Чтение онлайн

— Что ты говорила?

Её ротик приоткрылся, и она храбро начала.

— Я говорила вам, чтобы вы отпустили его. Он напуган и хочет к маме.

— Так вот, Алисия Джонсон, — я решил обратиться к ней полным именем. — Запомни, с этого момента, ты — его мать.

С этими словами я сунул извивающегося щенка ей в руки. Она неловко дёрнула ладошками, удерживая, пытающееся сбежать животное, и крепко прижала к себе.

— И тебе надо заботиться о нём, и следить, чтобы он всегда был сыт и… — на этом список её обязанностей вроде как кончался, в голову больше ничего не приходило, поэтому я просто протянул руку и потрепал щенка по гладкой макушке.

Алисия так и стояла, застыв и бессмысленно уставившись на короткую бежевую шёрстку пса. Выражение её глаз медленно менялось, пока мои слова доходили до неё.

— Надо дать ему имя, — наконец, сказала она.

— Дай.

Девочка нахмурилась, щенок заскулил, а она инстинктивно прижала его к себе чуть сильнее.

— Непоседа?

— Ну, если хочешь, чтобы все соседские псы смеялись и дразнили его «маменькиным сыночком», когда он вырастет, называй Непоседой.

Тёмные глаза буравили меня.

— А как бы вы его назвали?

На секунду я задумался.

— Аттилой или Троем.

— Мне нравится Трой, — выдавила из себя Алисия.

— Ну, тогда пусть будет Троем, а теперь пойдём нам пора уезжать.

Поднявшись, я указал, чтобы она следовала за мной. Я уже понимал, что к Хэнку и Диггери я не вернусь. Они могут ждать меня у ручья сколько угодно. Девчонка, навязанная мне, могла служить ещё одним поводом для принятия этого решения: уйти, не оглядываясь.

— А куда вы едите?

— Алисия, мы едем, — поправил я.

— Куда мы едем, — тут же переспросила она.

Глубоко вздохнув, я улыбнулся краешком губ.

— К истокам.

Не знаю, уловила ли она мою иронию. Скорее всего, для неё это были простые, ничего не значащие слова.

Мы уходили.

Алисия последний раз оглянулась, чтобы посмотреть на замершую скорбную фигуру собаки, провожающей печальным взглядом чёрных блестящих глаз своё так и не отвоёванное чадо.

Мы все не те, кем притворяемся.

По улице разнёсся тоскливый, жалобный вой.

Ланкастер

Я смотрел на белый аккуратный домик. Ровные стены идеально покрашены, стёкла окон сверкают чистотой, небольшой, но пышный садик, начинающийся с правой стороны, слегка разросся с тех пор, как я последний раз лежал в нём под моим любимым вишнёвым деревом, предаваясь глупым юношеским мечтам.

Очень захотелось сплюнуть, скопившаяся во рту горечь, жгла горло.

Ничего не изменилось. Ничего, кроме меня.

Я постучал в массивную входную дверь с железной окантовкой и перевёл взгляд на Алисию, стоявшую чуть поодаль и прижимающую к себе Троя. Девчонка почти всё время молчала, по-моему, до неё постепенно начало доходить, что ни мать, ни отца она больше никогда не увидит. И осознание того, что я был среди их палачей, постепенно обрушивалось на хрупкие детские плечи. За три недели пути от Форт-Уорта до Ланкастера она едва ли произнесла с десяток слов.

Дверь внезапно распахнулась, на пороге застыла приятная моложавая женщина. Скромное бежевое платье, оттеняющее каштановые волосы, собранные в высокую причёску, подчёркивало идеальную фигуру, которую не затронуло рождение двоих детей. Глаза цвета промокшей листвы, не отрываясь, смотрели на меня.

— Коул, — выдохнула она, и, было, сделала шаг вперёд, порываясь обнять, но заколебалась.

И правильно. Я сам не уверен, чего ждать от этой встречи. Я не был дома с тех пор, как четыре года назад покинул его, выбрав свой путь — губительный и разрушающий. И я мог бы вспомнить ещё много слов, брошенных мне в спину отчимом, когда уходил, и ведь помнил каждое, как будто они были произнесены вчера.

Женщина тем временем, посмотрела на дрожащее за моей спиной существо, её взгляд стал светел.

— Эй, привет, — тихо, почти шёпотом, произнесла она. — Как тебя зовут?

— Алисия, — раздался тонкий голосок, и я еле заметно не вздрогнул, настолько отвык от разговоров за недели её молчания.

— А кто с тобой, Алисия? — продолжила женщина свои расспросы.

— Это Трой, — девочка погладила лежащего на её руках щенка, уже заметно подросшего. — Он очень храбрый, — она протянула его вперёд. — Если хотите, можете погладить. Только не пугайте его. Он недавно потерял маму, — на последних словах её голос надломился, и она громко шмыгнула носом.

— Ой, что же я вас держу на пороге, — всплеснула руками женщина и посторонилась. — Проходите в дом.

Я положил руку Алисии на спину, чувствуя, как она напряглась от моего прикосновения, и подтолкнул её.

— Дамы вперёд.

Девчонка покорно вошла в дом, а я шагнул следом.

Надо побыстрее убраться отсюда.

Я деликатно отстранил её от себя.

— Где Тайлер?

Ответить она не успела, в холл вышел Артур. Сколько ему было лет, когда мы виделись последний раз? Он сильно изменился. Светлые медовые волосы слегка завивались, зелёные, точно такие же, как и мои, глаза, смотрели настороженно, но тепло. Оттенок радужки — это то общее, что досталось нам от матери. В остальном — мы были абсолютно разными, как внешне, так и по характеру.

Взгляд Артура метался между мной, матерью и Алисией, увлечённо гладившей разволновавшегося Троя. Да, из худощавого подростка, Артур постепенно превращался в симпатичного юношу. Наверное, ещё пара лет, и все девчонки в округе будут хлопаться перед ним в обморок, чтобы он привел их в чувства, или Ланкестер внезапно охватит эпидемия какой-нибудь неизвестной, сугубо женской болезни. Это в том случае, если его желание стать врачом всё ещё в силе. Сейчас брату уже шестнадцать.

Он замер в дверях, уставившись на меня. Теплота из его взгляда постепенно куда-то испарялась. Конечно, он не мог не знать, чем я занимаюсь. Да, я никогда и не делал тайны из этого.