Чтение онлайн

— Но разве нет в этом некоторой несправедливости в отношении Флоры и Эдварда? — спросила Лавиния.

— Флора выйдет замуж, и у нее будет собственный дом. Конечно, при условии, если она сможет выбраться из этой проклятой коляски. Да, я согласен, что в отношении младшего сына закон несколько суров, но Дэниел что-то выделит Эдварду. Без сомнения, он купит ему офицерскую должность в хорошем полку. Я сам был младшим сыном, но ничего, вышел из положения. Достиг даже того, что королева пожаловала мне рыцарское звание, — добавил он с простодушной гордостью.

Лавиния полагала, что Джонатан Пит отправился назад, в деревню. Она была довольно твердо уверена в Игом, что он все еще будет где-то поблизости к тому времени, когда Шарлотта и Дэниел вернутся, но ему интересно было, пока их нет, постараться увидеть все, что удастся. Когда позднее она пришла наверх, Элиза сообщила, что леди Тэймсон спит, хотя и тревожным сном.

Лавиния тоже спала неспокойно. Со времени прибытия Джонатона Пита атмосфера так сильно изменилась! Она почти не удивилась, когда среди ночи в ее дверь тихонько постучали.

Она вскочила с постели. Сердце у нее колотилось.

— Кто там?

— Мисс, это всего лишь я, Элиза. Вы не могли бы прийти? Миледи зовет вас.

Лавиния открыла дверь:

— Она заболела?

Элиза была одета во фланелевый халат и ночной чепчик; в руках она держала догорающую сведу.

— Нет, но у нее появилась какая-то чудная идея насчет ее завещания.

Элиза зажгла лампу возле постели леди Тэймсон. Старая дама сидела напряженно и прямо. В густой тени ее лицо казалось совсем изможденным.

— Мисс Херст! Мне нужна ваша помощь.

Выходит, Джонатан очень быстро достиг той цели, ради которой приехал. Лавиния шагнула вперед.

— Что я могу сделать, леди Тэймсон?

— Достаньте перо и лист бумаги. Никакого важного нотариуса из Лондона нам не понадобится. Я знаю, как это делается. Пошевеливайтесь, девушка.

— Но вы твердо решили? — Лавиния невольно заколебалась.

Леди Тэймсон сжала кулаки и стукнула по простыне:

— Разве бы я стала звать людей посреди ночи, если бы не решила твердо? Чье это состояние, хотела бы я знать?

Лавиния неохотно и не без опасений вытащила из письменного стола в своей собственной комнате перо, чернила и бумагу. Взгляд ее упал на недописанное письмо к Робину...

« Но я чувствую, над этим домом словно бы что-то нависло...»Она закрыла ящик стола и заперла его, а затем вернулась в большую полутемную комнату, где царила какая-то странная мелодраматическая атмосфера.

— А теперь, — сказала леди Тэймсон, — пишите, что сим документом я отменяю все ранее мною написанные завещания, — она сухо усмехнулась. — Как видите, я усвоила от этого надутого малого из Лондона соответствующий жаргон. «Я, Тэймсон Баррата, отменяю все свои прежние завещания и объявляю сей документ своей последней волей. Артур Маллинсон, как и прежде, остается моим поверенным, я завещаю все... — подчеркните слово «все», чтобы никакой ошибки не было, — ...моей внучатой племяннице, Флоре». Вот так! Пишите же.

Перо замерло в руке Лавинии.

— Пишите, пишите! — приказала старая дама.

Лавиния дрожащей рукой записала продиктованные строчки. Это было так неожиданно: Флора — наследница! Просто замечательно! Джонатан Пит был разбит наголову!

Но то же можно было сказать о Шарлотте и о Дэниеле с его планами касательно Винтервуда.

Ей показалось, что в комнате слишком душно и жарко, а рука старой дамы, нетерпеливо выхватившей у нее перо, чтобы подписать этот дилетантский документ, похожа была на когтистую птичью лапу. Она подписала бумагу медленно, крупным дрожащим почерком, после чего откинулась на подушку и торжествующим тоном произнесла:

— Ну, а теперь вы, мисс Херст. Пишите, что вы свидетельница. И Элиза тоже. Ваши подписи придадут документу юридическую силу.

Лавиния повиновалась, Элиза последовала ее примеру.

— А теперь спрячьте это в бюро, заприте, а ключ отдайте мне. Хотя я и не боюсь, что кто-нибудь начнет что-то вынюхивать. Ведь они все думают, что мое завещание благополучно хранится в лондонском сейфе мистера Маллинсона. — Она снова начала посмеиваться, слегка задыхаясь при этом. — Этот кошмарный ребенок, Эдвард, чуть не оглушил меня сегодня своей трубой. С какой это стати ему должны достаться все мои деньги?

— А разве ранее предполагалось, что их получит Эдвард? — удивленно спросила Лавиния.

— Это не ваше дело, барышня, но я собиралась оставить свое состояние моей преданной племяннице, Шарлотте. — В голосе ее прозвучала странная саркастическая нотка. — Так что можете не сомневаться, в конечном итоге они попали бы в руки ее драгоценного Тедди. С чего бы еще она стала душить меня знаками своего внимания? А теперь возьмите Флору — это честный ребенок. И мужественный. И мне кажется, я не совсем ей безразлична.

— А как же ваш племянник, мистер Пит? — не удержалась от вопроса Лавиния.

Леди Тэймсон откинулась на подушки.

— Он-то?! — воскликнула она. В ее глазах сверкнуло злобное торжество, как если бы она получала удовольствие оттого, что сумела перехитрить этого наглого молодого человека. Но все происшедшее совсем ее обессилило. Она сказала очень усталым голосом:

— Побудьте со мной, мисс Херст, и я засну.

Лавиния послушно придвинула к постели кресло и села. Элиза вернулась к себе в постель, за ширму. Лампу притушили, и старая дама, казалось, уснула. Однако она все еще не успокоилась. Она стала шарить вокруг себя, и Лавиния взяла ее за руку.

— Жадность... — пробормотала она. На мгновение глаза ее открылись. — Вы, мисс Херст, тоже успели узнать, что представляют собой люди. Это видно по вашим глазам, Хотя вы еще слишком молоды для этого...

Наконец дыхание ее стало ровным, и она погрузилась в сон.

Шарлотта приехала домой преисполненная бьющей через край веселости. По ее словам, они изумительно провели время: королева, выглядевшая после рождения своего последнего ребенка дороднее, чем когда-либо, была необыкновенно благосклонна, и, кроме того, они познакомились со множеством интересных людей. Она привезла детям подарки. Где ее солнышко, Тедди, и как поживает тетя Тэймсон?