, виски именно от Уильяма Тёрнера! Всё-таки ты у нас знатный аналитик и с памятью в ладах!
— Тогда давай еще по одной, для полноты ощущений.
Друзья еще какое-то время посидели, смакуя золотистый напиток, поболтали о разных пустяках. Наконец, сэр Чарльз отодвинул бутылку и бокалы в сторону, давая понять гостю о завершении неформальной части встречи.
— Рассказывай, Дениэл, что там случилось в России и почему наш тщательно проработанный план по стравливанию двух боярских родов накануне большой Восточной войны дал осечку?
Прежде чем поведать о своих приключениях Дэниел Грейнджер полковник Тайной службы Его Величества немного помолчал, будто размышлял, с чего бы начать. Наконец заговорил:
— Два года назад, мой дорогой Чарльз, была начата операция, цель которой дестабилизация внутриполитической ситуации в России. Я отправился туда под личиной лондонского негоцианта Леопольда Бэнкса. В общем и целом, политическая ситуация в стране нам была известна. Целью операции было рассорить два Великих боярских рода. Не стану, мой друг, подробно распространяться о том, сколько трудов и финансовых средств мне это стоило, обо всём этом ты знаешь из моих регулярных отчетов…
— В данный момент, Дэниел, — прервал товарища Стэнтон, — меня интересуют не сухие строки из отчетов, с которыми я, разумеется, ознакомился. Поведай кратко о причинах провала миссии.
— Ну совсем уж провальной мою командировку назвать нельзя. Да, нам не удалось полностью осуществить задуманное. Великие рода Шуйских и Иноземцевых так и не вцепились в глотки друг друга, однако кое-каких положительных результатов нам все-таки удалось добиться. После пропажи Драгомира Иноземцева высшее руководство всех Великих родов пребывают в смятении. Если пропал один патриарх, что мешает устранить прочих? То есть нам всё-таки удалось посеять зерно сомнения в этой части российского общества…
— Кстати, а что все-таки на самом деле стало с похищенным боярином?
— По разработанному нами плану его мертвое тело должно было всплыть где-нибудь в Галате или Фатихе[3] и об этом непременно узнали бы русские. Мехмет-Меджид заигрался с французами, и дополнительная острая шпилька в его жирную задницу не стала бы лишней. Глава Великого боярского рода найденный мертвым под стеной мечети — это очень неприятный сюрприз для турок и, вполне вероятно, реальным казусом Белли. Война России с Великой Портой нам очень бы не помешала для осуществления наших планов в Южном Иране. К сожалению тело Иноземцева было утеряно при транспортировке. Ну об этом я писал в своем докладе.
— Какова вероятность того, что боярину все-таки удалось выжить?
— Ну ты же, Чарльз собственными глазами неоднократно наблюдал во что превращается после хорошего дождя едва заметный горный ручей. Так вот, арба, на которой контрабандисты перевозили обездвиженной тело, на глазах у десятков свидетелей рухнула в водный поток и была унесена вместе с напуганным стрельбой ишаком. Погонщик уцелел, но в живых оставался недолго, за нерасторопность его тут же отправили следом за аповозкой свои же подельники. Впрочем, банда Хасана Фатихоглу также просуществовала недолго — персидские пограничники прекрасно подготовлены, между прочим, русскими инструкторами.
— Плохо, что не удалось подложить свинью султану.
Шутка попала в цель, оба мужчины дружно рассмеялись.
— Отлично сказано, дорогой Чарльз, «подложить свинью султану», — вытирая слезы платком, сказал Дэниел Грейнджер. Успокоившись он продолжил: — Итак, гибель боярина Иноземцева можно считать доказанной. Попытка столкнуть Шуйских и Иноземцевых через убийство Натальи Прохоровны с детьми также не увенчалась успехом. Мне пришлось лично подчищать концы в этом грязном деле. К сожалению, до доктора Зиверта руки не дотянулись. У этого шарлатана от медицины нюх на опасность оказался что у той борзой. Сообразил, что сотню золотых империалов просто так за всего лишь рекомендацию несчастной женщине посетить заграничный курорт не дают, прихватил всё самое ценное и успел скрыться в неизвестном направлении до моего визита. Ладно, пусть живет. О причастности Леопольда Бэнкса к пропаже боярина и смерти его супруги и детей имперским жандармам, скорее всего, уже известно. Последние дни перед отъездом мне приходилось действовать грубо и не совсем осмотрительно.