Великая тень

Старый рыцарь и его сквайр стреножили своих утомленных скакунов у изрядно выгоревших разрушенных ворот. Спешившись, путники пошли по удушливым развалинам улиц умирающего города, где даже молодая кобыла спотыкалась бы.

Сначала Кевин чувствовал оцепенение и боль. Низкорослый юноша с волосами цвета песка, всю жизнь жаждавший славных военных походов, чувствовал лихорадку, граничащую с возбуждением, во время длинного и изнуряющего пути из Киринвуда в Тилвертон. Но он даже не представлял, какими будут последствия войны: множество разрушенных зданий, истерзанных тел, разящих гарью, злом и порчей — зловонием, которое можно было ощутить даже несмотря на морось дождя.

Но все же постепенно чистый, тупой ужас, охвативший сквайра, исчез, и юноша взглянул на своего господина, чтобы найти новый повод для смятения.

Задолго до военных попыток запустить семейную ферму по изготовлению вина из папоротника и мяты Сэр Айандор Шурханд видел и другие последствия резни, почти такой же жуткой, как эта.

Пока он тащился вдоль улиц, не произнося ни слова, его вытянутое морщинистое лицо бледнело, а серые, пустые глаза терялись под косматыми бровями.

Кевин ужаснулся. Он всегда считал, что изможденный старый рыцарь стоек, но, по всей видимости, потеря единственного ребенка сломала бы любого.

— Сир, — произнес юноша, найдя себе место у разлива, расположившегося меж камней, — вы ведь знаете, что просто невозможно отыскать его здесь!

Если Айандор и услышал слова сквайра, то и виду не подал.

— Здесь так много мертвецов… — продолжал Кевин, поежившись, — лица некоторых подпалены огнем и… или того хуже… Остальные, вне всяких сомнений, завалены упавшими плитами…

— …Так что ты думаешь? — огрызнулся Айандор, за все те годы, проведенные ими вместе, никогда не говоривший с Кевином так жестко, — Думаешь, мой сын просиживал дома, когда его настигла смерть?

— Нет, что вы! Я уверен, что он принял доблестную смерть в бою с врагами.

— Тогда помалкивай!

Кевин изумился, но не успел он придумать достойный ответ, как нечто серое, до того расстилавшееся по земле, как лист пергамента, поднялось ввысь. Пара смутно различимых конечностей вытянулась из густой массы и потянулась к Кевину.

Сквайр попытался одновременно увернуться и вытащить из ножен свой меч. Он управлял собой. Темная тварь бросилась на юношу и повалила его на землю. Подобные граблям когти рвали его накидку и сюрко, царапая по хауберку под ними.

Внезапно что-то вспыхнуло. Темное создание умчалось прочь, и Кевин смог увидеть Айандора, стоящего над ним наперевес с Серым Танцовщиком — клинком из мифрила, светящимся серебром. С его помощью рыцарь и прогнал фантом.

Кевин вскочил на ноги и подготовил к бою собственный клинок. Гладкая, невзрачная сталь меча без родословной, заколдованная простейшим зачарованием. Мужчины и темная тварь встали друг напротив друга. Кевин заметил, что тень имела сходство с огромной кошкой, но скорее всего это было лишь одно из множества обличий, поскольку мрачная субстанция, похоже, время от времени перетекала и менялась. Беженцы, которых Кевин и Айандор встречали по пути в эти места, предупреждали путников о том, что здесь встречалось много таких теневых созданий. Вероятно, фантомы были вызваны тем же колдовством, которое уничтожило Тилвертон и часовых, стоявших на стенах.

Очевидно, желая зайти призраку с фланга, Айандор резко метнулся влево. Кевин, разгадав его план, переместился вправо. Кошка бросилась на него, широко разверзнув пасть, похожую на раковину устрицы, и целиком превращаясь в глазах сквайра в один ряд кошмарных челюстей.

Уходя от броска теневой пантеры, Кевин смог отсечь ей плечо. Во всяком случае, так думал, но несмотря на то, что он чувствовал силу и вес фантомной твари, его меч прошел сквозь кошку с такой легкостью, словно та была соткана из дыма. В другом случае Кевин обрадовался бы остроте своего клинка, но сейчас он знал, что виной тому другое. Некоторые сверхъестественные создания были невосприимчивы к оружию из простой стали, и, похоже, эта кошка была одной из них.

Фантом выбросил в его сторону когтистую лапу, но Кевин успел отскочить. Айандор устремился в атаку, предъявляя свой аргумент незащищенному флангу твари.

Теневое создание обернулось, становясь на дыбы, подобно разъяренному медведю, и выпустило в сторону Айандора когти, внезапно удлинившиеся до размера кинжалов. Едва уступая фантому дюйм земли, рыцарь встречал атаку тени короткими яростными ударами. По крайней мере, его клинок натыкался на что-то твердое, но наносил ли он фантому какой-либо существенный вред, сказать было невозможно.

Кевин понял, что его господин пытается войти в зону досягаемости тени для того, чтобы нанести удар по голове или в живот, где, вероятно, находились жизненно важные органы, но теневое создание всякий раз отгоняло его назад. В свою очередь, сквайр не был способен ранить фантом, но зато он мог хотя бы отвлечь его. И Кевин крикнул во всю силу своих легких, присоединившись к схватке.

Тень крутанулась на месте, разрастаясь над сквайром подобно скале, вот-вот готовой породить лавину, но внезапно резко дернулась, и из живота твари показался кончик Серого Танцовщика. Это Айандор воспользовался возможностью, чтобы вогнать мифриловый клинок глубоко в спину отродья. Кошка осела на землю, и Кевин отпрыгнул в сторону, чтобы не оказаться погребенным под падающей тушей.

Задыхаясь, с бешено колотившимся сердцем, сквайр остановился, довольный исходом схватки. Он надеялся, что тень больше не поднимется, но Айандор не был так в этом уверен. А потому, не обращая внимание на полное оцепенение конечностей кошки, продолжил атаку. Тень уже перестала шевелиться, однако Айандор рубил ее до тех пор, пока тело кошки неожиданно не улетучилось.

Только тогда рыцарь повернулся к сквайру. Его взгляд, из тусклого и ошеломленного, преобразился в свирепый и твердый.

— Все в порядке? — неуверенно спросил Кевин. Воротник плаща сквайра, изодранный в клочья, выбрал этот момент, чтобы тряпкой свалиться у его ног.

— Да. — Айандор осмотрел свой клинок из «истинного серебра», затем только, чтобы убедиться, что оружие не от чего очищать, не считая дождевых капель. Фантом не обладал кровью, которая осквернила бы сталь. — Пойдем-ка отсюда.

— «Пойдем»? После сражения, если есть такая возможность, воин всегда отдыхает и восстанавливает силы. Вы сами меня этому учили!

— Не бросай мне в лицо мои собственные слова.

— Я просто хотел сказать… Оглянитесь вокруг — дальше бродить здесь — не самая лучшая идея! Мы только что убедились, что уцелевшие жители говорили нам правду! Тилвертон пал. Мы могли бы…