Шрифт:
Глава 1
Пробуждение вышло настолько плавным, спокойным, естественным, что некоторое время, чувствуя приятную расслабленность, на полном серьёзе полагал, будто нахожусь у себя дома. Сегодня суббота, соседи спят, жена у матери, поэтому вокруг так тихо и спокойно. Благодать. Как же иногда хорошо беззаботно поваляться в постельке в свой выходной день.
Открыл глаза счастливым человеком, выспавшимся, хорошо отдохнувшим, и в этом состоянии блаженного неведения пробыл ещё несколько секунд, пытаясь сообразить, когда успел обшить спальню вагонкой. С чего вдруг она так уменьшилась в размерах. По мере того, как с большой скоростью вспоминались события последних дней, прекрасное утро превращалось в ещё один хреновый день.
С осторожностью ощупал под одеялом плечо и грудь, ощущая некоторое стеснение движений. Так и есть, они были плотно перебинтованы. Ещё и отвратительно воняли какой-то медицинской мазью.
— Господин Амир, вы проснулись? — обрадовалась Абра, сидящая на соседней кровати в позе лотоса, скрестив ноги.
Застигнутая в разгар медитации.
— Надеюсь, что да, но возможно, и нет. Ведь моё пробуждение может оказаться не более чем сном. Твоим, — пояснил тихим, монотонным, лишённым эмоций голосом. — Чтобы убедиться в этом, ущипни себя и скажи, чувствуешь ли ты боль? — глубокомысленно выдал с серьёзным выражением лица.
Пару секунд Абра смотрела на меня не моргающим, застывшим взглядом, после чего медленно потянувшись, ущипнула себя за руку.
— Я чувствую боль, — подтвердила с таким же серьёзным видом.
— Тогда, я действительно очнулся, — глубоко вздохнув, озвучил очевидное.
— И когда вы это поняли? — прищурившись, уточнила Абра, начиная «что-то» подозревать.
— Ещё до того, как ты спросила, — невозмутимо признался, принимая сидячее положение.
Грудь почти не болела, да и слабости не чувствовал. Отдаю должное медицине этого мира. Я её сильно недооценивал. Казалось бы, тут живут сущие дикари, но умеющие приятно удивлять.
От такой прямолинейности Абра опешила, не зная, чтобы такого сказать, случайно не оскорбив благородного господина. Дружба дружбой, но границы дозволенного переступать не следовало. К тому же не настолько она и крепка, пока. Если так подумать, мы знакомы всего ничего, и то, благодаря посредничеству Риадина.
— Пожалуйста, больше так не делайте, — сердито попросила с несколько натянутой улыбкой.
Откинув одеяло, посмотрел на свои голые ноги и вернул его обратно.
— Ничего не могу обещать, — отстранённо заметил, думая о совершенно иных вещах. — Как тут говорится, на всё воля Канаан, — привёл универсальную отговорку. — Ты не знаешь, кто украл мои штаны? И почему сосед по каюте, благочестивый муж, неожиданно превратился в невнимательную, неопытную девушку. Одетую, — зачем-то дополнил, вызвав подъём одной из бровей у хмыкнувшей Абры.
— Твои штаны, о мудрейший кундар Амир из Шаль-Аллмара, забрала твоя же невежливая кунан Нурадин. Надо думать, чтобы постирать после той страшной ночи, которой ты незваным вломился в мою спальню, — перешла на старомодный, высокопарный стиль речи. — Видимо, слишком уж переусердствовал, пачкая их во время поспешного бегства, — пояснила с едва заметной, на грани приличия, ехидной двусмысленностью.
— Надо думать, кровью врагов? — невинно предположил, не поддаваясь на столь простенькую провокацию.
— Не могу ответить на этот вопрос. Воспитанным, благочестивым дэрра, — использовала незнакомое мне слово, — из хороших семей, незачем присматриваться к грязным пятнам на чужих штанах, — показательно поморщилась, с лёгкой брезгливостью.
Смотрю на неё и радуюсь. Девица-то бойкая, с острым язычком. Вот кому-то «повезёт» с невестой. Возможно, ошибаюсь, именно из таких получаются самые примерные, послушные жёны, но что-то пока сильно в этом сомневаюсь.
— Где бы только встретить таких замечательных девушек. Почему их от меня прячут? Что за несправедливость? — наигранно огорчился. — Ты не знаешь? — обратился за советом.
— Это будет долгий день, — вымученно улыбнулась Абра, сокрушённо покачав головой. — О Канаан, дай мне терпение.
— И штаны. Пусть штаны не забудет прислать, — обеспокоенно попросил расширить перечень желаемого. — Как же я без штанов? Вдруг завтра война, а мы не готовы. Непорядок. Враг подумает, что брать с нас уже нечего и уйдёт. Даже не выслушав наших требований. Не в таком же виде их зачитывать. Смех один, — сокрушался, сильно переживая по этому поводу.
— Вижу, вы уже полностью поправились, господин Амир. Это хорошо. Это радует.
Что-то прозвучало не слишком убедительно. Да и посмотрела на меня как-то странно. Пытаясь понять, что творится в моей голове. Не стукнули ли по ней чем-нибудь тяжёлым.
— Пойду позову вашу кунан. Пусть сама со всем разбирается. В конце концов я приставлена охранять вас, а не нянчить, — пояснила специально для меня.
— С каких пор? И почему именно ты? — заинтересовался, становясь серьёзным.
Эту перемену Абра чётко уловила, так что рассказала всё как есть, без утайки и ёрничества. С момента моего появления в её палатке. За что искренне поблагодарил девушку, заодно извинившись за доставленные неприятности. Узнав о том, какая поднялась шумиха, после покушения на меня. Почему отец девушки решил ненадолго нас здесь спрятать.
Пользуясь случаем, Абра захотела прояснить сильно беспокоящий вопрос, как я оказался в палатке и почему выбрал именно её. Ненадолго погрузился в раздумья, решая, что можно сказать, а о чём лучше умолчать. Девушка притихла, дожидаясь ответа с плохо скрываемым волнением.
— Можешь дать слово, что сохранишь услышанное в секрете? Это не такая уж страшная тайна, чтобы за неё умереть, однако не хотелось бы, чтобы об этом знало много народу. Обсуждая её за спиной.
— Твои секреты, мои секреты, — с важным видом произнесла ритуальную фразу, сначала прикоснулась ладонью к моей груди, а потом к своей. — Если они не несут угрозы моим клятвам, роду и господину, — дополнила формулу, обезопасив себя от конфликтов интересов.
— Ты же помнишь, что я заклинатель, одарённый духом пространственного типа? Мой хранитель, о чём узнал только той ночью, как оказалось, в случае опасности способен ненадолго спрятать меня на изнанке этого мира, в тени Крылатого древа. В которой он способен свободно перемещаться, становясь большим и сильным. Оказавшись там, понял, что у меня оставалось мало времени. Из-за раны я быстро слабел, теряя силы и ясность мыслей. Поэтому, забравшись на спину своему хранителю, попросил его отнести к ближайшему другу или союзнику. Шисса'ри на тот момент никого в лагере не знал. Поэтому решил, что только кто-то из компании, в которой я провёл большую часть дня, заслуживает хоть какого-то доверия. Не знаю, на что ориентировался, на запах, на след души, на ауру, но это он привёл меня к тебе. Так что можешь гордиться и хвастаться перед друзьями. Ты чем-то приглянулась Шисса'ри, — переплёл правду и ложь, оставляя пространство для манёвра.