Чтение онлайн

Я намеренно обращался только к нему, чтобы укрепить его главенство и не дать младшим крохобором снова влиять на решение брата.

— Да, — поспешно сказал Борис Стрешнев. — Александр и Дмитрий уже прочитали его.

— В таком случае сейчас вы получите бумажные копии договоров, — я кивнул Илье и тот раздал их всем братьям. — Ознакомьтесь ещё раз, чтобы не было недомолвок. Если претензий нет, то завтра мой адвокат вместе с вами и вашим поверенным — кстати, почему его сегодня нет? — встретятся и окончательно закрепят сделку. Как только подписи будут поставлены, деньги поступят на указанный вами счёт.

Я встал, оглядел Стрешневых, поднявшихся следом за мной. Хотелось, конечно, сбить цену, да только уже дал слово Главе. А после своего спича и вовсе было бы некрасиво демонстрировать подобный манёвр.

— Господа, у вас нет никаких претензий?

— Нет, — вот теперь Борис Михайлович поступает правильно, беря на себя переговоры, не слушая родственничков. — Мы завтра свяжемся с вашим юристом и закрепим сделку подписями.

— Мне не нужно присутствовать?

— Никакой необходимости не вижу. Вы всё предельно ясно сказали.

— До свидания, Борис Михайлович, господа, — я кивнул, небрежно одёрнул пиджак. Дождавшись, когда Куан элегантно распахнёт передо мной дверь, вышел наружу. Остальные присоединились ко мне.

— Андрей Георгиевич, Стрешнев передал мне счёт, на который должны поступить те самые триста тысяч, — негромко произнёс Илья, шагая рядом. — Ваша договорённость остаётся в силе?

— Дал слово — держи, — поморщился я. — Устроили спектакль. За такое дело я бы младшим братьям и копейки не дал. Вот бы на коленях перед Главой рода и ползали, выпрашивали милостыню. Ладно, пусть радуются. В любом случае я выиграл. У меня будет полигон для испытаний, который приобретён за шестьсот тысяч.

Я спрашивал у дяди Матвея, за какую сумму они обустроили свой полигон, на котором мы стреляли по мишеням из «Браунингов». Десять лет назад, когда у Гусаровых остро встал вопрос о приобретении личного стрельбища, они выложили почти пятьсот тысяч, часть из которых ушла на подмазывание мелких чиновников из Земельной Коллегии. Там очень сложная цепочка подношений «барашка в бумажке». Получается, по затратам у меня будет полигон не дороже, чем у Гусаровых, да ещё с учётом инфляции. К тому же Сокольники ближе к центру, что с каждым годом увеличивает стоимость моей земли. А с господином Брюсом я договорюсь. Антимаг не может принести вреда соседям, потому что не пользуется магией. А духовные практики опасны только для деревьев, что растут на дальнем конце пустыря.

Настроение у меня поднялось. Как только оформим купчую, сразу же к Александру Яковлевичу напрошусь. А ведь он может прийти на свадьбу Алексея и Наташи! Поговорим в неформальной обстановке, заручусь его поддержкой.

— А почему Стрешневы без поверенного пришли? — поинтересовался я у Ильи. — Даже странно.

— Так он слёг с температурой, — усмехнулся Брагин. — Вчера сам мне позвонил и признался, что договор составлен исключительно грамотно, без каких-либо подводных камней. Он, конечно, мог бы попробовать поднять цену, но опасался, что вы по своей инициативе сорвёте сделку. Кстати, я был прав, Андрей Георгиевич.

— В чём? — удивился я, принимая помощь Куана, когда он надевал на меня пальто.

— Красная цена такому участку — максимум двести тысяч, и то из-за перспективы когда-нибудь попасть под проект развития столицы. Я думаю, рано или поздно к Сокольникам приглядятся.

— Нет, не надо, — усмехнулся я. — Мне нравится там жить. Тихо, спокойно, лес рядом, соседи нешумные. А вдруг кому-то захочется уехать отсюда? Тогда я смогу ещё землицы прикупить.

— Желаете стать землевладельцем? — пошутил Виктор Олегович.

— У маленького волчонка проснулся аппетит, — усмехнулся я. — Если у Измайловых усадьба — целый остров, то почему бы и мне из Сокольников не сделать нечто подобное?

3

Магистр Колыванов поднялся на третий этаж и остановился перед дверью с потрескавшимся лаком на поверхности, посмотрел на табличку номера квартиры, после чего решительно вдавил палец в кнопку звонка. Протяжно и глухо задребезжало в глубине помещения. Выждав полминуты, ещё раз нажал, но сразу отпустил. Один длинный, один короткий. Подтверждение, что пришёл свой человек. Хотя Василий Егорович и предупредил по телефону Плахова, носящего псевдоним «Друид», что нужно встретиться, двойная подстраховка не помешает.

Колыванов был уверен, что в дверной глазок его тщательно рассматривают, но не показывал своего нетерпения. В конце концов многие агенты, впервые попавшие в Россию по работе, долго мандражировали, пока не втягивались в специфические условия чужой страны. Корней Власьев с позывным «Чарли» открыл дверь, впустил в узкую тёмную прихожую гостя и сразу же закрылся, несколько раз провернув ключ. Глухо щелкнули ригели, намертво входя в пазы.

Магистр, или гроссмейстер, как иногда называли Василия Егоровича, подождал, пока Власьев не включит освещение в прихожей, неторопливо разделся, положил шапку на верхнюю полку гардероба, одним движением руки пригладил волосы перед зеркалом и вошёл в гостиную. Хотя бы здесь его молодые подопечные не сидели в темени, как сычи. Плотные шторы были приоткрыты, что давало достаточно света. Быстро окинув взглядом непритязательную обстановку съёмной квартиры, он сел в одно из кресел, закинул ногу на ногу и переплёл на колене пальцы рук.

— Здравствуйте, господа, — сказал он, больше обращаясь к Плахову, читавшему газету, ну и заодно его приятелю, подошедшему следом. — Как устроились?

— Неплохо для такой дыры, — Плахов не преминул высказать своё отношение к конспиративной квартире. Он сложил газету и бросил её на журнальный столик. — Но хотелось лучшего.

— Две санузла, спальня для каждого члена группы и большая кухня? — с иронией спросил Колыванов. — Не забывайте, джентльмены, что это доходный дом для людей с небольшим месячным жалованием. Считается вполне приличным, кстати.

— Не обращайте внимание на их стенания, — послышался женский голос, и в гостиную вошла Татьяна в красном платье с принтом в виде белых клякс разных форм и размеров — как будто сумасшедший художник размахивал кистью, думая, что создаёт шедевр. — Приятная квартира, чистая и без клопов.

— Почему вы думаете, барышня, что здесь обязательно должны быть клопы? — не поленился встать Колыванов и легонько прикоснулся губами к протянутой ему руке. — В вас говорят стереотипы англичан о грязной и неухоженной России. Раз в полгода проводится обязательная санобработка подвала и квартир, если есть жалобы жителей. За этим следят строго. Итак…