Чтение онлайн

Тот, словно угадав его мысли — или чувствуя точно так же — шмыгнул носом и виновато потупился.

Но стоила ли красота — даже самая уникальная — долгового рабства всей семьи на сорговых плантациях?

— Сейчас что-нибудь придумаем, — буркнул атлан, вернул моллюсков гостю и полез в сундук.

После продолжительных раскопок[15] устройство для диагностики схемов в головах големов было вытащено на белый свет, настроено, проверено и водружено на табурет.

— Давай, — протянул руку волшебник.

Парнишка, не сводя глаз с непонятной штуковины, больше всего напоминающей ему корзину без ручки, сплетенную сумасшедшим[16], нерешительно подал одну камидию.

— Что это такое, бвана белый шаман? — прошептал Делвар, почтительно кивая на загадочный предмет.

Анчар задумался на мгновение, размышляя, сказать парню всю правду, или не стоит, и решился.

— Спектральный генератор разночастотных и разнополосных эхосигналов с интегрированным усилителем, модулятором и приемником.

— А…

Не глядя на разинутый рот и вытаращенные глаза юного узамбарца, Анчар положил камидию точно в центр перевернутой корзины, сосредоточился, прикоснулся по очереди к каждому материалу, из которого она была сплетена, и парень ахнул от удивления. Всё устройство вдруг тихо и низко зажужжало, точно сонный улей, и засветилось фиолетовым — даже тканевые и кожаные полоски.

Маг прикрыл глаза, дотронулся кончиками пальцев до краев корзины и склонил голову на бок, будто стараясь что-то расслышать среди ровного шума. Каждые несколько секунд он менял положение рук, и при каждом прикосновении тон гудения слегка менялся, а странная конструкция светилась то оранжевым, то синим, то золотым…

Минуты через три Анчар открыл глаза и покачал головой.

— Пусто. Давай вторую.

Еще через три минуты вторая камидия также была признана не содержащей сокровища.

— С-спасибо, бвана белый шаман. Да благоволит вам Большой Полуденный Жираф, — дрогнувшим голосом проговорил Делмар, положил на стол шесть медяков, подхватил ведро и побрел к выходу, даже не закрыв крышку.

Ведро, стукаясь при каждом шаге о тощие голые ноги, утробно булькало, выплескивая порцию за порцией морской воды, но парень, казалось, этого даже не замечал.

— К-кабуча… — раздраженно прошипел сквозь стиснутые зубы Анчар, словно раковины оказались пустыми ему назло, и исключительно из нечеловеческой вредности решили отправить семью парня на плантации.

Но что еще можно было сделать?!

Ну разве что…

— Эй, ты! Вернись! — фейерверком вспыхнула в мозгу идея. — Я попробую еще! По-другому. Сядь пока куда-нибудь и не мешайся!

Искра надежды снова загорелась в глазах Делмара и он попытался заглянуть в лицо белому шаману, но тот уже отвернулся к столу — в поисках под грудой подношений бумаги и грифеля, но, не в последнюю очередь — чтобы шепотом спросить себя, на кой пень он это сделал и на что при этом рассчитывал — не на бредовую же мысль, порожденную, не иначе, усталостью, жарой и затянувшимся похмельем.

Не обращая внимания на посетителя, покорно расположившегося на стуле и во все глаза пялящегося теперь на Каменного Великана, волшебник быстро набросал на чистом[17] листе схему недавно использованного заклинания на вправление вывиха мозгов[18]. Закусив губу, он сосредоточенно пробежал взглядом по написанному, освежая в памяти: все же лечебная магия — совершенно чуждое ему направление, и магом-целителем нужно родиться, отыскал ключевые точки, внес пару небольших, но решающих поправок в механизм действия — и вытащил первую камидию из ведра.

— Есть… — через минуту устало выдохнул маг.

— Есть?! — Делмар вскочил, и испуганный стул опрокинулся ножками кверху, сдаваясь.

— Сейчас посмотрю вторую, — нарочито бесстрастным голосом проговорил Анчар.

И гораздо более эмоциональным — через минуту:

— И в этой есть?..

Парнишка заскакал было от счастья, но бросив один взгляд на лицо белого шамана и вспомнив, не что было сказано, но как, остановился.

— Нету?..

Анчар, не отвечая, лишь бормоча под нос самые заковыристые магические ругательства, какие мог вспомнить, сунул последнюю камидию в карман, хлопнул на табурет оставшуюся бумагу, и грифель вновь залетал по пятнистым, как краснушный леопард, страницам, выписывая слова и формулы, чертя, набрасывая диаграммы и графики, перечеркивая, переписывая набело[19], и снова правя…

Делмар прижался к спинке стула, замер, благоговейно расширив черные очи, а иногда даже забывал дышать.

Через полчаса волшебник утер пот со лба, тяжело выдохнул — точно закончил подъем на самую высокую гору Соиры, и в изнеможении опустил руки.

— Сейчас должно получиться, — сообщил он, скорее, самому себе, чем восхищенно застывшей аудитории, вынул из кармана камидию, снова водрузил ее на табурет и заметался между сундуком и лабораторией на кровати, отыскивая и добавляя ингредиенты, недостающие для модифицированного заклинания.

Когда все было готово, и табуретка представляла собой странную и причудливую смесь между прилавком старьевщика и жилищем рака-отшельника, наложи тот свои лапки на содержимое сундука мага-исследователя, Анчар отступил на шаг, осмотрел получившееся… и досадливо сморщился:

— К-кабуча… Надо было септограмму начертить. Ну да ладно… Будем надеяться, что потенциал не превысит пороговые значения… на много… хотя… м-м-м… нехорошо всё равно…

— Бвана белый шаман? Что это?

Подумать только, всего лишь час назад Делмар полагал, что безумней и ошеломительней «корзины сумасшедшего» ничего быть не может!

— Что — это? — повернулся к парню атлан, и вдруг лицо его просветлело. — У тебя же ведро деревянное!.. Из гевеи?

— Н-ну да…

— Обручи — чистое железо?