Виртуальный апгрейд
Шрифт:
«Внимание всем юнитам: противник запускает zerg-rush!» – проорал Данил, когда его дрон засек массированное наступление. Кирилл успел увидеть только вспышку. Взрывная волна словно кувалдой в грудь отбросила к стене терминала. Небо свалилось куда-то в право в глазах сначала ослепляющий свет сменился чернотой. Первые секунды Кирилл не мог вдохнуть от боли. В ушах звенело.
В небе над Хитроу дроны кружились в смертельном танце, расчерчивая воздух трассерами. Кислотный дождь превращал все в размытую неоновую картину.
"Критическое повреждение, требуется немедленно наложение повязки на левую ногу" – рана Кирилла пульсировала болью. "Ничего, апгрейд до киборга всегда был моей мечтой", – процедил он сквозь зубы.
"Сообщение о повреждении системы:" – данные потеки перед глазами: Состояние ноги: Ошибка-404, данные не найдены.
Потеря крови: приближается критическая;
уровень боли: более 9000
Сознание: связь нестабильна
Передняя стена здания стала грудой кирпича, всё вокруг заволокло чёрным дымом. Кирилл посмотрел на ногу, через сквозную дыру в бедре торчали кости и сухожилия он видел, как кровь из ноги сочится на плитку пола. Кисти тоже в крови, иссечены осколками, Кирилл их не чувствовал.
Данил метнулся к другу быстро наложил жгут выше колена, ввёл коктейль из наноботов – кровеостанавливающих. Его медицинский интерфейс показывал стремительное падение жизненных показателей Кирилла.
Около сотни террористов рвались добить взвод Кирилла. Видя числовое превосходство и отсутствие снайпера, они брали группу в охват. Данил взорвал стену и обеспечил дополнительный выход из третьего терминала. – Оставьте меня, и уходите, – еле слышно севши голосом прошептал Кирилл. Он достал ручную наступательную гранату. – Я прикрою вас, идите быстрей. «Ты должен жить», – сказал Александр их ротный, вставил чеку гранаты обратно и взял её из слабых пальцев Кирилла. – Грузим его, парни, вызывайте дрон эвакуатор. Кирилл скрипел зубами и тихо мычал, сдерживал крик. Никакие обезболивающие от сквозной дыры в ноге не могли помочь.
«Вероятно, даже когда болят все зубы эта боль была бы больше», – думал Кирилл. Эвакуационный дрон – паук "MedEvac-3000" развернул титановые манипуляторы с медицинским оборудованием. "Пациент зафиксирован. Начинаю транспортировку" – прошелестел бортовой компьютер. «Запуск биометрического сканирования» – сознание Кирилла мутнело от кровопотери и болевого шока. Воспоминания накатывали волнами: военком, учебка, первые боевые импланты…
«Обнаружены юниты противника» – вражеские багги приближались через простреливаемое пространство. Их турели были нацелены на группу эвакуации.
– Варяг развернул пулемет с системой автоматического наведения. "Сейчас я им устрою урок баллистики"! – прокричал он, открывая огонь.
Бронированный медицинский транспорт "Поток-7" ожидал в укрытии. Его реанимационное отделение было готово к приему тяжелораненого.
Линзы раненого снайпера автоматически переключились в режим мониторинга внутренних систем. Перед глазами проплывали данные о работе имплантов: «критический сбой системы» – сознание Кирилла угасало от массивной кровопотери. «Показатели жизнедеятельности: нестабильны… Запускаю аварийные протоколы», – вывел сообщение нейрочип. Медицинский транспорт "Поток-7" несся по разбитой взрывами дороге. Каждый удар подвески отдавался новой волной боли. Датчики в кабине высвечивали красным критические показатели:
«Биометрический анализ:
Пульс: 140;
Давление: 80/40;
Кровопотеря: 2.1 литра;
Температура тела: 35.2°C»;
«Держись, Кирилл», – Данил активировал дополнительную порцию обезболивающих через медицинский порт. "Твои импланты уже запустили регенерацию тканей».
Сквозь пелену боли Кирилл вспоминал свой путь. Военное училище, где он в шутку над другом менял учебные детонаторы на боевые. И весь класс рухнул под парты от хлопка. Первые кибернетические улучшения: усилители мышц, баллистические линзы, нейроинтерфейс для управления дронами.
«Боевой опыт: 3720 часов;
Подтвержденные ликвидации: 77;
Спасенные жизни: 89;
Статус: критический»;
Мир вокруг размывался в красно – черную кашу. Кирилл чувствовал, как нанороботы в его крови пытаются залатать поврежденные сосуды. Экзоскелет подавал импульсы в мышцы, не давая телу окончательно отключиться. «Температура падает…» – прошелестел бортовой компьютер. Данил увеличил подачу кислорода и активировал термо одеяло.
«Полевой госпиталь: 12 минут;
Вероятность выживания: 47%;
Состояние имплантов: аварийный режим»;
«Знаешь, что забавно»? – прохрипел Кирилл сквозь кислородную маску… «Десять лет воевал с корпоратами, а в итоге подорвался как новичок…»
«Заткнись и береги энергию» – оборвал его Данил, вводя новую порцию стабилизаторов.
За окном бронированного транспорта проносились неоновые вывески энергетического города-государства. Дождь барабанил по титановой обшивке, смывая следы копоти и крови. Где-то вдалеке грохотали взрывы – война между банкирами и сопротивлением продолжалась.
«До госпиталя двенадцать минут», – сообщил бортовой ИИ. «Вероятность успешной стабилизации состояния снижается».
Дождь усилился, когда «Поток-7» влетел на территорию полевого госпиталя. Капли с шипением испарялись на раскаленной от перегрузки обшивки двигателя. Медицинские дроны окружили транспорт, их манипуляторы уже готовили капельницы и диагностическое оборудование.
«Пациент нестабилен»! – старший хирург активировал голографический интерфейс операционной. Над столом развернулась трехмерная модель повреждений: разорванные артерии светились тревожным красным, осколки гранаты подсвечивались желтым, поврежденные импланты мерцали синим. Кирилл ощущал, как сознание уплывает. Нейроинтерфейс отчаянно пытался удержать связь с мозгом, посылая электрические импульсы через титановые электроды. Линзы автоматически переключились в режим экономии энергии, мир потускнел до оттенков серого.
«Начинаем экстренную операцию», – хирург активировал армаду медицинских наноботов. Микроскопические роботы устремились в кровоток, светясь голубыми точками на мониторах. Они принялись восстанавливать поврежденные сосуды, сращивать нервные окончания, выводить токсины из организма.
Данил наблюдал через стекло операционной, его собственные импланты транслировали данные о состоянии друга. Показатели были неутешительными – слишком много крови потеряно, слишком серьезные повреждения тканей.