Чтение онлайн

Мужчины заухмылялись после моего ответа.

– Старейшина потребовал тебя в первую очередь, – только и сказал Иван Олегович.

Мои тягучие и беспокойные мысли оборвались внезапно. Машины по дороге проскочили огромный ухоженный парк, свернули налево и рванули дальше к небольшому одноэтажному особняку, стоявшему в отдельности от целого ряда строений с яркими крышами.

– Там живут все Булгаковы, – пояснил Иван Олегович, показывая на скопление красивых домов, – а Старейшина давно уже поселился в отдельности. Не любит суету.

– Большая усадьба, – вырвалось у меня.

Светин отец рассмеялся.

– Так и Семья большая. Обслуга, вассалы, рабочий персонал, личная армия, можно сказать, – продолжил он лекцию. – Здесь небольшой городок, если посчитать, сколько людей проживают. Заблудиться можно. Магазины, детский сад, кинозал, клуб для молодежи, спортивный комплекс, полигон для обучения молодых бойцов. Тебе понравится, Вик.

– Если Старейшина не убьет, – брякнул я.

Нефед громко фыркнул. Водитель сдавленно хрюкнул, сдерживая смех. Булгаков почесал переносицу пальцем, не зная, как реагировать на мою глупость.

– Точно уверен, что никто убивать тебя не будет, – все-таки ответил он. – Но дам совет. Лучше лишний раз промолчать. За умного сойдешь. Понял меня?

– Понял, – я покраснел. – Языком болтать не надо, больше слушать.

– Видишь, сразу сообразил, – похвалил меня Светин отец.

Между тем наша машина – сопровождающие нас внедорожники свернули в сторону поселка – подлетела к дому Старейшины, охраняемому столь же тщательно, как и ворота пропускного пункта. Увидев Ивана Олеговича, пропустили его беспрепятственно.

– Старейшина у себя? – спросил Булгаков у одного из бойцов. Кажется, он знал в лицо почти всех, с кем сегодня встречался, сделал я вывод. Хотя нелегко запоминать большое количество имен.

– Отдыхает, – ответил охранник. – Но он приказал пустить вас сразу же, как появитесь с… посетителем.

Он недоверчиво посмотрел на меня, словно не верил, что этим посетителем может быть ребенок. Булгаков ободряюще похлопал меня по плечу и подтолкнул к крыльцу.

Внутри мы сразу оказались в просторном зале, уставленном резной мебелью под старину. Я подумал, что ее делали вручную. Настолько надежно и красиво она выглядела, проморенная и покрытая красным лаком. Даже диваны и кресла, обтянутые дорогой тканью, несли на себе отпечаток ручной работы. Роскошь и простота одновременно. Даже не знаю, как этого добились обитатели дома.

– День добрый, Иван Олегович, – откуда-то появился пожилой мужчина в строгом сером костюме и в ослепительно блестящих туфлях. В его коротко стрижиных волосах блеснули серебряные пряди. – Князь вас ожидает в кабинете. Прошу.

Жест мужчины был скуповат, но хорошо понятен. Он показывал на деревянную лестницу, ведущую из гостиной на второй этаж. Булгаков кивнул и снова подтолкнул меня в спину. Мы поднялись наверх. Я от страха стал считать ступеньки, чтобы отвлечься. Выходило по десять ступенек на пролет. Оказавшись на площадке второго этажа, с которой открывался вид на еще одну большую комнату и коридор, ведущий в обе стороны от лестницы. Булгаков показал, чтобы я шел налево.

Наконец, он задержал меня, чтобы я не проскочил мимо, отодвинул в сторону и постучал в нужную дверь. Тоже робел перед Старейшиной?

– Да заходите уже, не топчитесь на пороге! – раздался какой-то ужасный рык, как будто в комнате держали голодного зверя.

У меня сердце провалилось в желудок и медленно продолжило скользить в пятки. Хорошо, что Иван Олегович зашел первым. Я спрятался за его спиной в надежде, что на меня не обратят внимания.

– День добрый, дедушка, – слегка поклонился мой опекун. – Как твое здоровье?

– Еще вас переживу, – прогрохотал голос. – Что-то долго ехал, внучек. Устал я ждать.

Я чуть-чуть выглянул из-за спины Ивана Олеговича и чуть не обмочил штаны. Если Лутошин произвел на меня впечатление своими габаритами, то этот человек превосходил командира охраны «Скандинавского экспресса» в разы. Старый, но еще очень резкий в своих движениях мужчина, очень крупный и высокий, чуть ли не два с лишним метра, стоял возле окна, заложив руки за спину. На широких плечах от малейшего движения по швам опасно трещала белая рубашка. Густые пшеничные усы, тщательно завитые на концах, опускались вдоль сжатых губ, но самое интересное в Старейшине была его наголо обритая голова. Я даже не ожидал увидеть такую картину. Представлял себе благообразного старичка с поседевшей головой и с клюкой в руках. А этот блестит лысым черепом, усами шевелит подобно злому таракану. Одну руку в кармане широких домашних штанов держит. Вылитый варяг.

– А ты чего там выглядываешь, скворец? – его палец величиной с добротную сосиску согнулся и поманил меня. – Поди на свет!

Я проглотил слюну и обреченно вышел из-за надежного укрытия. Сделал два шага вперед и неожиданно для себя поклонился.

– Доброго здравия, Семен Игоревич, – я уже был проинструктирован Булгаковым, как зовут старика.

– Здорово, – критически осмотрел меня Старейшина, вынув вторую руку из кармана. Что-то не понравилось ему, губы дрогнули. – А говорили, что в приютах плохо кормят. Вон какое брюхо наел.

– У меня нарушен обмен веществ, – мне никогда не нравилось, что один недостаток ставился мне в укор и был причиной дурацких шуток. А издеваться над собой я отучил, бросаясь с кулаками на обидчиков. Ну, шутят – пусть шутят. Меня от этого не убудет. И все равно обидно. – Целитель сказал.

– Смотри-ка, зубы свои показать вздумал, – дед Семен втянул в себя огромную порцию воздуха как кузнечные меха. – Значит, ты и есть тот Разрушитель? А проверю?

– Дедушка…, - попытался вставить свое слово Иван Олегович, но был бесцеремонно прерван.

– Цыц, Ванька! Нашел для Рода кладезь бесценный – поощрю! Сейчас не лезь! Не с тобой разговариваю. Как зовут тебя, отрок?

– Вик, – почему-то не захотел называться полным именем.

– Что за имя? – скривился старик и подошел ко мне, нависая жуткой громадной скалой, дышащей невероятной силой. Да сколько же ему лет? Непохоже, чтобы в таком возрасте можно иметь отличную физическую форму. – Словно воробей чирикает! Убил бы родителей за такую шутку над дитем! Вик! Надо же… Ладно, не мое это дело.