Чтение онлайн

— Платить слугам за удовольствие всегда было в стиле Нико, а не в моем, — проговариваю я, отказываясь называть имя девушки, тем самым показывая Вэну свою позицию — имена персонала вообще не стоят внимания.

Он смеется громко и искренне.

— Нико был печально известен тем, что прогонял прислугу. Однажды я застукал его с членом между матрасом и основанием кровати, когда он кончал. Он даже заплатил Урсуле, нашей пятидесятилетней поварихе, чтобы она засунула ему морковку в задницу.

Я почти задыхаюсь от представления такого зрелища.

Вэн просто качает головой.

— Это правда. Ему было семнадцать. Наша мать, упокой Господь ее душу, застрелила бы эту женщину, если бы прожила достаточно долго, узнав об этом, и мне страшно подумать, что сделал бы наш отец, дойдя эта информация до него.

— Морковку? — фыркаю я.

— Могу сказать, что это отбило у меня охоту есть дома, — добавляет он, доедая сэндвич. — Я скучаю по нему.

Я киваю головой.

— Как и я, мой друг. — Как и я. — Как происходит обустройство Вики? — спрашиваю я с ухмылкой и получаю от Вэна свирепый взгляд.

— Я считал, что с прискорбной кончиной Нико мы освободились от этой женщины, — ворчит он.

— По крайней мере, нож будет нанесен не в твою спину.

Он допивает остатки из своей бутылки, с громким звуком поставив ее на гранитную столешницу.

— Это правда. Должен признаться, я думал, что придется воспользоваться запасным вариантом — жениться на твоей младшей сестре. Со всем уважением к тебе, Влад, но как мужчина мужчине, как друг другу, я лучше женюсь на крестьянке, чем на этой женщине.

— Я не в обиде. — Приподнимаю бровь, глядя на него. — Но ты у меня в долгу.

Он сводит свои темные брови вместе и кивает. Мне нравится ощущение власти над кем-то. А когда еще и кто-то должен — это мое любимое ощущение.

— Тебе все равно следует внимательно следить за ней, — предупреждаю я его. — Она хитра и обычно получает то, что хочет. Какое-то время у нее были на тебя виды.

— Я прекрасно знаю, на что она способна, — ворчит он. — Не беспокойся об этом.

Тон Вениамина подразумевает нечто большее.

Знает ли он, что сделала Вика?

Я изучаю его, пока он встает.

— Тогда я пойду.

— Так скоро? — насмехаюсь и выхожу из кухни, зная, что он последует за мной.

Он всегда так делает.

Когда знаешь человека долгое время, как я, то полностью его раскусываешь. И Вениамин Ветров ничем не отличается. Я изучал его с тех пор, как был совсем маленьким, и знал, что хочу вырасти таким же крутым, как он… но лучше.

Перепрыгиваю через две ступеньки и улыбаюсь, когда слышу его шаги позади себя. Вместе мы идем по коридору северного крыла к одной из наших многочисленных свободных спален и, подойдя к одной двери, я поворачиваю ручку. Быстро смотрю на часы, и моя кровь хлынет прямо к члену, когда слышу шум душа в ванной. Служанка, или Рада, как любезно напомнил мне Вэн, пользуется этим душем каждый вечер в одно и то же время, сразу после своей смены. Похоже, помещения для прислуги не совсем соответствуют ее стандартам. Она не догадывается, что я в курсе ее трюков — в доме на каждом шагу установлены камеры.

Нет такого уголка, куда бы я не заглянул.

Мои глаза повсюду.

Вэн знает игру, которую я затеял. Мы делали так и раньше. Он похлопывает меня по плечу и шепчет:

— Как в память о старых временах.

Я пересекаю комнату и сажусь на мягкий диванчик рядом с кроватью. Вэн прячется в тени, и мы ждем. Терпеливы, как хищники, которыми мы и являемся.

В конце концов, дверь открывается, и вот она, с ее огромными сиськами и крошечным телом, едва обтянутым небольшим полотенцем. Ее темные волосы намокли и прилипли к коже. Девушка замечает меня почти мгновенно, как я и планировал.

— Мистер Васильев, — выдыхает она, вцепляясь в ткань.

— Подойди ближе, — приказываю я, и она не колеблется. Девушка послушно идет ко мне, останавливаясь у моих ног.

— Не желаешь сыграть в одну игру, малышка? — Я выгибаю бровь, глядя на нее.

Ее дыхание учащается, и ее огромные сиськи начинают двигаться в такт дыханию. Она разворачивает полотенце и бросает его на пол.

Я расцениваю это как «да».

Киваю и поднимаюсь на ноги. Вэн выходит из тени, как будто был рожден из нее, и бесшумно приближается к служанке. Она ничего не замечает, ее взгляд прикован ко мне.

— Тебе нравятся игры, малышка? — спрашиваю я, наклоняясь к ней и касаясь ее разгоряченной кожи своим дыханием. Она покрывается крошечными мурашками, а нижняя губа дрожит от желания.

— Да, — подтверждает она. Хорошо, я тоже так думаю.

Вэн, стоя позади, хватает девушку за шею, притягивая ее тело плотно к своему. Она паникует и тянется к его рукам, но я останавливаю ее, перехватывая ее кисти.

— Не сопротивляйся, Рада.

— Намного приятнее, когда она сопротивляется, — рычит Вэн.

Девушка начинает размахивать ногами, безуспешно пытаясь пнуть его. Ее глаза блестят, а кожа приобретает красивый темно-красный цвет. Я киваю Вэну, и он отпускает ее шею, но обхватывает рукой за талию, чтобы удержать в вертикальном положении. Девушка рвано вдыхает воздух, словно испытывает жажду.

— Ублюдок! — Ее голос хриплый от удушья.

Вэн усмехается.

— Меня называли и похуже.

— Чувствуешь это? — спрашиваю я, прикладывая ладонь к ее сердцу. Ее глаза наполняются слезами, и она обиженно смотрит на меня снизу вверх. — Воздух, проникающий в твои легкие? Кровь, текущая по твоим венам, которое питает твое сердце? Задержаться на грани — это экстаз. Подарок. Получай удовольствие, малышка.

Вэн снова хватает девушку за шею, и на этот раз она не сопротивляется. Ее соски затвердели и отчаянно нуждаются в облегчении, и, даже не погружая в нее пальцы, я знаю, что ее киска будет истекать соками. Ее губы, припухшие и пульсирующие, умоляют, чтобы их наполнили и оттрахали. Ее глаза стекленеют, пока она изо всех сил старается держать их широко открытыми, пристально глядя в мои.

Вэн удерживает девушку немного дольше, отчего у нее возникают судороги, а ее кожа приобретает фиолетовый оттенок. Когда он отпускает служанку, она задыхается, кашляет и отплевывается.