Чтение онлайн

Себастьян с интересом наблюдал, как Д'Артан перенес от очага на стол маленькую кадку, удерживая ее руками в перчатках. Он опустил серебряную ложку в смесь. Она зашипела и забулькала, и за считанные секунды от нее остался дымящийся кусочек оплавленного серебра. Себастьян сглотнул.

– Я бы предпочел копченую рыбу и яйцо, если ты не возражаешь, – сказал он.

Д'Артан дернулся при звуке его хриплого голоса, чуть не опрокинув кадку с кислотой. Он поддержал ее трясущимися от испуга руками.

Но поразительно быстро ослепительная улыбка сменила рассерженную гримасу.

– Тебе не придется выбирать меню. Мы ожидаем гостей к завтраку.

Себастьян приподнял голову, разглядывая беспорядок на столе. На нем был рассыпан порох, лежали два пистолета, нож и большую часть занимала кадка с булькающей кислотой.

– Кого? Лукрецию Борджиа? Твоего карточного партнера маркиза де Сада?

– Снова ошибаешься. Твою любящую жену. Я послал ей любезное приглашение.

Себастьян громко расхохотался. Улыбка д'Артана сникла.

– Моя жена не придет. После того, как я гадко обошелся с ней в нашу последнюю встречу, она не плюнет на меня, даже если я буду гореть в адовом огне.

Д'Артан с перекошенным злобой лицом надвигался на него. Себастьян лежал неподвижно, приказывая себе сдержаться и не выдать деду своего презрения и гнева.

– Возможно, ты недооцениваешь свое обаяние? – Дед отбросил прядь волос со лба холеной рукой. – Или свою удаль?

– Скорее всего, я переоцениваю их. Так же, как и мой отец, когда похитил твою дочку и надеялся, что она полюбит его.

– Не напоминай мне об этом дикаре, – прорычал д'Артан. – Прошлое в прошлом. Меня волнует только будущее.

Себастьян прикрыл глаза и насмешливо произнес:

– И это будет долгое и унылое будущее, если мы будем сидеть тут, ты и я, и ждать леди с формулой.

Д'Артан склонился к нему.

– Если она не придет, только мое будущее будет долгим и унылым. Твое будет очень коротким.

Глаза д'Артана сверкали ненавистью, и Себастьян уже не питал надежды на то, что старческая сентиментальная любовь к внуку остановит его деда от убийства.

Д'Артан отошел к столу, в нетерпении потирая ладони друг о друга. Капли слюны блестели на его губах. Он поднес к свету стеклянный пузырек.

– Я никогда в действительности не видел, насколько наша гордая мисс Уолкер привязана к тебе. Не могу дождаться, когда это надменное создание приползет сюда, всхлипывая и заламывая руки, бормоча свою бесценную формулу в обмен на твою жизнь. Как же я буду наслаждаться этим спектаклем!

– Ты – бессердечный сукин сын…

Проклятие Себастьяна было прервано оглушающим пистолетным выстрелом. Топот копыт сотряс хижину.

Пузырек выскользнул из руки д'Артана и со звоном разлетелся на деревянном полу.

– Если эта безмозглая девчонка посмела привести закон…

Он вытащил из фартука маленький немецкий пистолет и, дробя сапогами осколки стекла, направился к двери.

Себастьян должен был узнать, что происходит за порогом хижины. Он неловко повернулся и высвободил подвернутую ногу. Жгучая боль сдавила его плечо. Он должен подняться быстро или уже не сможет сделать этого никогда.

Себастьян прикусил нижнюю губу, тяжело приподнялся и повернулся на коленях, ударившись раненым плечом о подоконник. Солнечный свет померк перед глазами, и он почувствовал солоноватый привкус крови во рту.

Себастьян выглянул в окно иуслышал крепкое ругательство д'Артана. Позабыв о боли, он ошарашенно взирал на бесстрашную амазонку, гарцующую перед хижиной на вороном коне, и резко тряхнул головой, не веря в реальность происходящего. Быть может, он потерял при ранении много крови и все это ему мерещится?

Но, нет, Пруденс по-прежнему была там, вооруженная, восседающая на мерине Мак-Кея так гордо и непринужденно, словно родилась в седле.

Низким голосом с напевным акцентом она громко произнесла:

– Открывай дверь, ты, грязный ублюдок, если не хочешь, чтобы твой французский зад взлетел на воздух вместе с хижиной.

Себастьян в изнеможении прислонился к подоконнику, не зная, плакать ему или смеяться.

Пруденс слегка дунула в дуло пистолета и засунула его за пояс юбки. Рукоятка еще одного пистолета торчала рядом.

Себастьян был изумлен вспышкой желания, охватившего тело, и ощутил приятную тяжесть в паху при виде Пруденс. Она сидела на горячем жеребце Мак-Кея с легкостью и изяществом искусной наездницы – этакая горная принцесса. Ее плечи бережно укрывал черно-зеленый плед Керров. Не хватало только разбойничьей маски, но ее заменили очки в золотой оправе. Она явилась к хижине арендатора не на костюмированный бал, а на маскарад смерти, участники которого не становились менее опасными, будучи узнанными под своими масками.

Пруденс отбросила волосы с плеча.

– Эй! Мсье д'Артан, вы дома?

Себастьян навалился всем телом на подоконник, чтобы не соскользнуть вниз.

– Черт возьми, глупая девчонка, немедленно уходи отсюда, пока тебя не убили!

– Тише, – прошипел д'Артан, дернув его за волосы. Он пересек хижину и открыл дверь. Злобную гримасу на хищном лице сменила любезная улыбка.

– Доброе утро, Ваша Милость. Я так рад, что вы смогли заглянуть. Не желаете ли бросить пистолеты на землю и присоединиться к нам?

Девушка лукаво улыбнулась.

– Но зачем, виконт? По правде говоря, я совсем не умею стрелять.

В ответ Д'Артан приставил пистолет к виску Себастьяна и взвел курок. Пруденс пожала плечами и, игнорируя взбешенный взгляд своего мужа, бросила оружие в траву. Она спешилась и направилась к хижине.

Себастьян увидел, как нервно дернулся д'Артан, когда Пруденс пинком распахнула дверь, отчего та с грохотом ударилась о стену. Она вошла развязной походкой и опустилась на стул, затем вытащила сигару из складок пледа, наклонилась и прикурила от пламени фонаря.