Венец безбрачия
Шрифт:
В девять вечера я прибыл в отдаленный Ленинский район, в квартал забытых богом двухэтажных сталинок и спортивных беспризорных, украшенных художеством молодого поколения общежитий. В одном из таких цыганских домов и проживал холостой майор запаса Олег Удольский. Я легко нашел квартиру номер три, а в ней комнату «за углом налево», как значилось в визитке. На мой стук хозяин поспешил широко распахнуть двери и гостеприимно впихнуть меня в свое жилище.
– Ты, значит, психолог? – радостно переспросил здоровяк Олег. Макушка его иногда задевала люстру, издававшую приятный звон хрусталя, одет Олег был вполне цивильно для домашнего гардероба: старые трико, высоко натянутые на раздутый живот, чистая, розовая аккуратно заштопанная на плече футболка, чистые целые носки и пляжные сланцы. В комбинации с выразительным лицом Олега общее впечатление складывалось праздничное. Тут я понял, что шаман напоминает деда мороза и оттого мне стало вполне комфортно. Не спрашивая, Олег выбросил на диван журнальчик кроссвордов и оперативно накрыл поляну на две персоны, выставив из маленького холодильника заранее нарезанный хлеб, колбасу, банку маринованной селедочки и графин водки. Я перешагнул с ноги на ногу и затравленно посмотрел на взрослого дядю.
– Я не недолго, я только по делу, – пролепетал я, на что получил железный аргумент:
– А тут надолго и не растянуть, – указав на графин, согласился Удольский и разлил по первой, – Ну, рассказывай, чего там моя бывшая затеяла? Много уже нервов тебе попортила?
– Нет, – я неуверенно пожал плечами, – это у Татьяны проблемы. У нее нервный тик начался полгода назад, но она лечиться не хочет, потому что считает, что на ней лежит проклятие, – тут же я прикусил язык – ну как можно быть таким болтуном!?
– Дошло, наконец?! – восторженно хлопнул себя по ляжке Олег, – Как это она признала?! А почему у тебя оказалась, а не к знахарке пошла?
– Я же сказал, Татьяна не хотела лечить даже свой тик, ко мне ее привело только желание выговориться, – недоумевая от реакции бывшего супруга пояснил я и уточнил, – А вы что, тоже считаете ее проклятой?
Конец ознакомительного фрагмента.