Чтение онлайн

– Владимир Анатольевич, что, делаем, как он сказал?

– Да, только ЭМ-мины установите, но не активируйте. Кажется, наш друг не понимает, что они в случае чего выведут из строя грузовики, и столь дорогие его сердцу диски просто не на чем будет везти. И по три бойца… В общем, смотрите сами.

В то же время Барков говорил окружавшим его офицерам:

– Господа, я им не доверяю. В худшем случае будем готовы действовать по плану «Сладкая парочка». А сейчас всем спать.

На следующий день в четыре часа из главного офиса «Колокольни» выехала колонна, спустя полчаса к ней присоединился вертолёт. До выезда на магистраль колонна должна была пересечь несколько проспектов.

Алекс с Машей уже давно сидели на крыше высотного здания, разглядывая карту местности с двигавшимся маркером колонны и советуясь с их связным из бара, представившимся Михаилом.

– Эта линия – магистраль, которую мы видим, – Михаил махнул рукой в сторону. – План такой: как только колонна полностью поднимется на неё, с этих двух зданий по первой и последней машине будут выпущены ракеты, затем ещё залп дымовых ракет. После этого наши люди, ждущие внизу у опор магистрали, поднимутся с одной стороны, а ваш человек, как вы сказали, поднимется на тросе с другой.

– Всё верно. Виктор уходит канализацией, а вы отвлекаете внимание на вертолёте?

– Да, передадите нам диск завтра, в «Дамаске»

– Надёжнее места не нашлось? Накрыть же могут.

– Не думаю, с нашей стороны предпримут меры. Ладно, хватит об этом, скоро они подъедут.

И правда, через десять минут показался первый БТР, за ним военный джип, затем три крытых грузовика и ещё один БТР.

– Ну, вот и они. Подойдут поближе, и ударим, – Михаил взглянул на колонну в бинокль. – Проклятье, там вертушка, хотя на нечто подобное мы рассчитывали.

– Как с ней справляться планируем? – Алекс заслонил рукой от солнца глаза и тоже посмотрел на колонну.

– Так же, из гранатомёта. Ну, скоро начнётся. Дайте приказ вашему человеку, чтобы готовился.

– Он готов, – с ухмылкой ответила молчавшая до этого момента Маша.

– Хорошо. Вот, кстати, всё и начинается.

Колонна подъехала ближе и оказалась меж двух зданий, выходивших окнами на магистраль. Михаил что-то шепнул в рацию, и тут же из окон вылетели три ракеты. Одна попала в едущий во главе колонны БТР, тот загорелся, немного свернул и остановился, перегородив путь едущим позади машинам. Вторая полетела в замыкающий БТР, однако водитель успел свернуть, и ракета взорвалась рядом. Третья же ракета, выпущенная в небо, сделав небольшую дугу, подбила вертолёт. Тот начал заваливаться и, накренившись слишком сильно, упал на магистраль, протащился по асфальту, пока не столкнулся с грузовиком. На земле началась паника. Из машин выбегали люди, военные заняли периметр вокруг грузовиков.

– Ну, пошла жара, – Михаил поднёс рацию ко рту. – Пускайте дым. Земля, начали! – Из тех же окон вылетели дымовые шашки, а снизу на магистраль по тросам заскользили тёмные силуэты. Всего со стороны нанимателей колонну штурмовали пять человек плюс Виктор, который должен был забрать диск и скрыться в канализационном коллекторе под магистралью.

Как только пять силуэтов оказались на магистрали, те сразу начали стрелять в дым; из дыма в ответ полетели очереди пуль без разбору. Четыре человека нанимателей тут же начали стрелять по вспышкам огня в дыме, а пятый подбежал к последнему БТРу, взобрался на него и закинул в открытый люк гранату. Та взорвалась внутри, оставив лишь кровавое месиво.

Из-за дымовой завесы не было видно другой стороны магистрали, на которой Виктор незаметно подбегал к стоящим в дыму грузовикам. Модифицированное зрение помогало ему ориентироваться в дыму лучше, чем людям. Сначала Виктор забрался в кузов грузовика, идущего первым в колонне: внутри сидели двое бойцов, готовых стрелять. Прозвучало несколько сдавленных хлопков, и вот уже два трупа с обезображенными от пуль лицами упали на пол. По центру кузова стоял контейнер, привинченный к полу. Виктор достал из спортивной сумки лазерный резак и тюбик с раствором для резки. Сначала Виктор нанёс и растёр небольшое количество раствора на место замка у контейнера, затем взял в руки резак и медленными движениями начал работу, постепенно увеличивая образовавшееся углубление. В это время снаружи солдаты заняли оборону, спрятавшись за БТРами. Приехала полиция, но из-за дыма ничего не могла сделать, в воздухе кружил вертолёт телевидения, а из окон домов боязливо начинали выглядывать зеваки. Спустя две минуты дверца контейнера открылась, и тут же прогремел разрыв оглушающей гранаты, а кузов заполнил газ. Однако Виктора это остановить не могло. В контейнере лежал диск. Виктор поднял его, засунул в сумку и выглянул из кузова. Дымовая завеса начала развеиваться, и из окон полетели новые шашки. Виктор выпрыгнул из кузова, подошёл к следующему грузовику и закинул в него осколочную гранату. Послышались крики, затем взрыв, после чего наступила тишина. Виктор забрался в кузов, перешагнул через тела и повторил операцию, проделанную в первом грузовике. В этом контейнере лежал точно такой же диск. Виктор засунул его в сумку и пошёл к третьему грузовику, как вдруг на него из густого дыма выпрыгнул солдат. Он повалил Виктора на землю и начал пытаться проткнуть ему шею ножом, однако нож не проходил дальше кожи. От удивления солдат ослабил хватку, и Виктор резким движением ударил его в кадык – тот захрипел и упал навзничь. Тут же подбежал второй солдат и направил дуло автомата в голову ещё лежащему Виктору. За секунду до того, как солдат нажал на спусковой крючок, Виктор перекатился в сторону, так что очередь прошла в миллиметре от его головы. Виктор рывком поднялся и ударил солдата под дых, однако тот лишь чуть пошатнулся, перехватил руку Виктора и ударил его локтем в лицо. Виктор из-за сильного удара слегка попятился назад. Дым начал рассеиваться: либо у прикрывающих закончились дымовые шашки, либо их самих накрыли. В любом случае, Виктор рисковал оказаться замеченным. Силуэт напавшего солдата просвечивал через пелену дыма; Виктор вынул пистолет и выстрелил несколько раз в область головы. Солдат упал, Виктор подошёл к нему, затем к первому солдату, прострелил ему ноги и направился к грузовику. Привычная процедура заняла две минуты, за которые дым на улице почти окончательно развеялся. Виктор запихнул диск из третьего контейнера в сумку и выпрыгнул из грузовика. На улице завязалась перестрелка. Над магистралью кружил вертолёт, который должен был забрать наёмников и отвлекать на себя внимание. С вертолёта спустились тросы, и наёмники, прикрывая друг друга, начали продвигаться к ним, что не осталось без внимания со стороны защитников колонны. Воспользовавшись этим, Виктор, прячась за оставленными на шоссе машинами, из которых убежали случайно проезжавшие здесь люди, пробрался к краю магистрали. Спускаться на тросе было бы слишком медленно, к тому же это могло привлечь внимание, поэтому Виктор перемахнул через ограждение, встал на обрыве и спрыгнул на крыши стоящих внизу гаражей. Прыжок не причинил Виктору вреда, он встал, спрыгнул с крыши на землю и побежал ко входу в находящийся рядом коллектор.

– Ну, и нам пора, – Михаил поднялся и подал руку Маше. – Доедете до дому сами, вашему человеку скажите, чтобы ждал в канализации. Мы там приготовили для него матрас и продукты. До завтра, в «Дамаске»

Алекс поднялся и протянул руку для рукопожатия.

– До завтра.

Утро следующего дня было по обыкновению пасмурно. Виктор сидел в коллекторах, Алекс с Машей мирно спали, а в штабе наблюдателей не прекращалось движение.

– Мы следим за Виктором круглые сутки. Пока что он находится в коллекторах, недалеко от места нападения. Как только он будет передавать диски нанимателям, мы сразу же установим за ними слежку, – Барков поднялся со своего стула и прошёлся вдоль длинного стола, за которым сидели офицеры, – Что же касается остальных, то не думаю, что их целесообразно оставлять в живых.

– А что насчёт нанимателей, остававшихся до сих пор в тени? – спросил один из сидевших.

– Их мы накроем, возможно, с помощью того же Виктора. Когда это произойдёт и вся их подноготная выйдет на поверхность, наше правительство, возможно, перестанет смотреть на разгул корпораций сквозь пальцы. В любом случае, пока ничего не происходит, мы ничего не можем сделать.

Конец ознакомительного фрагмента.