Вестник
Шрифт:
Мэтти очень беспокоило то, что у него появился секрет.
Глава 4
Вождь призвал Мэтти, чтобы тот передал послание.
Мэтти нравилось бывать в доме Вождя из-за лестницы. В других домах (но не у слепого с Мэтти) тоже были лестницы, но лестница у Вождя была винтовая, и это завораживало Мэтти – он очень полюбил ходить по ней вверх и вниз. А еще ему нравилось бывать у Вождя из-за книг. У других тоже были книги, у самого Мэтти было несколько учебников, а еще он постоянно брал книги в библиотеке, чтобы по вечерам читать их слепому, и это занятие нравилось обоим.
Но в доме Вождя, который жил один, было такое скопление книг, которого Мэтти никогда не видел. Весь первый этаж, за исключением кухни, был заставлен полками, а полки были наполнены всевозможными книгами. Вождь разрешал Мэтти их брать и разглядывать. Были тут, конечно, повести, как те, что он встречал в библиотеке. Были книги по истории, подобные тем, которые он изучал в школе, причем в лучших из них было полно карт, рассказывающих, как мир изменился за века. В некоторых были блестящие страницы с рисунками, изображающими никогда не виденные Мэтти пейзажи, странно одетых людей и сражения, было много изображений спокойной женщины, держащей на руках младенца. Были и книги, написанные на других языках и в далекие времена.
Вождь криво усмехнулся, когда Мэтти показал ему страницу, написанную на непонятном языке.
– Это называется греческий, – пояснил он. – Я могу прочесть на нем несколько слов. Но там, где я жил в детстве, нам не разрешалось обучаться таким вещам. Поэтому в свободное время ко мне приходит Ментор и учит языкам. Но, – вздохнул он, – у меня так мало свободного времени. Может, когда состарюсь, займусь учебой. Я бы очень хотел.
Мэтти поставил книгу на место и осторожно провел рукой по кожаным корешкам соседних книг.
– Если вам не разрешалось учиться, почему разрешили взять книги с собой? – спросил он.
Вождь засмеялся.
– Ты видел маленькие санки? – напомнил он.
– В Музее?
– Да, это с ними я пришел сюда. С ними все так носятся, что мне прямо неловко. Но тем не менее я пришел сюда с этими санками. Отчаявшийся, полумертвый мальчик. Какие там книги! Книги привезли позже. Никогда в жизни я не удивлялся так, как в тот день, когда приехали книги.
Мэтти оглянулся на тысячи книг. Несмотря на то что Мэтти был сильным, он сам за один раз смог бы взять не больше десятка, ну, дюжины книг.
– А как их вам привезли?
– По реке на барже. Неожиданно появилась баржа. На борту – огромные деревянные ящики, и каждый наполнен книгами. До этого я все время боялся. Прошел год, потом два, но я по-прежнему боялся, что они все равно придут за мной, схватят и казнят, потому что еще никому до меня не удавалось уйти из того селения. И только когда я увидел книги, я понял, что все изменилось, что я свободен и что там, откуда я пришел, начались перемены к лучшему. Вероятно, книги стали чем-то вроде прощения.
– То есть вы могли вернуться, – подытожил Мэтти, – но было уже поздно? Лес сделал вам Предупреждение?
– Нет. Но зачем бы мне было возвращаться? Я, как и все, нашел здесь свой дом. Вот почему у нас тут есть Музей, Мэтти, он напоминает нам о том, как мы все сюда пришли и зачем: чтобы начать жизнь с чистого листа, создать новое место, опираясь на то, что мы вынесли и узнали в старом.
Сегодня Мэтти, как обычно в доме Вождя, с восхищением смотрел на книги, но решил не тратить время и не стал брать их с полки и открывать. Не стал он и любоваться лестницей и ее замысловатыми ступенями из резного отполированного дерева, которые поднимались по кругу все выше и вели на второй этаж. Когда Вождь крикнул: «Я наверху, Мэтти!», он взбежал наверх и очутился в просторной комнате, где жил и работал Вождь.
Вождь был за столом. Он поднял взгляд от разложенных перед ним бумаг и улыбнулся Мэтти.
– Как рыбалка?
Мэтти пожал плечами и улыбнулся в ответ.
– Неплохо. Вчера поймал четыре.
Вождь отложил карандаш и откинулся на спинку стула.
– Скажи-ка, Мэтти, ты со своим другом много ведь рыбачишь? И давно этим занимаешься – с тех пор как пришел в Деревню маленьким мальчиком, так?
– Как долго, я точно не помню. Когда я пришел, я был примерно такого роста, – Мэтти приложил ладонь ко второй пуговице своей рубашки.
– Шесть лет, – сказал Вождь, – ты пришел сюда шесть лет назад. Значит, ты рыбачил все это время.
Мэтти кивнул. Он насторожился и напрягся. Еще слишком рано присваивать ему настоящее имя, думал он. Только бы его не назвали Рыбаком! Неужели Вождь позвал его за этим?
Вождь посмотрел на него и рассмеялся.
– Успокойся, Мэтти! Когда ты так смотришь, я могу почти читать твои мысли! Не волнуйся, это просто вопрос.
– Вопрос про рыбалку. Рыбалка – это то, чем я занимаюсь ради еды или развлечения. Я не хочу, чтобы она стала чем-то большим, – Мэтти нравилось в Вожде то, что ему можно было сказать что угодно, рассказать о том, что чувствуешь.
– Я понимаю. Не беспокойся. Я спрашивал потому, что мне надо оценить количество продовольствия. Некоторые утверждают, что рыбы стало меньше, чем раньше. Вот смотри, что я здесь пишу, – он передал Мэтти лист бумаги со столбцами цифр под заголовками «Семга» и «Форель».
Мэтти посмотрел на цифры и нахмурился.
– Похоже на правду, – проговорил он. – Я помню, что поначалу я таскал из реки рыбу за рыбой. Но знаете что, Вождь…
– Что?
Вождь забрал у Мэтти лист и положил его в стопку.
– Я тогда был маленький. И, наверное, вы не помните, ведь вы старше меня…
Вождь улыбнулся.
– Я еще не старый, Мэтти. Я помню, как сам был мальчиком.
Мэтти показалось, что он заметил проблеск грусти в глазах Вождя, несмотря на то что тот тепло ему улыбался. У очень многих жителей Деревни, включая Мэтти, были грустные воспоминания о детстве.
– Я хотел сказать, что помню всю рыбу, помню это чувство, что она никогда не закончится. Мне казалось, что я буду забрасывать леску снова, и снова, и снова, и каждый раз будет рыба. Теперь такого нет. Но, Вождь…