Чтение онлайн

– Рианнон! – крикнул он. – Это Саймон! Где вы? Вы слышите меня? Это Саймон!

Сознание Рианнон погрузилось в черный омут, но тело повиновалось инстинкту самосохранения. Потеряв сознание и вместе с ним свои страхи, девушка обрела нормальное дыхание. К тому времени, когда Мадог заметил поваленное дерево, она уже пришла в себя. Обнаружив, что не задыхается, она ощутила, что ее несут. Затем она вспомнила все, что с ней произошло, и почувствовала, что связана по рукам и ногам. Она поняла, что ее похищают.

Насколько Рианнон знала, на всем свете у нее не было ни одного врага; единственной причиной похищения могло быть только желание получить за нее выкуп. Ее отец был очень нежен с ней, и мать тоже всей душой любила ее. Оба они не отказались бы заплатить. Однако, поняла Рианнон, если ее похитили ради выкупа, ей не могли причинить вреда.

Вскоре после того, как к ней пришла эта счастливая мысль, Рианнон почувствовала, как ее опустили на землю. Она внимательно вслушивалась, но мало что могла услышать, так как плотный мешок приглушал все звуки. В одном она была, однако, почти уверена: похититель был один. В это мгновение Рианнон дернулась от смеси ярости и досады на саму себя. Как она могла попасться в такую откровенную западню? Нет, Маллт и ее сообщник ничего не получат. Рианнон твердо решила, что сбежит, чего бы это ей ни стоило.

Когда Мадог опустил Рианнон в яму под гнилым деревом, она на мгновение испугалась, но быстро поняла, что яма недостаточно глубока, чтобы быть могилой. Ей удалось перевернуться на живот, лицом вниз, и скоро стало ясно, что похититель очень старался не засыпать землей ее лицо. Принуждая себя к терпению на случай, если этот человек будет некоторое время наблюдать, не попытается ли она сбежать, Рианнон медленно досчитала до тысячи – дольше ждать она не могла. Ей нужно было избавиться от неприятного кляпа во рту.

Рианнон опустила, насколько могла, подбородок, и принялась работать языком. В конце концов ей удалось сдвинуть ремень на нижнюю губу. Сжав зубы, чтобы ремень опять не соскользнул в рот, она принялась тереться щекой о землю, пытаясь столкнуть ремень с подбородка. Через некоторое время она почувствовала, как ее шеи сзади касается холодная, влажная земля. Это означало, что ей удалось сдвинуть мешок с головы, и ремень уже не удерживал его. Удвоив старания, она начала мотать головой, постепенно избавляясь от мешка. Наконец она резко встряхнула головой, и мешок слетел на землю.

Хотя шея и спина ныли от этой необычной и неудобной работы, Рианнон была в таком восторге от своей удачи, что, не мешкая больше ни секунды, повернулась, насколько могла, на бок и подогнула колени, нащупывая ногами твердую поверхность. Искать долго не пришлось, поскольку на самом краю ямы лежал вросший в землю ствол дерева. Упершись в него ступнями, Рианнон выпрямила ноги. За спиной она чувствовала сопротивление утрамбованной вокруг нее Мадогом земли и сухих листьев, но несколькими толчками своих очень сильных ног она сумела сдвинуться с мертвой точки. Ее голова и плечи показались над краем ямы.

Как трудно, обнаружила Рианнон, сохранять равновесие со связанными руками и ногами. Она открыла это, пока пыталась встать прямо, опираясь на дерево. Затем она замерла на мгновение, прислушиваясь, и, убедившись, что никто не заметил ее побега, выбрала место поровнее и прыгнула туда. Достаточно благополучно приземлившись, хотя не без боли в вывихнутой лодыжке, она удержалась на ногах, выбрала новую точку и снова прыгнула.

Поначалу с каждым прыжком вперед ее радость росла одновременно с беспокойством. Когда удача, казалось, была в руках, ее посетил страх, что похититель вот-вот вернется и вырвет эту удачу у нее. Она начала выбирать места для приземления все больше и больше в сторону. В конце концов она переоценила свои силы и упала. Удар о землю был болезненным, но еще большим было разочарование, когда она с усилием вновь встала на ноги. Ей стало ясно, что таким образом уйти достаточно далеко, чтобы оторваться от преследователей, ей вряд ли удастся. К тому же она оставляла за собой такие ясные следы, что даже слепой найдет ее. Нужно остановиться и попытаться найти острый или достаточно шершавый камень, о который она могла бы перетереть связывавший ей руки ремень.

Это оказалось куда легче сказать, чем сделать. Земля в лесу была достаточно каменистой, но все камни помельче скрывались в земле и под многолетним слоем осыпавшихся листьев, а крупные валуны были сглажены дождем и ветром. Единственным местом, где можно найти достаточно острые камни, представлялся ручей, там весенние паводки сталкивали камни друг с другом с такой силой, что они разламывались, и, кроме того, грубые камни вымывались из берегов.

Кусая губы, чтобы удержать слезы разочарования, Рианнон повернула назад, к ручью, протекавшему возле дерева, под которым ее спрятали. Превозмогая боль, она осторожно прыгала на связанных ногах, чувствуя, как конечности ее все больше немеют. Отчаяние захлестывало ее. Движение еще поддерживало жизнь в ее ногах, но руки совсем одеревенели. Даже если найдется подходящий камень, как она сумеет работать руками, если совсем не чувствует их?

Ее охватила паника. Она отчаянно прыгала к ручью, от которого в течение получаса столь же отчаянно удалялась. Паника породила беспечность, и Рианнон снова упала. На этот раз она осталась лежать, рыдая, слишком изможденная и слишком испуганная, чтобы продолжать борьбу. Голова болела, все тело разрывалось на части от ушибов и усталости. Потеряв надежду и совершенно обессилев, продолжая тихо плакать, она постепенно погрузилась в забытье.

Много-много времени спустя во сне ее позвал едва слышный голос: «Это Саймон! Вы слышите меня?», но ей снились похищения, преследования и предательства, и она лишь тихо-тихо шевельнула губами, боясь даже во сне отозваться на эту, такую соблазнительную надежду на спасение.

Когда Саймон не дождался ответа на свой зов, страх за Рианнон охватил его с новой силой. Ему казалось невозможным, чтобы Рианнон, которая наверняка была крепко связана, могла уйти так далеко, чтобы не услышать его голос. Сотня предположений, одно страшнее другого, промелькнули у него в голове. Не оглядываясь больше на Мадога, он пошел по следу, оставленному Рианнон. Однако не успел он достаточно отойти от поваленного дерева, как увидел ее, лежавшую на земле.

– Рианнон! – вскрикнул он. – Любимая!

На таком расстоянии его голос был слишком громким, чтобы принять его за сон. Глаза Рианнон открылись.

– Саймон, – прошептала она, – ох, Саймон! Как вы нашли меня?

Он не стал отвечать на это, стараясь поскорее перерезать связывавшие ее путы, после чего поднял ее на руки и так крепко прижал к себе, что она поморщилась от боли. Но вместо того, чтобы отстраниться, она сама обвила Саймона изо всех сил своими онемевшими руками и прижалась к его широкой груди. Вскоре она подняла голову и улыбнулась. Саймон дрожал. Видимо, он испугался еще больше, чем она сама.