Чтение онлайн

О своих ожиданиях он, конечно, не сказал ничего ни профессору, ни отцу Коры. Это не их забота, в конце концов. Они и так столько возились с ним и помогали. Поэтому он привычно взял себя в руки, держался и дружелюбно улыбался встречным, когда они шли от стоянки флайеров. Довольно достоверно "порадовался" дому. Попрощался, хотя Глан предложил переночевать у него сегодня.

И прямо в одежде завалился спать в холодную постель. Только что разулся. В доме вообще было очень холодно, хотя температура, которую называл ему Блайз, показывая систему управления домом, была более чем достаточной. Было холодно. Может быть, дело в том, что холод у него внутри? От застарелого стресса?

Он грустно улыбнулся, как будет потом улыбаться Кора, думая, что общение с психиатрами губительно для психики. И заснул, как выключился. Просто вымотался до предела.

Утром проснулся, разделся, наконец. Попил воды и снова упал спать. Он совершенно не отдохнул, хоть и проспал какое-то немыслимое для себя время. Значит, точно стресс и моральная усталость. И сон, который лечит...

Ему не позволили уйти в спячку.

Марфа разбудила его к обеду. Стояла и лупила в его дверь сначала кулаком, а, когда рука заболела, то палкой, на которую иногда, для солидности, опиралась.

Он не слышал. Правда. А когда мерные, громкие звуки разбудили его всё-таки, он, плохо соображая, натянул штаны. Так и пошёл к двери. Мозги не включались. Поэтому он, наверное, довольно тупо смотрел на бабульку, не понимая, чего она хочет от него.

Марфа пыталась объяснить. Потом решила, видно, что до него всё равно не дойдёт. Гаркнула "Отойди!" и оттолкнула его от двери. Алекс покорно отошёл и смотрел, как старушка пытается втащить в дом какую-то неподъёмную сумку. Подхватил её, помогая. Следуя инстинктам, а не приказу мозга.

Ну, а потом он чуть не умер... Когда Марфа стала распаковывать принесённое. Из кастрюлек пахнуло домашней едой, так вкусно, что он едва слюной не захлебнулся. Он, наверное, ел бы руками, как дикарь, ведь где и что тут лежит, не знал, а сил и выдержки искать не было. Марфа поняла и сама сунула ему в руки ложку.

Алекс ел из кастрюлек всё подряд, без церемоний. Чувствуя, что оживает. А потом навалилась такая страшная усталость... Хуже, чем до прихода Марфы. Остроглазая бабулька рассмотрела это, и за руку отвела его в спальню. Уложила в постель, укрыла, как маленького. И что-то там бормотала о том, что возьмёт его ключ и закроет дверь сама...

Она, наверное, закрыла дверь. А потом открыла. Вечером, когда принесла ему ужин. А следом за ней знакомый паренёк нёс дымящийся чайник. Парень ушёл, а Марфа накрыла на стол, как положено. Ел он, в этот раз, с тарелки и пил из чашки.

Сидел, тянул травяной чай, чашка за чашкой, а Марфа рассказывала ему новости Посёлка. Он конечно, знал что-то. Деметра просвещала его, чтобы совсем не свихнулся в одиночке, но, всё равно, было интересно. Марфа рассказывала так остроумно!

О том, что всех отпустили из "центра адаптации", кроме горилл и Ра, он знал уже от её отца. Не смог заткнуться и спросил ещё там, в флайере, во время полёта сюда. Генерал Блайз тогда помрачнел, а Глан жизнерадостно сообщил, что они борются и предпринимают некие шаги, которые очень скоро увенчаются успехом.

Так это или нет, кто знает?.. Алекс до сих пор туго соображал. Снова навалилась сонливость. И он, тупая башка, взял и спросил Марфу, не подлила ли она ему чего-нибудь в чай?.. Вместо того, чтобы убить его на месте, старушка внимательно порассматривала его и ответила:

– Чай обыкновенный. И отходняк у тебя самый обычный, от перенапряжения. Тебе ведь не дали там ни минуты покоя? Давали какую-нибудь химию, влияющую на сознание?

Алекс помотал головой, подумал и возразил:

– Ну, давили на мозг, конечно. Но и спать позволяли...

Марфа помрачнела сильнее. И снова за ручку отвела его в постель. Он был так благодарен, что разоткровенничался:

– Спасибо тебе, Марфа! Я думал, вы будете плевать на меня при встрече, а ты ухаживаешь за мной, как за своим. Спасибо!

Марфа поразглялывала его ещё пристальнее и ушла...

А назавтра, к ужину, привела с собой целую делегацию. Тех, кого можно было бы назвать авторитетными и уважаемыми в их сообществе. Все они, мужчины и женщины, что-нибудь да несли. Кто-то снедь, кто-то тарелки и столовые приборы. Кто-то чашки. Берг тащил здоровенный, исходящий паром чайник.

Алекс тормозил ещё, конечно, но начал хоть что-то соображать к тому времени. И не спал, когда они явились, ждал Марфу. Поэтому поздоровался он с ними более-менее адекватно, не так, как с Марфой раньше. И уставился с любопытством. Чего пришли?

А они не торопились отвечать. Расставили принесённое на большом столе, что стоял в зоне столовой, и уселись ужинать. Его усадили между Бергом и Марфой. Он был доволен. Эти двое, может быть, и не питали к нему нежных чувств, но были справедливыми и порядочными. Они не станут пинать его, пока он так страшно уязвим...

Ужин долго тянулся. Хотя, сказать так, будет, наверное, не правильно. Это был отличный ужин. Семейный, какой-то. Дружеский, весёлый, раскованный и тёплый. Алексу было так хорошо рядом со всеми ними, что, когда Берг отставил очередную пустую чашку, он испытал чувство потери и страха, что вот сейчас все они уйдут и оставят его одного.

Рано испугался. Никто не собирался уходить. Они, оказывается, только разогревались перед тем, как взяться за него по-настоящему...

Начала Марфа. И с присущим ей остроумием высказала сомнения в том, что "мальчик у них гениальный". Скорее уж "тупеньнький настолько, что не может соотнести простые понятия".

– Какие понятия я не могу соотнести?- прямо спросил Алекс.

Он, как и остальные здесь, знал, насколько старушка умна и наблюдательна. И никогда не болтает попусту. Интересно же, что он не учёл, когда прогнозировал отношение к своей персоне?..

Как оказалось, психическое насилие и заточение длиной в восемь месяцев губительно сказались на его мозгах! И на самооценке тоже!.. Ведь правда, не только Грин и парни из Горячего связывались с ним в вирт пространстве. Парни из Основного тоже. И из других посёлков.