Чтение онлайн

— Необычная?

— Необычная и красивая, — ответил он, всё с той же задумчивой улыбкой на губах.

И я поняла, почему он так внимательно смотрит. Будто раньше не смог рассмотреть. Мы впервые видели друг друга при дневном освещении. И пусть я научилась различать цвета в темноте, а в ярко желтом освещении камина тоже неплохо видно, но сейчас я видела его четче чем когда либо.

У него были не обычные карие глаза, а невероятно тёплого и насыщенного цвета. Словно кто-то смешал шоколад и карамель. И волосы точь-в-точь того же оттенка. А вот кожа светлая, гладкая, без единого пятнышка. Только красные свежие рубцы от когтей и зубов Мирисаль на скуле и подбородке.

— Я так боялась за тебя. Как хорошо, что ты нашел защиту от Мирисаль, — тихо призналась я.

— Хорошо, что она сработала, — засмеялся он.

— Могла не сработать?

— Это был рабочий образец. Не проверенный. Я надел его на всякий случай, но надеялся, что смогу защититься бронёй и он не пригодится.

Я вспомнила Тимера в латах, когда он боролся с Мирисаль и Зэтом, и почувствовала, как внутри всё сжимается от одного только воспоминания об этом.

— Я был так зол на тебя. Так зол за то, что ты ушла, что поверила этому… — он замолчал и отвёл взгляд в сторону.

— Я просто хотела домой и искала того, кто поможет мне в этом, — возразила я, чувствуя, как улетучивается хорошее настроение и снова становится тоскливо и некомфортно.

— Я уже понял, — примирительно ответил Тимер, погладив по волосам, — И больше не злюсь. На тебя вообще невозможно злиться. В конце концов, тебе всего семнадцать…

— Восемнадцать.

— Что? Как? — растерялся он.

— В тот день ты браслет мой прислал, — объяснила я.

Тимер удивлённо смотрел на меня, а потом его взгляд изменился. В глазах мага засветилось что-то тёплое и лукавое.

— Хорошо, — невпопад ответил он.

— Что хорошо?

— Что восемнадцать, — тихо засмеялся Тимер, обнимая крепче и пряча лицо в моих волосах.

Я улыбнулась и не стала требовать у него объяснений.

Солнечные лучи освещали нас всё ярче и я почувствовала, что мне становится жарко. Странное, почти забытое чувство. Тимер, поняв, из-за чего я кручусь, распахнул свой плащ и откинул его за спину.

— Ты так и нашел нас, да? С помощью браслета?

— Да. Навёл на него один из компасов.

— Я как чувствовала, что что-то с этим браслетом не то. Еще сомневалась, стоит ли его брать.

— Не хочу об этом ничего слышать, — ворчливо прервал меня маг.

Я встретилась с его недовольно прищуренным взглядом и почему-то засмеялась. Очень старалась этого не делать, или хотя бы смеяться тихо, но вот остановиться, вообще никак не получалось. Словно испытала такое облегчение, после всего случившегося, что сейчас пребывала в нездоровой эйфории. Тимер тоже перестал хмуриться, но смотрел на меня так серьёзно и внимательно, что я была готова возмутиться. Ведь я сижу и улыбаюсь ему, а он застыл как каменное изваяние, нет что бы тоже улыбнуться хоть из вежливой солидарности.

Выдохнув, Тимер неожиданно резко склонился к моему лицу. Ладонь мага скользнула по щеке, а губы нетерпеливо накрыли мои. Этот жадный поцелуй длился всего мгновение. Мгновение, на которое у меня остановилось и сердце и дыхание. Но прежде чем я успела осознать, что происходит, Тимер отстранился.

— Прости, — зачем-то извинился он.

Я растерянно смотрела на него, и чувствовала что задыхаюсь. Казалось, что варюсь заживо, так мне было жарко в своей одежде. Я думала что дело только в нём, в Тимере и в его близости, но потом мне на лицо упала большая капля воды.

Я вытерла её пальцем и посмотрела наверх. На деревьях таял снег.

— Нужно идти. Я надеялся успеть добраться к реке до восхода солнца, но ты болела и мы задержались. Теперь придётся нам отсидеться пару дней на одном месте.

— Почему?

— Сегодня всё растает. Вокруг будет сплошное болото.

— Сегодня? — не поверила я. — За один день?

— Да, — улыбнулся он. — Потому на охоту схожу прямо сейчас, пока не так мокро, — поднявшись, со мной на руках, объяснил Тимер.

— Я сама пойду, — сказала я. Очень хотелось пробежаться. Сейчас, когда светило солнце, здесь было так красиво. Тимер кивнул и поставил меня на ноги. Я засомневалась, в какую сторону должна идти и Тимер рукой показал направление. Улыбнувшись, я побежала вперёд.

— На перегонки! — предусмотрительно оторвавшись шагов на тридцать, завопила я, размахивая руками. И засмеялась, когда Тимер догнал и, закинув меня на плечо, трусцой поскакал дальше.

— Ничья, — благородно подвёл итог он, ставя меня на землю у нашей берлоги.

— Согласна, — кивнула я. — Здесь совершенно точно ничья.

Тимер хмыкнул и принялся раздеваться. Я удивлённо наблюдала за его движениями.

— В ближайшее время мы вряд ли встретим горгол, но когда встаёт солнце и уходят они, просыпаются другие звери, в том числе хищники после спячки. Голодные, — маг расстегнул последнюю пуговицу на тёплом меховом камзоле и содрал его с плеч. Под ним оказался еще один. Обычный, как те, в которых Тимер работал. — На тебе, конечно, есть защита, но лучше не рисковать. Кимаши добычу по следу ищут, могут начать здесь крутиться и вынюхивать, — маг стянул огромные меховые сапоги, а потом и штаны с меховым выворотом, под которыми оказались более тонкие брюки. Меховые повесил на сук и принялся расстёгивать пуговицы второго камзола. — Я укреплю наше укрытие и подниму повыше от земли. Будешь сидеть внутри. Выспишься спокойно, заодно.

— Если там хищники, то может мне лучше пойти с тобой, ведь на мне защита и я смогу тебя прикрыть? Или защиту переколоть на твою одежду? Мне она ни к чему, раз я буду сидеть в безопасном укрытии, — предложила я, как завороженная, наблюдая за тем, как Тимер расстегивает пуговицы и стягивает второй камзол. Он остался в тонкой рубахе, но одним рывком, стянул через голову и её.

— Я пойду сам, так быстрее и удобнее. А защита мне не нужна. Если меня найдёт какой-то хищник, я только рад буду. Быстрее добуду нам завтрак, — подмигнул он, и стянул узкий и мягкий, как носок, полу сапог. После второй. Потом принялся расстегивать вторые брюки.

Солнце, конечно, грело, но не настолько, что бы расхаживать среди сугробов нагишом. От вида босых ног Тимера, стоящего прямо на снегу, было неспокойно и даже тревожно. А то, что он остался в одних брюках и те собирается снимать, казалось вообще абсурдом.

— А что ты делаешь? — спросила я, поймав себя на мысли, что надо бы прекратить подсматривать и отвернуться. С другой стороны я уже видела его без одежды, может теперь смущаться неуместно? О таких вещах мне никто не рассказывал. Я даже с мамой на подобные темы не говорила.