Чтение онлайн

– Бюи? Варга? Так она же вообще не умела играть. Мы как-то сезон работали с ней на одной сцене. Страшно легкомысленная и пустоголовая особа. Играла скверно, в голове одни романы, о которых она рассказывала всем, кто согласится ее выслушать. Странно, она, ничего не говорила ни о каком бароне. Как я понимаю, барон недолго с ней куролесил?

М-да, не туда. Мозги заскрипели. Я не знаю, когда они играли вместе, насколько близко были знакомы – я ничего не знаю о жизни этой Бюи. Одно утешает, что никто ничего уже опровергнуть не сможет. Я опять хлебнула вина и смущенно улыбнулась.

– Это не моя тайна. Видимо, у отца и госпожи Бюи были причины маскировать свою связь. Барон всегда был скрытным человеком, и, так как воспитывал дочь один, был вынужден свято соблюдать нормы морали. Возможно, это было условием их…хм … сотрудничества.

Я поняла, что в своей речи надо напирать на барона. Об этой актрисе я все равно ничего не знаю, кроме того, как она свела счеты с жизнью. Я опять принялась фантазировать, максимально честно глядя в прекрасные зеленые глаза.

– Она посещала нас, наверно, тайно. Для нее была устроена комната во флигеле и Керр, родная дочь барона, даже ничего не знала о ней. Это я, как служанка, могла ходить везде. Однажды, мы с ней встретились,… я узнала ее, она предложила …мне научиться…

Я лепетала все бессвязнее, и бессвязнее… Финк понимающе смотрел на меня.

– Вам стыдно, что вы были служанкой?

Я даже обрадовалась. Человек сам протянул мне руку помощи, и я не стала ее отталкивать. Пришлось смущенно потупиться и кивнуть. Надо еще верхнюю губку прикусить для усиления эффекта. Губки у Селены пухлые – пускай смотрит. Не жалко. И задышала чуть учащеннее. Грудь соблазнительно заколыхалась. Господи, как с такими утяжелениями всю жизнь некоторые люди живут?

Я продышалась и решила сама атаковать. Лучшая защита-нападение:

– Ну, а как вы попали на сцену?

Он усмехнулся:

– Это не мой вопрос, но я на него отвечу. Я с удовольствием играл у графа в театре. Играл до тех пор, пока он не представился, и наследство не перешло к его сыну, а моему сводному брату ни театр, ни я, были неинтересны. Он жил другими интересами. В один прекрасный момент он приревновал ко мне свою будущую жену. Случился скандал, и мне пришлось уехать из дома в столицу, где я и попытал удачу. Первый же сезон принес мне грандиозный успех. Сейчас у меня есть практически все – деньги, особняк в центре города, любимая работа. Королева неоднократно предлагала мне титул барона, но я постоянно отказываюсь. В этом случае я не смогу играть. А мне этого хочется больше всего в этом мире. Это единственное, что я люблю и умею делать.

И так он это сказал! У меня снова дрогнуло сердце, но не так, как после его поцелуев. Он просто озвучил мои мысли, и это было так …странно. Его взгляд, такой ласковый и понимающий, его голос – глубокий и вибрирующий – все это источало такую теплоту и понимание, что я поневоле выдохнула и расслабилась.

Нам принесли легкие закуски, и мы набросились на них – голод давал себя знать, а еще один бокал красного вина расслабил меня окончательно. Мы поговорили о сегодняшней репетиции. Он называл меня Селена, я его – Родстер. Он рассказал пару-тройку смешных случаев из его практики, я – весело и беззаботно смеялась. Что может быть лучше?

– Мне с вами очень легко и комфортно, Селена,– сказал он мне в конце ужина.– Завтра у нас большая премьера. Их величества, вероятнее всего, будут в театре. А после премьеры, как всегда, будет фуршет для актеров. Я так понял, что вы еще не со всей труппой познакомились? Если вы позволите мне быть завтра вашим кавалером, я вам все расскажу о каждом.

– Спасибо, Родстер. Почему бы и нет? Я принимаю ваше предложение. А сейчас уже очень поздно, мне хотелось бы вернуться домой.

Слова вылетели прежде, чем я успела сообразить. Что я говорю? Как мужчина – кавалер, он, конечно же, выразит желание проводить меня до дома. А куда мне прикажете ехать? В мой особняк? Никогда. Деми тоже вмешивать не стоит. Остается один вариант – ехать к тетке. Надо еще что-то соврать для убедительности. Тетка тоже графиня. Что бедной актрисе делать в особняке графини ле Шосс?

Я не обманулась в своих ожиданиях. Финк сразу же встрепенулся и предложил:

– Я провожу вас. Селена.

– Не сегодня, Родстер,– твердо сказала я.– Я доберусь сама, тем более экипаж я специально не отпускала.

– Я – мужчина, я обязан вас проводить. Где вы остановились? В гостинице?

Да-да! Вот оно! Еще же существуют гостиницы. Спасибо, Родстер – ты мне сегодня очень помогаешь. Но, немного подумав, я решила все же ехать к тетушке. Я опустила глаза и тихо произнесла:

– Я живу у дальней родственницы. Она – экономка у графини ле Шосс. Графиня обожает театр, поэтому она проявила великодушие и выделила мне комнату у себя в особняке. А этот экипаж тоже ее, и я не могла его отпустить, тогда мне пришлось бы объясняться с графиней по поводу задержки.

– Вы живете в приживалках? – неверяще воскликнул Родстер.

– Что вы, конечно же, нет. Это временно. Мы оговорили этот вопрос с графиней. Как только у меня все получится с театром, я сниму себе свой дом.

– Селена, позвольте вам помочь. Я могу снять вам дом хоть завтра. Я даже знаю пару очень приятных вариантов.

– Не сомневаюсь. А для кого они будут приятными? Для меня или для вас?

Родстер громко и заразительно рассмеялся.

– Вы за словом в карман не лезете, и мне это нравится. Конечно же, для вас. И, хотя вы покорили меня своей красотой и талантом, предложить себя вам в качестве любовника я не смогу. Я думаю, вы не согласитесь быть одной из моих пяти пассий. А вот на роль друга и партнера по сцене я претендую. Повторюсь, я давно не играл с такой великолепной партнершей, и очень хочу , чтобы ваше пребывание в нашем театре было для вас максимально комфортным.

Я сделала вид, что облегченно вздыхаю, хотя мне были неприятны признания моего визави. Пять пассий? Так открыто бахвалится перед первой встречной? А он наглец! И так открыто! Впрочем, чего я хотела? Правильно тетушка говорит, что все мужчины – мерзавцы по своей сути. Ладно, я тоже умею мотать нервы, и мне тоже есть, чем похвастаться перед моим собеседником:

– Извините,– пропела я чуть смущенно. – Просто я уже устала отбиваться от поклонников и поэтому в простом дружеском жесте вижу только подвох. Знаете, как бесят эти толпы мужчин, которым от тебя нужно только одного? А еще эти их постоянные предложения выйти замуж. Еще раз, извините, друг – меня вполне устраивает. Я вам очень сочувствую, обслуживать столько женщин, наверно, ой – как непросто. Вы главное не манкируйте обязанностями – женщин обижать нельзя, а, если все-таки, заболеете – обращайтесь. У меня есть очень хороший лекарь, просто чудеса творит. Для друга и партнера не жалко.

Мы обменялись понимающими смеющимися взглядами. «Ты сама мне предложишь себя», – смеялись его глаза. «А вот кукиш вам, господин Финк», – говорили мои глаза.

Родстер проводил меня до экипажа, раскланялся и уехал. Мне не оставалось ничего другого, как ехать к тетке. Я ввалилась к ней в дом посреди ночи, запретила дворецкому ее будить и велела постелить себе в комнате для гостей. Завтра, завтра. Все завтра.

Проснулась я поздно и не в духе. Позвала служанку и спросила, где тетя.