Чтение онлайн

Разве можно оставить его в покое? Если князь будет по-прежнему давать пищу для ее сатирической рубрики, она, как и подобает уважающему себя журналисту, воспользуется этим материалом. Ведь цель статей Коппервилла в том, чтобы показать лицемерие общества и, если получится, заставить хотя бы некоторых из его представителей задуматься над своим поведением.

Интересно, будет ли князь на ужине с танцами у Шеффилдов, который должен состояться через несколько дней? Хотя намечается не бал, приглашено не менее сотни гостей, поскольку праздник был посвящен пятидесятипятилетию лорда Шеффилда. Кэролайн задумалась о том, кого туда пригласят. Она знала, что там наверняка будет принц-регент. О каждом шаге этого человека ей сообщал один из его слуг, с которым она завела дружбу. Съедутся на вечер, видимо, также лидеры партии тори, включая Ливерпула. Поэтому если Северьянов и не получил приглашения, то сам напомнит о себе. Кэролайн не сомневалась: леди Шеффилд ни при каких обстоятельствах не исключит из списка приглашенных никого из членов королевской семьи, тем более этого красивого русского князя. Девушка отметила в своем дневнике, что на этом приеме ей необходимо присутствовать. Нельзя же упустить такой случай!

Взглянув на себя в зеркало, стоявшее на небольшом бюро, она скорчила гримасу своему отражению. Щеки у нее все еще горели, глаза лихорадочно блестели. Кэролайн вдруг представила себе зал, освещенный десятками канделябров, пары, вальсирующие по паркету под звуки скрытого от глаз оркестра, слуг, снующих между гостями и разносящих прохладительные напитки… И Северьянова, на голову возвышающегося над толпой и надменно наблюдающего за танцующими. Ей совсем не хотелось снова переодеваться лакеем и наблюдать за происходящим, стоя в толпе слуг за дверью.

Но хватит ли у нее смелости? Сможет ли она дерзко присвоить себе чужой титул, чтобы получить доступ на праздник и увидеть все происходящее, так сказать, изнутри? Удастся ли избежать разоблачения? Ведь ее могут выдворить оттуда с позором! Правда, попав туда, Кэролайн затеряется в толпе, и никому до нее не будет дела.

Сердце у девушки учащенно забилось. Почему бы не попытаться? Ведь проникнув на праздник, она получит обширнейшую информацию! И не только о Северьянове!

Взбудораженная своей затеей, Кэролайн спустилась вниз. Джордж, собираясь уходить, уже надевал сюртук и цилиндр.

— Вернусь часа через два, — сказал он, взяв с конторки связку книг.

Кэролайн кивнула. Покупателей в лавке не было, и она проводила отца до двери. Потом, подойдя к конторке, девушка проверила выручку за утро. Увы, была продана всего одна книга. Кэролайн немного огорчилась, но быстро прогнала грустные мысли. Она редко впадала в уныние, ибо была по природе оптимисткой. Долго тянулась зима, и весна слишком медленно вступала в свои права, но Кэролайн знала, что скоро наступит лето и торговля оживится. Обязательно. Война сильно подорвала торговлю, как и все прочее. От инфляции, нехватки товаров, безработицы страдали все, кроме богачей. Не хотелось думать об этом, но с каждым месяцем становилось все труднее платить за аренду, да и государственные налоги превращались в тяжкое бремя. Девушка благодарила судьбу за то, что статьи Коппервилла с самого начала пользовались успехом у читателей. Ее работа в газете приносила маленький доход, но для них с отцом он был существенным подспорьем.

Услышав, как звякнул колокольчик, Кэролайн отложила бухгалтерскую книгу и с улыбкой подняла глаза на посетителя. И тут у нее перехватило дыхание.

В дверях стоял князь Северьянов. Его высокая, внушительная фигура заполняла собой дверной проем, заслоняя проникавший снаружи солнечный свет.

Кэролайн, не веря своим глазам, оцепенела от удивления. Северьянов пристально посмотрел на нее, и на губах его заиграла улыбка. Он вошел в лавку, и дверь закрылась за ним.

Кэролайн вздрогнула. Мозг ее лихорадочно работал. Князь знает. Знает, что она, переодевшись в мужскую одежду, шпионила за ним…

Но Северьянов ни в чем не обвинял ее. С щеголеватой ленцой он подошел ближе и, остановившись перед конторкой, медленно обвел взглядом Кэролайн от макушки белокурой головки до грудей, то есть внимательно осмотрел все, что открывалось взгляду, поскольку ошеломленная девушка так и не встала из-за конторки

— Добрый день, — сказал Северьянов с едва уловимым славянским акцентом, придающим особый шарм его безупречному английскому языку.

Кэролайн открыла рот, чтобы ответить, но язык не повиновался ей. Он не мог не догадаться. Его приход — не простое совпадение. Но ведь она не заметила, чтобы ее преследовали… Правда, Кэролайн ни разу не оглянулась.

Князь сделал шаг вперед, не сводя глаз с ее лица. Взгляд его дольше, чем следует, задержался на губах Кэролайн, и она почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Неужели он выследил ее?

Князь снова улыбнулся своей диковатой улыбкой, от которой у Кэролайн замерло сердце.

— Мне говорили, будто это лучшая книжная лавка в Лондоне и что именно сюда следует обратиться, если нужен редкий манускрипт.

Девушка облизнула пересохшие губы, выругав себя за то, что так встревожилась.

— Добрый день, — наконец ответила она. — А что именно вы хотели бы найти? — Кэролайн показалось, что ее охрипший голос звучит, как карканье вороны.

Князь стоял очень близко, и девушка, чтобы взглянуть ему в глаза, задрала голову. Сердце у нее продолжало бешено колотиться. Он был в военном мундире. Его грудь украшали ордена и медали. Ей стало страшно. Опасность исходила от этого великолепного, сильного тела, но особенно пугала в нем бьющая через край дерзкая чувственность, заметная и в обжигающем взгляде янтарно-золотистых глаз, и в изгибе полных губ, и даже в ямочке на подбородке.

Кэролайн боялась потерять сознание. Нельзя допустить, чтобы он действовал на нее таким образом! Не уподобляться же безмозглым дамочкам, млеющим от его взгляда. Она крепкий орешек и по праву гордится своим здравомыслием.

— Я ищу трактат Питера Абеляра в подлиннике и «Энциклопедию» Бартоломью. — Северьянов не сводил с нее пристального взгляда.

— Простите, я задумалась, — встрепенулась Кэролайн. Князь начал повторять сказанное, но девушка прервала его:

— Подлинный текст трактата Абеляра написан по-латыни.

— Я это знаю, — улыбнулся он.

Кивнув, Кэролайн взяла перо и записала заказ. «Хоть бы князь не заметил, как дрожит у меня рука. Вот как? Он знает латынь? И интересуется философским учением о диалектике?» — удивленно подумала она.

— Этот трактат очень нелегко отыскать. — Кэролайн встретилась с ним взглядом. — Абеляр писал в XI веке.

— Вы хорошо образованы, — заметил русский. — Для женщины.

Кэролайн насторожилась. Может, в его словах есть какой-то подтекст?

— Я читала Абеляра. — Слова ее прозвучали с вызовом, хотя она не желала этого. — Я прочла его, когда мне было одиннадцать лет.

Если князь и удивился, то не показал виду.

— В подлиннике или в переводе? — уточнил он. Кэролайн вздернула подбородок.