Чтение онлайн

— Как прикажете, сир, — ответил он.

— Вы и леди поладили?

Он слегка наклонил голову набок. Они, бесспорно, поладили, особенно прошлой ночью, хотя это короля совершенно не касалось.

Или касалось?

Возможно, Генрих предугадал, как будут строиться отношения между рыцарем и его дамой, и именно потому задает подобные вопросы? Лишь на мимолетное мгновение Дэвид позволил себе заподозрить, что именно с этой целью Маргарите и велели ухаживать за раненым — Генрих хотел так или иначе поженить их. Ведь в результате того, что Маргарита провела столько времени в одном помещении с мужчиной, ее доброе имя могло быть запятнано. Чувство вины за такой исход дела вполне могло вынудить его пойти к алтарю. Тем не менее он не мог понять, какую пользу государству может принести такой брак.

А что польза быть должна, Дэвид нисколько не сомневался. Ему нравился Генрих, он одобрял его стиль правления, сочетавший строгость и терпимость, но он прекрасно знал, что король весьма и весьма скрытен. Человек не мог провести полтора десятилетия, сталкиваясь с обманом и кознями своих кузенов королевской крови, Эдуарда IV и Ричарда III, и не научиться у них хитрости.

— Хочешь, она поедет на охоту вместе с нами? Ей можно подыскать другое пристанище, но мы хотели бы услышать сначала твое мнение, прежде чем отдавать приказ.

Другое пристанище? — Не сводя глаз с тарелки, Дэвид запихнул в рот кусок мяса.

— Она могла бы остаться здесь, с леди Джоанной. Или мы поручим ее заботам монашек — мы будем проезжать мимо женского монастыря.

Идея отдать Маргариту в монастырь была не нова, но все в нем восстало против такого выхода из ситуации. Он медленно жевал, сохраняя задумчивый вид, и размышлял о том, как не допустить подобного поворота событий и одновременно не совершить действий, запрещенных ему клятвой.

Генрих сделал нетерпеливый жест.

Или мы можем выбрать ей другого мужа, если ты не хочешь такого вознаграждения за услуги короне.

— Нет, — немедленно заявил он и, спохватившись, добавил: — сир.

— Мы так и думали. Но что тогда?

Дэвид внимательно посмотрел на строгое лицо Генриха, и тут факты и выводы сложились в его голове в мозаику, не имевшую никакого отношения к Маргарите.

— Вы готовы действовать согласно плану, чтобы ослабить позиции йоркистов?

Лето подходит к концу, группировка Уорбека становится все более могущественной. В донесениях говорится, что его сторонники собираются на границе Шотландии. Если мы хотим, чтобы наша уловка сработала, надо начинать действовать как можно скорее. Но здесь это невозможно.

Это невозможно и в том случае, если я останусь рядом с вами, сир. У вас есть план относительно того, когда и где я должен оставить вас?

Разрыв должен быть публичным. Следует позаботиться о предлоге.

Дэвид кивнул, соглашаясь, хотя сердце у него тоскливо сжалось. Разрыв с Генрихом, по сути, означает измену короне. Подобное преступление карается смертью.

— А что потом? Я хочу сказать, куда мне следует направиться, с кем я должен связаться, что я должен делать далее?

— У тебя нет никаких мыслей на сей счет?

— Прошу прощения, сир, но я мало думал о том, как буду поднимать восстание против вас.

— Похоже, ты один такой, — мрачно пошутил Генрих. — Что касается ложного восстания, мы уже все подготовили.

Он повернулся и дал знак сенешалю, стоявшему за его спиной. Тот вышел вперед и, сняв с пояса кожаный мешочек, протянул его королю. Генрих взял мешочек и раскрыл его, продемонстрировав свитки пергамента, после чего передал все это Дэвиду.

— Это… — начал тот.

— Здесь указано место, где ты будешь базироваться, приведены списки тех, кто станет поддерживать тебя, места сбора и так далее. Изучи все хорошенько. Мы будем обсуждать детали по мере необходимости.

Дэвид дал понять королю, что ему все ясно и возражений он не имеет. Мгновение спустя ему в голову пришла интересная мысль.

— Если леди Маргарита поедет со мной, сир, она сможет и впредь помогать мне улучшать мои манеры как будущего монарха — или, по крайней мере, претендента на трон.

Генрих стал пощипывать нижнюю губу, а в его глазах поселилось задумчивое выражение. Наконец он щелкнул пальцами.

— С нашей точки зрения твои манеры уже сейчас вполне королевские, ты научился вести себя согласно протоколу и делаешь это не хуже нас, когда мы взошли на престол. Как тебе известно, нам не внушали, что корона будет нашей, но в результате она досталась именно нам, а те, другие, возможно, даже лучшие претенденты, скончались.

— Вы очень добры ко мне. — «Да, разумеется, именно скончались», — подумал Дэвид, дав вежливый ответ королю.

Они погибли от меча и топора, стали несчастными жертвами бесконечной войны между Йорком и Ланкастером. Кое-кто утверждал, что война Алой и Белой розы закончилась на Босвортском поле, в результате этого сражения Генрих получил корону. Однако теперешнее восстание Уорбека уж очень напоминало продолжение войны.

— Как бы то ни было, мне кажется, что ты хотел бы оставить леди Маргариту подле себя. Действительно ли таково твое желание?

— Таково. — Дэвид ждал ответа монарха, затаив дыхание.

Король откинулся на спинку стула, и его сосредоточенное лицо на мгновение осветила довольная улыбка.

— Превосходно. В течение часа мы выедем.

Дэвид так отчаянно надеялся получить разрешение взять Маргариту с собой, что далеко не сразу понял, что именно имел в виду Генрих.

— Выедем на охоту?

— Ни в коем случае, сэр Дэвид, — хитро улыбнувшись, сказал Генрих VII. — Время охоты закончилось. Мы возвращаемся в Лондон и в наш дворец в Вестминстере.

Однако прошло почти два часа, прежде чем хаос, воцарившийся после приказа короля, удалось упорядочить, и всадники и груженые телеги выстроились у ворот в колонну. Хозяин замка и его добрая супруга, леди Джоанна, стояли на зубчатых стенах и махали на прощание, а кавалькада, посыпаемая мелким дождем, направлялась в сторону столицы. Если прощальные возгласы владельцев замка и казались какими-то лихорадочными, это, без сомнения, было от радости, что король уехал прежде, чем продовольственные припасы окончательно истощились.