Вершковинка
Шрифт:
«Где ты видела говорящих котов? У нас губ нет, и вообще устройство такое, что говорить мы в принципе не можем. А вот вещать – пожалуйста».
– Прости…те, - замялась Веришка. Потом неловко поинтересовалась. – А что ты делал в моем шалаше?
«Это мой шалаш!!! Вообще-то».
Кот встопорщил усы. Колпта рассмеялся.
– Ну, перестань. Тебя же по ночам все равно не бывает.
«И что? Можно превращать мой шалаш в постоялый двор? Теперь там пахнет ею. Надо сено менять».
– Я поменяю, - успокоил кота друд. – А ей мы сегодня же сделаем собственное жилище.
«Так-то лучше. И, кстати, меня зовут Дубравный кот».
– Я Веришка. А что значит Дубравный?
Кот аж подпрыгнул, совершенно по-кошачьи выдавив обиженное «мяу».
– Не сердись, Дубокот! Она всего лишь маленькая альва. Откуда ей про тебя знать?
«Так расскажи, - кот нервно дернул усами.
– Мне приятно, ей полезно. И не называй меня Дубокот! Сколько раз просил…».
Присев на траву, Колпта начал рассказывать.
– Дубравные Коты живут в дубовых рощах, на самых старых дубах. Они очень умные, и могут вещать о прошлом и будущем. Но говорить будут только с тем, с кем захотят сами.
– А дуб где? – оглядевшись, перебила Веришка друда. Ни одного дуба рядом с шалашом она не заметила.
«Где, где …. Спилили и спалили! Урукхи на дрова пустили. Всю дубраву мою. Эх, какие там дубы росли! Какие мыши водились…. Теперь Нимуя вот приютила».
Веришка сочувственно кивнула. Бедный зверь лишился дома, как и она.
«Какие личности ко мне ходили! Какие я им предсказания вещал!».
– Вещал, - усмехнулся Колпта. – Сказки ты им рассказывал, а не вещал! К тому же, за мзду.
«И неплохо, между прочим, зарабатывал. Матушка твоя не раз у меня золотишко в заем брала. А теперь живу, как последний помоечный побирушка!».
Дубокот огорченно опустил усы, и, плюхнувшись на землю и растопырившись, остервенело принялся вылизываться.
– Он всегдатак, когда огорчается, - сказал Колпта. – Это правда. Матушке не раз к нему обращаться приходилось. Теперь вот мы ему помогаем.
«Лучше бы вы мне новый дуб вырастили» - подняв морду, ответил кот.
– Как желудь подходящий попадется – непременно, - пообещал Колпта, и подмигнул альве.
– Есть хочешь?
Веришка несмело кивнула головой.
«О, сказала бы мне, - вклинился кот, и посмотрел в шалаш.- У меня там, в сене, как раз пара мышей припрятана. Еще теплые. Могу поделиться».
Веришка взвизгнула и отпрянула от шалаша. Кот стремительно рванул внутрь.
«Занято!» - донеслось изнутри.
– Идем, - Колпта поднялся и взял альву за руку.
Он привел Веришку на шумную поляну, где суетились друды. Одни вываливали из мешков торфяные кирпичи, другие перетаскивали их под навес. Возле навеса, сооруженного меж трех вязов, высокая друда с волосами, выкрашенными в зеленый цвет, пересчитывала добычу, делая углем отметки на дощечке. Увидев Колпту, она подошла к нему. Её место у навеса заняла другая женщина.
– Колпта, - из-под нахмуренных бровей сурово смотрели голубые глаза, - я же просила тебя. Добыча горючей земли – дело летягов и пластунов. Я не хочу потерять еще и тебя.
– Матушка, не сердись, - примирительно улыбнулся он. – Посмотри лучше, что за добыча мне досталась в этот раз.
И он подвел Веришку к женщине.
– Бедное дитя, - друда протянула руку.
– Подойди, не бойся. Как твое имя?
– Веришка.
Друда озадаченно нахмурилась.
– Что за странное имя. Из какого ты рода, дитя?
Веришка растерянно пожала плечами, не зная, что ответить.
– Как звали твою мать?
– Оляна. Но я… я примачка. Я из Аддарии.
– Интересно, - переглянулась друда с Колптой. – Расскажи-ка нам все.
Друда слушала Веришкин рассказ, хмурясь все больше и больше. Когда девочка закончила рассказ, она поманила её.
– Подойди ко мне ближе, повернись. Не бойся, я не сделаю тебе больно.
Приподняв её волосы и взглянув на затылок, Нимуя нахмурилась. Потом взглянула на Колпту.
– Вы ели?
– Еще нет.
– Идите к Наас, она накормит.
Бросив на Веришку странный взгляд, друда быстро ушла с поляны. Колпта привел альву к пожилой поварихе, что суетилась у котлов, подвешенных над кострами.
– Здравствуй, Наас! Найдется что перекусить?
– Колпта! Ты бы еще к полудню обо мне вспомнил! Думаешь, полсотни летягов будут дожидаться тебя? Пока твоя светлость соизволит освятить своим присутствием трапезу?
– Что, все съели? – усмехнулся Колпта, приподняв крышку одного из котлов. Там грелась вода. – Я сыт. Вот это чудо накорми.
Повариха громко хмыкнула, воткнув острый нож в толстые доски стола. Придирчиво оглядела Веришку, хлопнула рукой по столу.
– Альва… бедолага. Сейчас накормлю. Садись.
Оставив Веришку с поварихой, Колпта пошел искать мать. Он нашел её в окружении старейшин у старого ясеня. Лица у всех были озабоченные, даже встревоженные. Завидев сына, Нимуя поклонилась старейшинам, отпуская их. Потом поманила Колпту.
– Где девочка?
– Наас её кормит. Что случилось, мама?
Нимуя вздохнула, покачала головой. Слетевший с дерева лист опустился ей под ноги. Она подняла его, провела пальцами по жилкам, вглядываясь в их рисунок.
– Не стоило приводить её сюда.