Венец безбрачия
Шрифт:
Анджелина искоса взглянула на его каменный профиль.
— Но ты подумай, Крис…
— Нет, это ты подумай! — взорвался он, и она испуганно вжалась в спинку сиденья. — Подумай, как я могу вести себя теперь! Уж не надеешься ли ты, что я смирюсь с поражением и спокойно отпущу тебя? Нет уж, теперь ты моя, Анджелина Уолфорд-Кармайкл!
— Что?! — в замешательстве переспросила она и, на секунду даже забыв о страхе, возмутилась: — Что за чушь!
— Я много думал, Энджи, — медленно проговорил Кристофер. — Думал долгие дни и ночи, и теперь готов расписаться под каждым своим словом. Кстати сказать, знает ли твой нынешний любовник о том, какая ты лгунья? Или ты водишь его за нос, как прежде — меня?
— О ком ты говоришь? — удивилась Анджелина, а потом до нее дошло. — Успокойся, Кристофер! Дуайт — мой босс, а вовсе не любовник!
— Если он тебе не любовник, значит, я — Санта-Клаус, — огрызнулся тот.
— Ты мне не веришь? По-твоему, я могла тебе солгать?
Девушка вдруг осознала, что он гонит машину на скорости, слишком опасной для скверных проселочных дорог, и ей стало не по себе.
— Конечно нет, — стиснув зубы, бросил Крис. — Когда-то я верил тебе больше, чем самому себе. Вот только потом горько раскаивался в этом. Кстати, как ты собираешься объяснить Дуайту, где и с кем провела сегодняшний вечер?
Энджи изумленно уставилась на него, и страшная догадка вихрем пронеслась у нее в голове. Выходит, с его стороны это был жестокий расчет — заставить Дуайта подумать, будто она…
А что, собственно, тот может подумать? Что я спала с Кристофером Шеппардом? Ну, и что в этом такого? — подумала она и успокоилась.
— Я просто расскажу ему все, как есть, — ответила девушка.
— Неужели? — заметил Крис насмешливо. — И ты думаешь, он тебе поверит? Посуди сама: у него на глазах ты садишься в машину человека, с которым прежде была близко знакома, возвращаешься за полночь… И Дуайт после этого должен будет поверить, что ты ужинала с друзьями этого бывшего… знакомого? — Он с сомнением покачал головой. — Да будь этот парень безгранично наивен, у него все равно возникнут подозрения, — удовлетворенно заключил он.
— Но ведь это правда, — беспомощно пробормотала Анджелина. — И ты об этом знаешь.
— Да, знаю. У нас даже есть свидетели — Франсиско и Хуанита. Но, моя милая, твой драгоценный Дуайт скорее поверит в то, на что намекну ему я.
— Вряд ли, — упрямо возразила девушка. — Я объясню ему, что ты собирался отправиться на этот ужин со своей подружкой, но обстоятельства сложились так, что она не смогла составить тебе компанию, и тогда ты пригласил меня.
Кристофер покачал головой и заметил:
— Я приехал в Барселону один, так что тебе никто не поверит.
— Но я видела тебя в ресторане с… — Энджи замолчала, вспомнив рыжеволосую девицу. — И потом, Франсиско и Хуанита тоже были готовы принять двоих гостей.
— Да, но ты не знаешь имени моей спутницы и у тебя нет телефона моих друзей. Ты ничего не сможешь доказать этому своему Дуайту.
— Я и не собираюсь этого делать, — гордо заявила она. — Он и так поверит мне. А потом, Дуайт мне не муж и не любовник, чтобы я должна была перед ним оправдываться.
— Он твой работодатель и к тому же влюблен в тебя. А влюбленные мужчины очень ревнивы, Энджи. Они редко прислушиваются к голосу рассудка и склонны проявлять свою ревность по поводу и без повода.
— Так ты собираешься специально ввести его в заблуждение? — возмущенно спросила Анджелина.
— Причем без малейшего колебания, — подтвердил Кристофер.
— Но тебе незачем мстить ему!
— А тебе незачем о нем беспокоиться!.. Не стоит блефовать, Энджи! Этому парню не станет хуже от того, что он узнает о том, с кем в действительности имеет дело. Меня, к сожалению, предупредить было некому.
— Крис, все вовсе не так, как ты пытаешься представить…
— Продолжай, продолжай…
Она ненавидела его в эту минуту и в то же время любила — любила безумно! Да и как винить его в чем-то? Если бы Крис после двух восхитительных месяцев, которые они провели вместе, бросил ее, она готова была бы убить его — если бы вообще перенесла такой удар…
Анджелина смотрела сквозь лобовое стекло машины в черноту ночи и вспоминала о том, как счастлива была той ночью, когда этот мужчина предложил ей стать его женой!
С первой же их встречи она поняла, что Кристофер Шеппард — тот самый, единственный, кто предназначен ей судьбой. А когда оказалось, что и он относится к ней так же, это стало похоже на сказку наяву.
Самоуверенный, сильный человек, об уме, честности и неподкупности которого ходили легенды, любил ее, Анджелину Уолфорд! Множество женщин, гораздо более красивых, умных и искушенных в любви могли только мечтать об этом, а выигрышный билет выпал именно ей!
Когда она сообщила о своем романе родным, мать и отчим тут же прервали средиземноморский круиз и примчались в Калифорнию. Это было за день до того, как Кристофер сделал ей предложение.
Анджелина, как всегда, рада была повидаться с матерью, но вот что касается отчима…
Рубен Барнет, англичанин по происхождению, служил в одном из филиалов крупной международной компании. Полтора года назад — Анджелина тогда еще училась в университете — он после бурного и скоропалительного романа женился на ее матери. При первом же взгляде на нового родственника девушка почувствовала к нему антипатию — он показался ей слишком смазливым и слишком вертким. Но, видя, что мать, устав за пять лет после смерти мужа от одиночества, обеими руками ухватилась за шанс вновь обрести семейное счастье, Анджелина решила не портить с ней отношения и с тех пор старалась просто как можно реже показываться дома.
А потом произошел тот памятный разговор с Рубеном, и она вынуждена была бежать из Америки, куда глаза глядят.
Сейчас ей уже трудно было вспомнить первые месяцы, проведенные в Канаде. Она не жила, а существовала, словно на автопилоте, работая официанткой в маленьком кафе и снимая крошечную квартирку с сидячей ванной. В душе ее царили мрак и пустота, и дни тянулись тягостной чередой.
Из шокового состояния Анджелину вывела старая знакомая, которую она случайно встретила в переполненном посетителями кафе. От нее девушка узнала о том, что мать и отчим погибли в автомобильной катастрофе на следующий день после возвращения в Калифорнию.