Чтение онлайн

 Квартира выжила, избежав превращения в коммунальную банку с пауками, битв за санузел и водружения чугунной ванны на общей кухне. Гнезда для люстр в ней все так же напоминали центры вселенных, благородная потолочная лепнина взирала свысока, стены уплывали ввысь торжественно, как музыка в готических храмах.

 Многочисленные вписчики доброго Кастанеды переделали квартиру на свой лад. Стены Первой Комнаты густо покрывали любимые афоризмы жильцов — от Хоя до Хайяма. Встречались странные стихотворные зарисовки вроде: «Наш Ленин, мыслью пеликан, скончался. На душе туман». Были и корявые, но дружеские шаржи.

 В углу высился письменный стол. На нем стоял открытый ноутбук с сохнущими на мониторе носками, рядом — искусственный череп без верха – он служил сахарницей. Обои над столом украшали прибитый огромными гвоздями красный диплом о высшем образовании и справка из психоневрологического диспансера. Гениальность, как обычно, соседствовала с безумием.

 Голые стены Второй Комнаты покрывал радикальный черный цвет. Из мебели - лишь раскладушка: сюда флэт-хозяин удалялся для медитаций. «Такая только у меня и Франциско Гойи!», - радовался Кастанеды. На возражения Лиса о том, что тот давно почил, художник делал страшное лицо и кричал, что Гойя бессмертен.

 На стенах лепились кусочки бумажек с цитатами из его любимого писателя, в честь которого художник Илья Кудряшов и получил свое прозвище.

 Еще было огромное зеркало в потемневшей бронзовой оправе. Там Кастанеда часто видел неких Стеклянных Людей.

 Они стали приходить, когда в озере за городом утонули его жена и дочь. После этого Кастанеда крепко подсел на «винт». Ни работы, ни денег у него не было, существовал он за счет вписчиков: автостопщиков, тусовщиков, уличных музыкантов.

 Лис сильно переживал свою бесполезность, пока Кастанеда однажды не попросил его помочь сварить «винт» - процедура была сложной, а руки флэт-хозяина тряслись все сильнее.

 - Зачем тебе это? – спросил Лис.

 - Пейот по-русски, - пояснил флэт-хозяин, доставая ингредиенты. – Позволяет отправляться в самое увлекательное путешествие на свете...

 Он усмехнулся и замолчал.

 - В какое? – не выдержал Лис.

 - В путешествие в себя.

– А-а… - Лис притворился, что понял.

 - На, приобщайся. Ты вроде, не глупый, - Кастанеда быстро сходил в Черную Комнату и, вернувшись, торжественно вручил ему книжку с каким-то индейцем на обложке.

 - Чингачгук? – хихикнул Лис.

 - Сам ты Чингачгук… - Кастанеда попытался отвесить подзатыльник, но промазал.

 - «Искусство воина состоит в сохранении равновесия между ужасом быть человеком и чудом быть человеком», - прочел Лис, хмыкнул и замолчал.

 - Глаз-алмаз! – удивился Кастанеда, снимая с огня первый результат их совместной деятельности. – Я тебе должен!

 Он осторожно процедил варево сквозь марлю.

 - Иди угостись! На флэтах так принято: половина винтовару.

 Лис с интересом смотрел, как затягивается на руке холодная петля жгута.

 Ему и так давно уже хотелось попробовать.

 - Смерть ожидает нас, и то, что мы делаем в этот самый миг, вполне может стать нашей последней битвой на этой земле. Я называю это битвой, потому что это - борьба. – сказал Кастанеда. – Смерть всегда где-то рядом. Стоит лишь оглянуться – и ты сразу увидишь огоньки на ее шляпе. Поэтому каждый день – как последний.

 Скоро Лис уже не мог думать ни о чем другом.

 Половину-винотовару, половину-винотовару, половину-винотовару…

 Кастанеда умер в августе. Тело нашли у зеркала в Черной Комнате - сердечный приступ. Потом выяснилось, что квартиру флэтхозяин переписал на Лиса – Неукачаев как раз в июле стал совершеннолетним.

 Теперь Лис варил «винт» самостоятельно. С каждым разом доза становилась больше. Когда Стеклянные Люди пришли за ним, сопротивляться уже не было сил.

 - М-ма…ма, - промычал Лис и захлебнулся горячей рвотой.

 Очертания комнаты слились в черный круг, из зеркала тянулись белые руки и звали, звали, звали за собой.

– Меня Кастанеда у них забрал. Сюда. – Лис усмехнулся.

 - И что дальше? – осторожно спросил я. – ты не хочешь вернуться? Домой?

 Он прищурился и посмотрел на меня.

 - Дом – это место, где тебя ждут. Значит, дома у меня нет. А здесь - интересно…

 - И что ты делаешь здесь?

 - Ну так…- нехотя ответил Неукачаев, - в Сети обычно сижу…

 - В Интернете? – удивился я. – а я думал, что электричества нет…

 Он улыбнулся.

 - Ты не понял. Для того чтобы выйти в настоящую Сеть, компы не нужны.

 - Почему тогда – Сеть?

 - Это пространство по-разному называют. Четвертое измерение. Ноосфера. Шамбала. Описать это место нельзя, потому что Сеть видят по-разному. Но все мы подключены к одному и тому же Глобальному Интернету. Понимаешь?

 - Не особо, - признался я.

 - Если ты научился выходить в Сеть, ты можешь почти все. Видеть чужие сны. Читать чужие мысли, - Лис помолчал и добавил, - а еще там можно увидеть себя. Настоящего.

 Он вынул из кармана джинсовой рубашки маленькую трубку в виде резной змеи и протянул мне.

 - Хочешь?

 - Что это?

 - Вспомогательное устройство. Драйвер. Несколько затяжек – и ты в Сети.

 - И куда я попаду? – спросил я.

 - Куда прицелишься, - ответил Лис.

 - Запуск устройства, - Неукачаев зажег несколько свечей по углам, - немного дешевых спецэффектов для начинающих…

 После нескольких затяжек очертания комнаты поплыли. Я тряхнул головой.