Венецианские маски

Трудно представить современный мегаполис без ночных развлекательных заведений, в частности, клубов. Да что большие города! В самой глухой деревне есть нечто, именуемое местным клубом, где играет музыка двадцати- и тридцатилетней давности.

Есть заведения, куда может пройти каждый, есть элитные, а есть весьма специфические, куда заходит определенный контингент. Существуют и закрытые клубы, о которых большинство даже не знает.

"Рокс-бар" не являлся клубом, но все же находился очень близко к этому определению. Располагался он на втором этаже трехэтажного выбеленного здания, фасад которого сверкал иллюминацией, холодной и жесткой, как глаза Снежной Королевы. Лет десять назад здесь находился кинотеатр, но затем у него сменился хозяин, который решил, что ночной клуб и под стать ему бар принесут больше выгоды. Здание отремонтировали, вставили тонированные черные стекла, вдоль широких ступеней протянулись ажурные кованые перила, такой же навес обвили иллюминацией. И заведение заработало.

Ночной клуб, который располагался на третьем этаже радушно встречал тех, кто проходил "фэйс-контроль" и "дресс-код". Довольно умеренный, кстати. Цены здесь не поражали до колик в животе, музыка играла вполне приятная и частенько бывали приезжие диджеи.

В "Рокс-баре" витал неформальский дух с нотками бунтарства. Почему-то "фэйс-контроль" в нем был строже чем в клубе, хотя цена за вход гораздо ниже. Здесь любили появляться рокеры и готы, байкеры и просто люди, предпочитавшие рок-музыку, которая здесь гремела. Здесь любили играть местные рок-группы, а порой приезжали и весьма знаменитые исполнители. Само помещение бара не выглядело гигантским, а скорее уютным и располагающим к себе. Длинная стойка, ряд высоких стульев, череда различных бутылок, три бармена вечно в движениях. Квадратные небольшие столы стояли вдоль стен и на подиуме, за ажурным железным ограждением высотой по пояс. На нарочито грубых кирпичных стенах висели фотографии рок-звезд и просто интересные плакаты. Теплое освещение не резало глаза. Полукруглая сцена в дальнем конце бара принимала многих исполнителей, а небольшое пространство перед ней позволяло слушателям еще и потанцевать.

Здание располагалось в старом городском парке, более популярном нежели его современный надменный коллега. Вокруг клуба росло множество высоких деревьев, спереди находилась удобная парковка, а чуть дальше - городская круглая площадь с большим памятником, где всегда гуляло много народу. В стороне к старому парку примыкала новая детская площадка: разноцветная, яркая и шумная. Еще дальше среди деревьев выглядывал планетарий и тянулись березовые аллеи.

Теплый июньский вечер только начинал обнимать прохожих приятной прохладой. Солнце еще стояло довольно высоко, но длинные тени уже пролегли от деревьев, вызывая восторг у одного из фотографов. По шумному проспекту, пролегающему напротив площади, неслись машины. В пятничный вечер многие удирали за город.

Возле клуба как всегда стоял шум: играла музыка со стороны детских аттракционов, громко разговаривали прохожие, доносились звуки от летних кафе, выросших словно грибы после дождя. Белое, пока еще без иллюминации, здание чуть надменно, но с интересом оглядывало проходивших мимо людишек.

На стоянке, огороженной тщательно подстриженными кустами, остановился еще один автомобиль: старенькая "пежо" цвета "металлик". Из нее вылезли две девушки лет двадцати трех-двадцати четырех. И не спеша направились ко входу в клуб. Причем каблуки одной из них звучали так, словно их обладательница претендовала на звание Повелительницы Тьмы, не меньше.

– Я бы лучше в парке погуляла.

– Я бы лучше прогу дописала, но на что ради дружбы не пойдешь.

– Гулять надо больше.
– наставительно сообщила первая.
– А то цвет лица будет фиговым.

Вторая ограничилась чуть вздернутой бровью, как бы говоря, что ей подобные глупости уж точно не грозят.

Обе девушки привлекали к себе внимание, но каждая по-разному. И выглядели они диаметрально противоположными личностями.

Ту, которая хотела в парк, звали милым сказочным именем Забава. И девушке оно очень подходило. Забава была среднего роста, с хорошей фигурой, в которой, по мнению девушки, существовал изъян - слишком крутые бедра. Хотя остальные это недостатком вовсе не считали. На симпатичном лице часто возникала искренняя улыбка, отчего светло-зеленые, почти серые, глаза начинали искриться. В темных, доходящих до плеч, волосах мелькали светлые "перышки" мелировки. Прическа выглядела художественно небрежной, и красиво обрамляла уже загоревшее лицо. Желтое короткое платье без рукавов и с квадратным вырезом смотрелось по-летнему свежо, так же как и светлые босоножки на невысоком каблуке. Образ довершали пара браслетов: желтый и белый с легкими разводами зеленого, и серьги "hand made", приобретенные на недавней художественной выставке. Если кто-нибудь присмотрелся бы повнимательнее, то смог бы заметить, как иногда Забава пальцами левой руки касается безымянного пальца на правой руке. Словно хочет покрутить обручальное кольцо, хотя такового там не наблюдалось.

Совершенно по-другому выглядела вторая девушка с не менее интересным именем Вида. Да, родители у нее оказались большими оригиналами. Девушка с рождения росла в окружении людей с необычным и одновременно техническим складом ума. Если у Забавы родители работали в сфере частного бизнеса, то у Виды они трудились программистами. И даже познакомились на почве работы. Неудивительно,что с малых лет Вида питала нежную привязанность к разнообразным техническим "гаджетам" и учиться в университет отправилась на программиста.

Выглядела Вида так, словно только что выпрыгнула из навороченной компьютерной игрушки. Высокая, хорошо развитая, с длинными светло-каштановыми волосами, ровными прядями доходящими до талии, с прямой и строгой челкой, идеально подходившей к лицу с классическими строгими чертами. В университете Виду с первого курса прозвали Леди Зима, так как на ухаживания и заигрывания она не реагировала. Девушка вплотную погрузилась в учебу и не вылазила из нее до конца пятого курса. Но только идиот назвал бы ее "синим чулком". Так как все же Вида не оставалась равнодушной к развлечением. Только вот на личную жизнь смотрела со здоровым пофигизмом.

В отличие от Забавы, любящей романтический стиль, Вида предпочитала классику или "милитари", в зависимости от настроения. И сегодня вышагивала в сильно облегающих тонких брюках сдержанного зеленого цвета и белом топе с широкими лямками. Строгие белые туфли на высоченном каблуке, широкий серебряный браслет и такая же цепочка довершали холодный образ. В ухе торчал "hands free" от сенсорного телефона, прячущегося в плоской сумке. Там сегодня было на удивление мало "гаджетов": всего лишь планшет, нетбук, электронная читалка и мощный смартфон.

Подруги пересекли пространство между стоянкой и клубом, вошли в прохладный полутемный вестибюль и еще через пять минут оказались на втором этаже, в "Рокс-баре". И сразу пошли к длинной стойке, возле которой пока что было мало посетителей. Основная масса подходила ближе к полуночи, когда уже играла живая музыка.

– Сюда!
– одна из трех барменов махнула рукой, подзывая девушек. Те не заставили себя долго ждать. Тем более, стульев возле стойки становилось все меньше.