Венец судьбы

Переводчик, редактор и оформление: inventia

Синтия

Всё неправильно. Мне казалось всё неправильным, странным и бессмысленным. Я не помнила, чтобы вообще входила в этот сраный мир Фейри, но нельзя отрицать, что мы находились в Царстве Фейри.

Группа мужчин Фейри стояла в дальнем конце комнаты, тихо разговаривая между собой, время от времени поглядывая на меня, а мы с Адамом сидели за столом в углу. Адам последние два часа пытался объяснить всё трижды, но нёс кучу чепухи, которая никак не могла быть правдой. Мне, очевидно, что его обманули Фейри, и через него пытались обвести меня. Это единственное объяснение, которое я могла придумать, чтобы оправдать безумную историю, которую он мне вдалбливал, и ждал, что я поверю.

Я перестала слушать Адама и скользнула взглядом к самому крупному мужчине-Фейри, который, казалось, с интересом наблюдал за каждым моим действием. Это одновременно беспокоило и возбуждало так, как никогда раньше. Я возбуждалась с Эдрианом, но этот мужчина? Он источал феромоны, от которых у меня всё ныло лишь благодаря взгляду, которым он скользил по моему телу. Если я двигалась, эти ониксовые и сверкающие золотом глубины следовали за мной, будто я была добычей, на которую он охотился. Хуже того, моё тело реагировало так, будто хотело, чтобы он преследовал меня, и это злило.

Словно этот пердящий Фейри-людоед привязал невидимую верёвку к моей вагине, и когда тянул, я дрожала от желания, чтобы он тянул сильнее. Отвратительно. Я почувствовала, как заалели у меня щеки, и нахмурилась, когда опасная улыбка растянула его рот. Я округлила глаза, когда у меня соски затвердели, будто желали убедиться, что он заметил их существование. Тела — немые, коварные существа, которым доставляло удовольствие предавать нас. Отведя взгляд от Фейри, я обратила внимание на Адама.

— Нам нужно найти Лариссу с Эдрианом и убраться отсюда сейчас же, — прошептала я. — Ты несёшь ерунду, Адам. Мы в опасности, в большой опасности. И если не уйдём прямо сейчас, превратимся в Хэппи Мил для этих ушлёпков. — Адам откинулся на спинку стула и вздохнул. — Почему ты не паникуешь? Помоги мне вытащить нас отсюда и перестань врать, — пробормотала я, взглянув на золотоглазого Фейри, который пристально смотрел на меня. Я ненавидела его сексуальное лицо и силу, которая волнами исходила от него и прокатывалась по мне, создавая глубокую, боль неудовлетворения, пульсирующую и пугающую, что я взорвусь спонтанными оргазмами и выставлю себя полной идиоткой.

Этот придурок так и не сводил с меня глаз, и казалось, что он знает меня очень близко. Если так, значит, я тоже могу быть скомпрометирована. Я очнулась в поле, одетая в лёгкое платье, и Адам держал меня посреди фантастического луга, где на заднем плане стоял замок, и я не помнила, как туда попала.

Моя грудь так высоко поднята, удерживаемая корсетом, что приветственно махала мудаку, который не переставал пялиться на меня. Вполне возможно, что я по уши в скомпрометированной ситуации, настолько ужасной, что разум заблокировал память.

Я никогда не носила такого дерьма. У меня были стандарты в одежде, которая не обнажала тело. А вот такое не входило в список того, что я позволяла себе носить, независимо от миссии, которую Гильдия запланировала. Мне было плевать, захотят ли они, чтобы я разделась догола, могут идти в задницу, прежде чем я сознательно сделаю что-нибудь в этом роде. Если только не стоял вопрос о жизни и смерти, мой моральный компас направлял мои решения. Учитывая, что сейчас стоял вопрос жизни и смерти… Если моя нагота означала, что команда уберётся отсюда, я бы, чёрт возьми, сделала это. Я просто надеялась, что этого не потребуется, но, учитывая голодный взгляд, который оставался прикованным ко мне, я вспотела от страха, что всё может стать куда хуже.

— Син, многое произошло. — Адам неловко поёрзал, потирая затылок.

— Например? — Я откинулась на спинку стула, копируя позу Адама, и принялась изучать язык его тела, отмечая, насколько он нервничал и чувствовал себя неловко. — Почему у тебя такой вид, будто кто-то умер?

— Так и есть, Син, — прошептал он, сглатывая сильные эмоции, отчего у него дёрнулся кадык. — Лари.

Слёзы навернулись у меня на глаза, горя желанием пролиться, и я покачала головой. Затем прочистила горло, игнорируя тиски, которые сжали сердце до боли.

Адам покачал головой, проводя рукой по лицу и ёрзая на стуле.

— Адам, не смешно, — прошипела я, и слёзы потекли по щекам.

— Син, мы взяли миссию помочь Фейри, и кое-что случилось. За последние годы произошло много плохих и хороших событий. Хороших, например, что ты стала мамой. У тебя трое детей. — Он свихнулся. Я выгнула брови и бросила на него невозмутимый взгляд. На что он прищурился.

— Думаю, я знала бы, будь у меня дети, особенно трое. Судя по этому телу можно сказать, что я рожала? — Я глубоко нахмурилась, натягивая безвкусное платье, которое носила, и, глядя на свой плоский живот, на котором не было ни единой растяжки. Да, Адам скомпрометирован. Я вернула корсаж на место, внимательно изучая Адама, отмечая, как убеждённо он говорил. Он верил в то, что говорил правду, а значит, скормил бы мне любую историю, которую хотели поведать Фейри.

Отлично, почему всегда, когда мне нужно, чтобы команда была на месте, они отвлекались и вели себя как стая кошек, попавшая на поле кошачьей мяты?

— Тебе промыли мозги, Адам. Можешь заткнуть свой рот, потому что я не верю ни единому слову, слетающему с твоего языка. Перестань скармливать мне то, что они хотят. Лари не мертва; не может быть мертва, — сердито прошипела я, глядя на него, несколько раз открывшего и закрывшего рот, прежде чем сесть ровно и покачать головой.

Тяжёлые шаги раздались в коридоре, и я медленно повернулась, наблюдая, как в комнату вошёл новый мужчина, а затем остановился.

— О, слава Богу, — прошептала я, вставая и бросаясь к Эдриану.

Я обняла его и настойчиво завладела его ртом. Он повернул голову в сторону золотоглазого Фейри и усмехнулся мне в губы. А затем притянул ближе, страстно целуя, и застонал, когда мой язык проник в его рот. Я вторила его стону. Он опустил руки мне на талию и оторвался от моих губ, с любопытством изучая меня. Я отступила, держа его руки в своих, и улыбнулась его красивым бирюзовым глазам, упиваясь плутоватым очарованием, которое привлекло меня к нему. Я сделала шаг вперёд и наклонилась к его уху, тихо шепча, чтобы меня не услышали:

— Нам нужно отсюда убираться. — Я потёрлась своей щекой о его, заросшей щетиной, и соски стали твёрдыми от воспоминаний, каково это, когда он между моих ног возносит меня на небеса. Эдриан слегка отстранился и посмотрел на меня в замешательстве. — Адаму промыли мозги, и я думаю, что Фейри используют контроль над разумом, заставляя его говорить то, что якобы выглядит, как правда, Эдриан. Мне нужна твоя помощь, чтобы вытащить нас с Адамом отсюда, пока нас не съели.

Я кивнула на Фейри, скользя по телу Эдриана и вглядываясь в бирюзовые глубины, которые изучали меня, будто я сошла с ума. Он прищурил глаза, посмотрел на Адама, затем на Фейри, и я нахмурилась. Выражение его лица было наполнено болью, когда я прижалась к нему вплотную.