Чтение онлайн

— Молчать, — рявкнула старуха, — вы тоже свое получите, неугомонные Бестианки!

— Мы хотели услужить вам…, — сахарным голосом начала было Сэн. Но ледяной взгляд госпожи мгновенно заставил ее заткнуться и спрятаться за спину подруги.

— Не смей бить нас, — твердо произнесла Дэнс. Ее руки дрожали от напряжения, бубен, висящий на поясе, начал почти незаметно вибрировать, издавая тонкие протяжные звуки.

Первый удар заставил девушку упасть на колени, рыча от ярости и бессилия. Свистящие молнии посыпались на тела девушек дождем, разрывая кожу и срывая куски одежды. Казалось, что тишина ночи наполнилась стоном и звуками капающей на землю крови — более никто и ничто не имело значения в этот миг.

Когда боль стала не выносимой, Дэнс все-таки схватилась за свое оружие — но тут же была остановлена хлестнувшим ее руку металлическим наконечником плети. Девушка зарыдала, ощущая, как жизнь вытекает из нее с каждой новой каплей крови. Она знала, что их не забьют до смерти. Знала, что теперь придется месяц отлеживаться в карцере, мучаясь невыносимыми болями. Знала, что все будут над ними насмехаться, когда боль уйдет, и надо будет вновь приступать к работе.

— Пусть это станет наукой для всех, — провозгласила Экифанита, перекрикивая свист плетей и звуки ударов, — возжелавшие свободы да будут наказаны!

Внезапно вновь стало тихо. Зажмурившаяся Дэнс замерла, пытаясь сжаться в комочек, ожидая новых ударов. Глэдис, находившаяся рядом с ней тихо ахнула. Медленно подняв веки, Дэнс увидела, что мучители медленно отступают прочь, открыв рты. А когда девушка подняла глаза вверх, то увидела Глори. Еще более прекрасная, чем несколько ночей назад, пришелица держала в руках длинный посох, увенчанный хрустальным лотосом. Ее нежные глаза горели праведным огнем, от тела исходило все то же сияние, только на сей раз оно было пурпурным, дрожащим, горячим.

— Поправшие свободу да будут наказаны, — изменила слова старухи Глори, медленно опускаясь на землю. В полной тишине девушка подала руки лежащим на окровавленной земле Дэнс и Глэдис, а затем перевела взгляд на толпу акробатов, стоявших, словно истуканы, возле старухи Экифаниты.

— Они более вам не принадлежат!, — от слов девушки посреди табора взвились в небо два столба пламени, мгновенно пожравшие палатки Дэнс и Глэдис. Глори стукнула посохом о землю — тут же перед ней в воздухе появилось серебристая воронка с неровными краями. — Они уходят со мной. Будьте благодарны, что моя расправа не будет столь же безумной, как ваша, — из лотосообразного набалдашника вверх взмыл рой крошечных мерцающих радужных мотыльков, — но отнюдь мое наказание не будет мягким. Я возвращаю вам вашу память, цыгане.

Мотыльки тучей окружили акробатов, Бестианок и старуху, наполнив воздух тусклым свечением и шорохом крыльев. Раздался крик — первой на землю повалилась Миа. Сжимая голову руками, Бестианка вопила от ужаса, пронзавшего ее сознание. Следом за ней последовали остальные. Когда с грохотом на земь осела грузная Экифанита, Глори, наконец, повернулась к замершим в нерешительности Дэнс и Глэдис.

— Вы готовы исчезнуть из табора навсегда?, — в ответ обе цыганки послушно кивнули, — отныне вы вольны, дочери космоса. Идемте же.

После того, как закрылся портал, оставшиеся на поляне цыгане еще долго не могли прийти в себя. На следующее утро табор покинул планету Земля раз и навсегда. С тех пор, в какой бы галактике не находилось поселение, старуха с ужасом рассказывала гостям о страшных происшествиях, творящихся на голубой планете. Поговаривают, что еще много сотен лет старая Экифанита с первобытным страхом вспоминала ночь в Париже, называя ее самым страшным происшествием в своей жизни. Что касается Бестианок, девчонки значительно изменили свое поведение и с тех пор очень внимательно относились ко всем жителям табора. Через несколько месяцев их сосуды опустели — и неразлучные девушки исчезли прочь, растворившись в космических пустотах. Дэнс и Глэдис никто из цыган больше никогда не видел, их посчитали похищенными неведомым духом — и через три недели по приказу Экифаниты была проведена церемония прощания. Более о пропавших девушках в таборе не вспоминали.

— Денег нет, — мрачно произнес Рома, постукивая пластиковой банковской картой по столу, — и при этом практически не функционируют средства связи с внешним миром. Николаев в мертвой зоне. Хорошо, еда пока есть. Но на нас троих этого явно не хватит на долго.

Саша, слушавший монолог друга, молча затянулся сигаретой. Ситуация, в которую попали ребята, была не самой радостной. Словно провалившийся в пустоту город, невозможность попросить о помощи родных, постоянная опасность, исходящая ото всюду… И никаких видимых решений. Никто из них даже и представить не мог, как справляться с возникшим кризисом.

— Грузовик, — вдруг проговорил Рома, остановившись у кухонного окна, — Филипп вещи привез.

Но уже через пару минут выяснилось, что новый владелец меча-воина не изъявил желания присутствовать при погрузке вещей. Ворчливый водитель весьма красочно описал, как мальчик бегал туда-сюда по улице, преследуя некоего незнакомца. Притворно поцокав языками, Рома и Саша молча взялись за баулы и сумки. Покончив с переездом и распаковкой, ребята попрощались с водителем грузовика и отправились пить чай.

— Надо ему позвонить, — первым нарушил тишину Рома, залпом вылив в себя напиток. — Не нравится мне все это.

— Расслабься, — меланхолично протянул Саша, закуривая и глядя в окно, — наверняка появится минут через пять с очередной шокирующей историей, — парень зажмурился, наслаждаясь сигаретным дымом, — а вот и он… весь мокрый.

Не сговариваясь, ребята бросились к двери. Филипп стоял на пороге, слегка покачиваясь, за те мгновения, что он успел провести в ожидании, на половике собралась небольшая дурно пахнущая лужа. Молча шагнув в дверной проем, парень прошествовал в ванную и громко хлопнул дверью. Через секунду от туда донеслось шипение воды.

— Ого…, — многозначительно протянул Саша, разглядывая мокрые следы на паркете, — судя по всему, его протянули по дну реки.

— Причем нашей, — Рома помахал перед лицом ладонью, — вонь стоит страшная!

— Вонь?, — внезапно послышался немного приглушенный крик Фила, доносившийся из ванной, — это, по-твоему, вонь? А, по-моему, изо рта у драконов пахнет в сто раз хуже!!!

— К чему это он?, — поинтересовался Рома, наблюдая, как Саша деловито протирает пол антистатиком. Подняв голову, Саша многозначительно пожал плечами и продолжил очищать квартиру. Филипп выбрался из ванны только через час. Окруженный клубами пара, источающий аромат всех гелей для душа, стоявших в помещении, мальчик застыл посреди коридора, осторожно потянул воздух носом и облегченно вздохнул.