Версификатор
Шрифт:
Поэт. Подождите, дайте подумать. (Пауза.) Ну, к примеру... Синьорина, помните тот ноябрьский заказ синьора Капурро?
Секретарша. Капурро? Одну минуточку, сейчас посмотрю в картотеке. Ага, кавалер Франческо Капурро из Генуи. Просьба сочинить сонет "Осень в Лигурии".
Поэт (строго). Заказ был выполнен?
Секретарша. Мы попросили о продлении срока.
Поэт. А затем?
Секретарша. Затем... Вы же сами знаете - на носу были праздники... Уйма заказов.
Поэт. Вот так теряют клиентов!
Симпсон. Видите, сколь полезен "Версификатор". Он сочиняет сонет за двадцать восемь секунд. Собственно, на само сочинение уходит лишь несколько микросекунд, но ведь его надо еще и произнести.
Поэт. Итак, "Осень в Лигурии". Ну что ж, не мешает попробовать.
Симпсон (с едва заметной иронией). Таким путем вам удается сочетать приятное с полезным, правда?
Поэт (задетый за живое). О нет! Это лишь проверка. Я хочу убедиться, как справится "Версификатор" с заказом: ведь мы их получаем триста - четыреста в год.
Симпсон. Разумеется, разумеется. Я пошутил. Вы сами введете тему?
Поэт. Да, я, пожалуй, вполне освоил, как с ним обращаться. "Осень в Лигурии" (щелчок). Сонет (щелчок). Эп (щелчок), год 1900-й, плюс минус двадцать лет. Начали.
Три коротких звонка и один длинный.
"Версификатор" (тепло и проникновенно; затем голос его становится все более прерывистым и взволнованным).
Приятно мне снова в местах побывать,
Где липы листвой шелестели
И, ветви устав прямо к небу вздымать,
Осенней порой облетели.
Дорожкой чудесно мне снова шагать,
Здесь птицы о счастье мне пели.
Я слышу, я слышу их трели...
Контакты, наверно, сгорели,
Застряли на рифме мы "ели"...
Синьор Синсоне, вы бы посмотрели...
Не нужно тут ни ворота, ни дрели...
Авария на задней на панели...
Скорей, скорей, коль вы не пустомели...
(Сильный треск, свист, разряды.)
Поэт (кричит). Что случилось?!
Секретарша (в крайнем испуге, мечется по комнате). Помогите, помогите! Он дымится... загорелся! Сейчас взорвется! Надо позвать электрика! Нет, пожарника! Скорую помощь! Где телефон?
Симпсон (в сильном волнении). Успокойтесь, прошу вас, успокойтесь, синьорина. Сядьте в кресло и помолчите минутку. У меня голова идет кругом. Скорее всего это пустяковая поломка. Но на всякий случай отключим ток. (Шум мгновенно стихает.) Так, посмотрим. (Копается пинцетом в "Версификаторе".) Кое-какой опыт работы у меня есть, и в девяти случаях из десяти речь идет о сущей ерунде. Надеюсь, я сам во всем разберусь... (С триумфом.) Конечно, что я вам говорил! Просто сгорел предохранитель.
Поэт. Сгорел предохранитель? После какого-нибудь получаса работы. Не слишком обнадеживающее начало.
Симпсон (задетый за живое). Предохранители для того и ставятся, не правда ли? Вопрос совершенно в другом - нужен стабилизатор, а его пока нет. Но я не хотел лишать вас возможности проверить "Версификатор" в работе. Впрочем, стабилизаторы на днях прибудут. Как видите, механизм работает безотказно, но резкие изменения в напряжении, - а это неизбежно в вечерние часы - вызвали небольшую аварию. Кстати, мне кажется, что этот неприятный эпизод развеял все ваши сомнения насчет поэтических возможностей "Версификатора"?
Поэт. Не понимаю. На что вы намекаете?
Симпсон. По-видимому, вы не обратили внимания на то, что он назвал меня "синьор Синсоне"?
Поэт. Ну и что тут такого? Очевидно, это поэтическая вольность. Разве в приборе не существует для этого специальной шкалы?
Симпсон. О нет! Тут все обстоит иначе. "Версификатор" исказил мое имя совсем по другой причине. Вернее даже, он его уточнил. (С гордостью.) Потому что "Симпсон" этимологически равнозначно "Самсону" в его гебраистской форме "Синсон". "Версификатор", понятно, не мог этого знать, но, почувствовав в миг тревоги, что напряжение стремительно возрастает, он ощутил потребность в помощи и сам установил взаимосвязь между моим именем и именем древнего воителя.
Поэт (с глубоким восхищением). Поэтическую взаимосвязь!
Симпсон. Конечно! Если это не поэзия, то что же это?
Поэт. Да, да, очень убедительно. Ничего не скажешь. (Пауза.) Вот только форма сонета не вполне соблюдена... Но... (с деланным смущением) пора, увы, перейти к более прозаическим вопросам. Я хотел бы еще раз посмотреть образец предварительного акта продажи.
Симпсон. Превосходно! Но, к сожалению, особенно смотреть там нечего. Вы же знаете этих американцев, с ними не поторгуешься.
Поэт. Две тысячи долларов, не так ли, синьорина?
Секретарша. М-м... Знаете, я не помню, право же, не помню.
Симпсон (вежливо улыбается). Вы изволите шутить. Две тысячи семьсот, включая запасные части. Упаковка за счет фирмы, двенадцать процентов таможенного сбора, доставка в течение четырех месяцев. Первый взнос в размере пятидесяти процентов, гарантия на год.
Поэт. А скидка старым клиентам?
Симпсон. Не могу, ей-богу, не могу. Иначе я лишусь места. Так и быть, скидка два процента. Учтите, при этом я лишаюсь половины заработка!
Поэт. Вы не человек, а кремень. Ну ладно, сегодня у меня нет настроения спорить. Дайте мне бланк предварительного заказа - лучше подписать, его сразу, пока я не передумал.
Звучит бравурная мелодия.
Поэт (обращаясь к публике). Вот уже два года, как я стал обладателем "Версификатора". Мои расходы еще не окупились, но польза от него огромная. Он не только безмерно облегчил мой поэтический труд, но и выполняет за меня все расчетные и денежные дела, предупреждает об истечении срока платежей и даже ведет переписку. У него обнаружились совершенно поразительные способности. Я научил его сочинять прозу, и он отлично справляется с любым заданием. Текст, с которым вы столь любезно ознакомились, тоже его детище.