Чтение онлайн

– Прямо сейчас мне нужно кое-что забрать. Если не сделаю это как можно скорее… просто… Я же говорил, что вырву тебе глотку, если будешь шуметь.

Медленно Астрид поднимает подбородок, затем наклоняет голову набок, обнажая свою шею. Не спорь мы, это могло бы выглядеть соблазнительно. Горький запах лимонов омрачается тяжелой волной страха.

– Тогда сделай это.

Я смотрю на нежную плоть, которую она обнажила, плоть, которую я отчетливо вижу. Пульс скачет у основания шеи Астрид. Мое сердце эхом ударяется о ребра.

Что-то, теплое и нежеланное, шевелится внутри меня и занимает свое место рядом с проклятым инстинктом защищать ее. Смешивается с ним. Насмехается надо мной.

– Ад цветущий, – чертыхаюсь я, ставя девушку на ноги и отходя от нее так далеко, как только позволяют наши скованные руки. – В любой момент, пока мы задерживаемся здесь, вор может уйти. Мне нужно вернуть то, что он украл.

Астрид пытается скрестить руки на груди, но сдается, когда понимает, что со скованной рукой сделать это, не приблизившись ко мне, невозможно. Вместо этого она кладет свободную руку на бедро.

– А мне какое дело?

Раздражение разгорается в моей груди, вытесняя другие, менее подходящие эмоции. Мне нужно заставить ее подчиниться. И как можно скорее.

– Послушай, – говорю я сквозь зубы, – если спокойно пойдешь со мной прямо сейчас, я… Я дам тебе целый час, чтобы рассказать свою версию истории.

Глядя на меня, она несколько раз моргает.

– Правда?

– Да.

– Пообещай, – настаивает она, делая шаг вперед. – Пообещай, что дашь мне целый час, чтобы все рассказать. Пообещай, что внимательно выслушаешь меня и действительно попытаешься понять, виновна ли я.

Разум напоминает мне, что обещания фейри почти так же обязательны к исполнению, как и сделки. Но подобное обещание я могу сдержать. Даже если поклянусь дать Астрид шанс доказать собственную невиновность, это еще не значит, что в конце концов я не отведу ее к королеве Трис.

– Обещаю, – поспешно говорю я, прежде чем она успевает добавить еще какие-то условия. – А теперь давай…

Она бросается вперед, проводя пальцами по моей руке. Я снова убираю ключ от наручников подальше и пронзаю девушку свирепым взглядом.

– Это не то, что я называю «спокойно пойти со мной».

Она пожимает плечами и смотрит прямо на меня.

– Я была вполне спокойна. – Тон Астрид намекает, что, скорее всего, это не последняя ее попытка заполучить ключ.

Мне в голову приходит мысль.

Коварно усмехаясь, я удерживаю ее взгляд. Скованной наручниками рукой я дергаю за пояс своих брюк, а другой роняю ключ прямо в нижнее белье.

– Попробуй достать его теперь.

У нее перехватывает дыхание. Аромат цветов яблони становится почти таким же сильным, как и горький лимон. Подобных изменений я раньше в ней не замечал.

– Ты отвратителен, – говорит она, отводя взгляд от моей промежности. Будь я в состоянии получше рассмотреть ее лицо, готов поспорить, что обнаружил бы, как она покраснела.

Это доставляет мне немалое удовлетворение.

Я осторожно тяну за ее манжету, и Астрид следует за мной без дальнейших возражений. Тем временем я прогоняю воспоминания о руке Астрид в моем кармане и сосредотачиваюсь на запахе вора.

Почему его штаны такие тесные? Это все, о чем я могу думать, пока мы спускаемся по узкой лестнице Отдела Лени. Когда я засунула руку в его карман, чтобы забрать ключ, сразу же встревожилась тем, как близко прилегает ткань к его твердому бедру. В том, что я схватила не тот ключ, я виню его неприлично узкие брюки. Не то чтобы я действительно верила, что могу сбежать, даже освободившись от наручников. Но попробовать стоило. По крайней мере, Охотник пообещал выслушать меня, потому что теперь достать нужный ключ у меня нет ни единого шанса.

Я краснею при воспоминании о том, на чем остановился мой взгляд, когда этот мужчина сунул маленький кусочек меди себе за пояс. Несмотря на то что я не видела, что скрывается под его нижним бельем, вырисовывающихся очертаний было более чем достаточно, чтобы осуществить… предварительный осмотр.

Черт бы побрал его узкие брюки. Конечно, они достаточно большие, чтобы вместить такого, подобного медведю, мужчину, как он. Почему он не выбрал более разумное для тайника место?

Когда мы достигаем нижнего этажа, Охотник ускоряет шаг. Он одержим идеей напасть на след предполагаемого вора. Вора, который забрал какую-то важную вещь. Какую именно, Охотник мне не говорит. Все, что мне остается, это следовать за ним.

Он выводит нас через дверь, на которой нет никаких табличек. Теплый воздух встречает нас с другой стороны. Я оглядываюсь и понимаю, что мы находимся позади Отдела Лени, рядом с дорожкой, которую пересекли не так давно. Однако вместо того, чтобы вернуться тем же путем, Охотник ведет нас по более узкой тропинке, украшенной по бокам кустарниками и клумбами с кактусами. Вокруг почти никого, так как большинство посетителей уже нашли, каким порокам посвятить остаток ночи. Из Отделов Похоти, Жадности и Обжорства доносятся звуки музыки – три отдельные мелодии, которые каким-то образом умудряются заглушить грехи, царящие за их дверями. В то же время Гнев и Зависть останутся тихими до конца вечера. Музыка становится громче по мере того, как мы приближаемся к концу тропинки. Она выходит на главную дорожку, где Охотник резко сворачивает налево.

– Мы уже близко, – бормочет он себе под нос, ведя нас по аллее между Похотью и Гневом.

– Близко к чему? – У меня мурашки по коже от темного переулка в сочетании со знойными ритмами, доносящимися из каждого окна Отдела Похоти. Внезапно быть прикованной к человеку, готовящемуся встретиться с вором, кажется мне безрассудным. – Разве тебе не следует расстегнуть наручники, прежде чем ты займешься своими… сомнительными делами?

Он усмехается.

– Ни за что.

Когда мы огибаем заднюю часть Похоти и направляемся к саду, я пытаюсь привести другие аргументы.