Витализация
Шрифт:
– Стой!
Автомат продолжал идти. Тогда Гоер остановился. Автомат тоже замер и направил на него дюзу дезинтегратора. Тут Гоер испугался. Ему хотелось броситься на пол и втиснуться между пультами, но он знал, что андроид быстрее его. Тогда он подумал об Унинаве.
– Унинав, почему ты не выполнил приказ? Объясни! Слышишь?
– Это автомат, подчиняющийся только Автокору и входящий в аварийную систему.
– Задержи его!
– Не могу. Он подчиняется только Автокору.
– Но Автокор не существует!
– Уже существует. Минуту назад я включил питание и запустил его.
– Но ведь он поврежден, он все уничтожает!
– Цель полета достигнута. Теперь Автокор не может этому помешать. А в этом была причина, по которой я его демонтировал.
– Но зачем ты его запустил?
– Ты этого не запрещал.
– Но ведь он...
– Гоер замолчал. Он понял.
Он медленно сел и тогда андроид сделал шаг к нему и снова остановился, направляя дезинтегратор в его сторону.
– Так ты хочешь, чтобы Автокор уничтожил автоматы, тебя, космолет? Выключи его! Выключи немедленно! Я приказываю!
– Не могу. Он уже уничтожил мои эффекторные автоматы.
– Исправь их.
– Ремонтные системы выведены из строя.
– Лжешь!
– Автоматы не лгут.
– Автокор реагирует на приказы извне?
– Нет.
– Я проверю. Автокор! Останови все автоматы. Останови! Я приказываю!
– Гоер встал и, глядя на андроид, сделал шаг назад. Андроид двинулся следом за ним. Унинав сказал правду.
– Почему он идет за мной, Унинав?
– Он получил приказ уничтожить тебя. Но каждый из нас, даже этот примитивный автомат, имеет систему, не допускающую дезинтеграции человека. Если бы ты был автоматом, то уже не существовал бы. Будучи человеком - ты в безопасности.
– Но он идет... идет за мной.
– Приказ не отменен. Предохранитель не запрещает ему приближаться к тебе.
Гоер остановился. Он чувствовал, что уже сыт по горло этими автоматами, автокорами и унинавами, что он уничтожит их или переделает, и тогда это снова будет космолет, а не гроб с разладившимися электронными кретинами.
– Я возьму дезинтегратор и уничтожу Автокор, - сказал он.
– Ты не успеешь, - тут же ответил Унинав.
– Управление реактором повреждено и взрыв наступит в ближайшие несколько минут.
– Так что же мне делать?
– Ты еще можешь улететь на ракете.
– А ты? Перенеси себя в нее. Я приказываю!
– Сейчас андроиды режут стены моего помещения. Это потребует еще некоторого времени. Стены толстые. Я мог бы помочь тебе стартовать. Но ты приказал. Я открываю шлюзы помещения.
– Стой! Останься! Без тебя мне не вылететь.
– Иди в ракету. Скорее...
Гоер схватил дезинтегратор и прыжками помчался вдоль коридора в глубь космолета, к шлюзам, туда, где была ракета. Он бежал мимо автоматов, режущих горелками панцирь, перескакивал через полыхающие вишневым жаром плиты раскроенных стен, оставляя позади обгоревшие, неподвижные автоматы. Неотступно он слышал за собой топот андроида. Но вот за одним из поворотов маленький специализированный конический автомат, пропустив Гоера, огнем своего дезинтегратора пополам перерезал андроида. В воздухе стоял дым и запах горящей изоляции. В глубине космолета то и дело что-то взрывалось и по коридору проносились потоки горячего воздуха. Наконец, он миновал последний излом коридора. Перед ним был шлюз. Ракета ждала его с раскрытым люком. Гоер захлопнул его и услышал голос Унинава.
– Ты готов, космогатор?
– Готов, - ответил он. И тут же почувствовал легкий толчок в спину и тихий свист и увидел на экране звезды,
– Внимание, космогатор, - голос Унинава был так же четок.
– Скорость ракеты 312 километров в секунду относительно планеты. Ты идешь по касательной. Момент запуска тормозных двигателей записан на твоем мнемотроне. Желаю успеха.
– Я понял.
Неожиданно в наушниках загудело.
– Что с тобой? Ты поврежден?
– Нет.
– Так что же с тобой?
– Я смеюсь, - ответил автомат после долгого молчания.
– Не понимаю.
– Так можно сказать, применяя слова, употребляемые человеком.
– Теперь я понял. Прием окончен!
Время тянулось страшно медленно, хотя это были первые минуты после старта. Звезды горели ярким ровным светом, а в углу экрана ясной точкой висела цель его полета. Он знал, что без автомата посадка будет очень трудной, и вовсе не был уверен, что доберется до поверхности планеты. "Если ошибусь при подходе, сгорю, словно метеорит", - подумал он и попытался вспомнить, чему его учили в юности в Академии космонавтики при пилотировании малых ракет. Но оказалось, что почти все он забыл. Неожиданно заговорил Унинав. Его голос заглушали космические помехи.
– Космогатор Гоер, космогатор Гоер...
– Что тебе?
– Я поймал направленные на космолет сигналы с планеты. На планете люди...
– Ты поврежден... ты бредишь...
– Я сообщил им траекторию твоей ракеты. Они подтвердили прием.
– Ты бредишь. В системе Регула нет людей. Мы - первая экспедиция...
Но тут он услышал новый сильный голос. Голос человека.
– Космогатор Гоер. Мы ждали твой космолет.